Снежная слепота - Рагнар Йонассон

— Да… Я хочу сказать, что это было совместное решение его и Ульвюра.

— С вами, наверное, не совещались.

Она все так же крепко держала в руке стакан.

— Нет.

Ари молчал. Ждал.

— Нет, — повторила она. — Это было несправедливо. Она этого не заслужила. Она была в большом фаворе у Хрольвюра.

— Но почему? — Ари перевел дух: в городе явно были люди, которые умели хранить тайны, и Анна, очевидно, ничего не знала о его дружбе с Углой.

— Она снимала у него комнату. Мне кажется, он воспринимал ее, скорее, как дочь.

— Разве у него не было детей?

Вопрос удивил ее.

— Нет, я думала, вы это знаете.

Ари вернулся к прежней теме.

Куй железо, пока горячо.

— Значит, можно сказать, что ваше положение в известном смысле стало лучше после его смерти.

— На что вы намекаете? Хотите сказать, что это я его толкнула? — Вместо того чтобы рассердиться, она явно еще больше испугалась.

— Нет, совсем нет.

Он собирался напрямую спросить, она ли это сделала, но удержался. Столкнуть старого человека с лестницы исключительно потому, что она не получила главную роль в любительском спектакле в маленьком захолустном городке, — это было маловероятно. С другой стороны, судя по всему, Анна что-то недоговаривала. Это было связано с решением Хрольвюра не давать ей главную роль? Или было что-то еще, какой-то другой секрет, который она скрывала?

Она отпила воды из стакана.

Ари тоже не отказался бы от воды, если бы она догадалась предложить. В маленькой комнате было жарко, все окна закрыты.

Он обратил внимание на то, что Анна переоделась. Ари не помнил, в чем она была на похоронах, но явно не в красной вязаной кофте и темных спортивных брючках, как сейчас. На нем же все еще был траурный черный костюм.

Ари решил, что задал достаточно неприятных вопросов и надо снять напряжение, чтобы Анна расслабилась. Может, это сделает ее более разговорчивой.

— Ты учишься или работаешь?

— Работаю. Я окончила университет в Рейкьявике.

— Я не встречал тебя в магазине? — спросил он по-дружески.

— Да, я там работаю, и еще в больнице.

— И Линду знаешь?

— Да, мы вместе работаем. Как она?

Похоже, это был искренний интерес.

— Пока невозможно сказать что-то определенное. Состояние не изменилось.

— У вас есть предположение, кто это сделал?

— Расследование продолжается, — отрезал Ари.

— Это он? Калли?

Ари озадаченно вскинул брови. Может, это всего лишь простое любопытство?

— Нет, он тут ни при чем.

— Это действительно… так?

Ари пожал плечами:

— Да, все указывает на то, что он находился в другом месте. А почему ты спрашиваешь?

— Ну, в сущности говоря… Я подумала, что это могло быть связано со страхованием жизни.

— Страхованием жизни?

— Да… но это не важно, если нет его вины.

— О каком страховании идет речь?

— Осенью в больницу приезжал агент страховой компании, он предлагал застраховать жизнь. Мы все купили страховки.

— Линда тоже?

— Да.

— Ты знаешь, кто получит деньги, если она… если она умрет?

— Калли, конечно. Мы с Линдой обсуждали это в свое время, когда решали, покупать ли страховку.

— А Калли об этом знает? — Наверно, ей не следовало задавать такой вопрос, но Ари уже не мог остановиться.

— Понятия не имею, — ответила она с излишней поспешностью и волнением.

— И о какой сумме идет речь?

— О нескольких миллионах, я думаю.

Дело обретало совершенно другой оборот — и снова все внимание переключилось на Карла, человека, у которого, казалось, было идеальное алиби. Вот черт!

Ари встал:

— Большое спасибо, Анна.

— Не за что, — ответила она, на лице ее снова читалось беспокойство.

— Увидимся, — сказал Ари и постарался не выдать, насколько важную информацию она ему дала.

Зима снова встретила его у дверей, во всем своем могуществе. И ледяная тьма поглотила его.