Голос ангельских труб - Инна Бачинская

– Кто такая персона Ирина? – спросила Суламифь. – Это она тебя так отделала?

– Нет, это ее бойфренд, – объяснил Грег вместо Шибаева. – Приревновал. И… сама видишь. Садист!

– Приревновал? – переспросила Суламифь с сомнением. – Он что, застал их?

Шибаев хмыкнул, уставясь в тарелку. Выдавил из себя:

– На кухне.

– Он тебя приревновал? – Суламифь смотрела на Шибаева. – На кухне. Ну а ты… что?

– А что он? У того пистолет был. А персона Ирина подсыпала ему какую-то дрянь, он и отключился, – снова пришел на помощь Грег.

– Зачем? – недоумевала Суламифь, переводя взгляд с одного на другого.

– Что зачем?

– Зачем подсыпала?

– Ну… – задумался Грег. – Чтобы не сопротивлялся.

– Что ты мелешь? – рассердилась она. – Саша!

– Мне нужен один человек, эта женщина знает его, я хотел поговорить… – Шибаев запнулся. – Одним словом, она связалась с этим человеком, а тот прислал своего… И… вот.

– Вы подрались?

Шибаев хмыкнул и пожал плечами. Не рассказывать же, как он лопухнулся.

– Тип сильно крутой, – вмешался Грег, – всем должен и залег на дно. Саша еще дешево отделался. Он пришел к ней поговорить, а она… психопатка!

– Не понимаю, – сказала Суламифь. – Так, значит, не приревновал?

– Нет, Грег пошутил, – ответил Шибаев. – Я не знаком с этой Ириной, мне нужна была информация.

– А она?

– А она… – Шибаев запнулся.

– Ну? – подбодрил его Грег, которому тоже хотелось знать подробности.

– Черт! – подумал Шибаев. – А она…

– Она психопатка, ты же слышала! – вставил Грег.

– Шат ап![22]Дай ему сказать! – Суламифь шлепнула ладонью по столу. – Саша!

– Ей стало плохо, – осторожно сказал Шибаев. – Она попросила чай или кофе…

– Почему ей стало плохо? Ты ее… – Суламифь в упор смотрела на него.

– Я ее? – повторил Шибаев, недоумевая.

– Пытал? – подсказал Грег.

– Пытал? Грег, ты совсем охренел! Когда она увидела меня, ей стало плохо.

– А как ты попал в дом? – спросила Суламифь.

– Дверь была незаперта, – подсказал Грег.

– Ну, в общем… – пробормотал Шибаев, чувствуя себя глупо оттого, что втянулся в дурацкий разговор. – Я приготовил кофе, мы сидели на кухне. Помню, что стал пить… и дальше пусто. Вырубился.

– Она подсыпала тебе снотворное, – догадалась Суламифь.

– Скорее всего, – кивнул Шибаев. – А когда я оклемался…

– …то уже сидел в подвале, прикованный наручниками к батарее, – закончил Грег. – И на сцене появился бойфренд! Садист. Он пытал Сашу. Требовал сказать, кто его послал. Да, Саша? – Грега несло.

Шибаев только вздохнул, не решаясь взглянуть на Суламифь.

– Когда я пришел, они уже смылись, а Саша был совсем плохой.

– А ты как туда попал? – Суламифь перевела взгляд на Грега.

– Искал Сашу. Он пропал, и я подумал, что он у Ирины.

– Какие-то тайны Мадридского двора, – сказала с досадой она. – Вы как пацаны дурные! Разве ж так дела делаются?

– А как? – Грег подтолкнул локтем Шибаева.

– Очень просто. У нее товар, у вас деньги. Купи товар, только и всего. Зачем устраивать цорес[23]на свою голову? Они могли убить тебя, и любой лойер их отмазал бы.

Шибаев и Грег переглянулись.

– Понимаете, Мита… – начал Шибаев. – Я не хотел, чтобы он знал, что его ищут. Я думал… А тут она пришла, как снег на голову.

– Ладно! – сказала Суламифь. – Что сделано, то сделано. Предложи ей пару сотен… Больше! Неважно, сколько. Здесь все продается. Да и везде. Все в мире продается.

– Теперь она побоится, – подумал вслух Шибаев. – Раз уже…

– И труп! – напомнил Грег.

– Какой труп? – схватилась за сердце Суламифь.

– Бойфренда, – объяснил Грег.

– Да никого я не убивал, – с досадой сказал Шибаев. – Выстрелил, когда он попытался на меня прыгнуть. Не в него! В пол.

Грег промолчал, подняв правую бровь. У него была своя версия событий в подвале, и он не собирался ее менять.

Наступила долгая пауза, никто не знал, что сказать. Молчание прервал сигнал шибаевского мобильника. Он с облегчением выхватил телефон из кармана джинсов. Звонила Лиля.

– Саша, это я, – произнесла она. Голос у нее был неуверенный. – Здравствуй…

– Здравствуй, Лиля, – пробормотал Шибаев, прикидывая, удобно ли выйти из-за стола, и не решаясь. – Как ты?

– Хорошо. У меня все нормально. Ты так долго не звонил. Я думала, ты уже уехал.

– Пока нет. А ты… как? – снова повторил он, чувствуя себя неуютно под взглядами Грега и Суламифи. – Работаешь?

– Начинаю с воскресенья.

– Где?

– Как и на Брайтоне, в ресторане. Милочка устроила. Здесь хорошо, тепло… А ты еще долго будешь в Нью-Йорке?

– Как получится. Ты извини, Лиля, я не могу сейчас говорить. Я перезвоню, ладно? Спокойной ночи. – Он спрятал мобильник в карман.

– Как она? – спросил Грег. – Нормально?

– Нормально, – ответил Шибаев.

– А давай за хозяйку дома, – предложил Грег, разливая виски.

* * *

– Ну что? – спросила Мила, отрываясь от газеты. – Чего так быстро?

Лиля пожала плечами.

– Он не может говорить.

– С бабой! – определила Мила. – Потому и не может. Нет, ты только послушай! Они просто отмороженные, эти америкосы! Одна идиотка засудила владельца ресторана за то, что поскользнулась на кофе, упала и сломала руку. А кофе она сама бросила в своего бойфренда! Представляешь? Сто пятьдесят тысяч баксов! Ты за всю жизнь таких денег не заработаешь, а эта сучка ломает себе руку, а хозяин плати. Петька страшно боится скандалов, упаси боже, если какой-нибудь урод споткнется… тут же полицию, «Скорую». «Если ничего себе не сломает, то за моральный ущерб потребует». Ты знаешь, у них могут засудить хозяина, который дал выпить гостю, а этот придурок потом попал в аварию. Не понимаю! Лойера так и рыщут, предлагают услуги. Видела рекламу по телику? А помнишь ту бабку, что вылила на себя кофе в такси? Оттягала почти три миллиона! Причем эти жулики берут деньги, когда выиграют дело. Половину. Они же на себя работают!