День Святого Валентина - Марина Серова

— Не будем сравнивать, — твердо произнесла я, — произошло убийство, а это серьезно. Лично я убийц не люблю и намерена сделать все, чтобы их было как можно меньше.

— Вот-вот! — воскликнул Валентин. — Это как раз мой случай!..

— Не поняла…

— Боюсь, что вскоре я стану жертвой киллеров…

— Это как? — Мне хотелось более подробных разъяснений. — Вы вышли из тюрьмы… Даже не под залог, а за недостаточностью улик и…

— …и за мной стали охотиться бандиты!..

— Вот почему вы так оглядывались на пороге моей квартиры. Они что же, пасли вас до самого моего дома?

— Вот именно! Я еле успел подняться на ваш этаж.

— Понятно… Теперь рассказывайте обо всем более детально.

И Валентин Новицкий начал свой невеселый рассказ.

— Когда я был под следствием, меня каждый день по нескольку раз вызывали на допрос, раскручивали направо и налево, в это же время обыскивали квартиру и гараж…

— Зачем? — спросила я.

— Искали орудие преступления. Господи, да этого Ефимова могли стукнуть чем угодно — тем же ломом, молотком, обухом топора, да мало ли чем… Из этого же нельзя делать вывод, будто я убийца, в массиве сотни гаражей и везде хранится куча инструментов, каждый из которых можно превратить в орудие убийства.

— Понятно, — кивнула я. — Следов крови на ваших вещах обнаружено не было.

— Не было, — мотнул головой Новицкий. — Да и с самого начала мое задержание было сплошной липой, в чем следователь Гаркавенко убедился. Просто нужен был крайний, мальчик для битья, вот и вспомнили про меня. Неужели я похож на преступника?

Я усмехнулась.

— На убийцу никто из нас не похож, все ходят с благопристойными лицами, но вот что творится в наших душах, никто не знает. Человек может прожить долгую праведную жизнь, а напоследок сорваться, если на то будут причины.

— Значит, — горестно произнес Новицкий, — вы мне не верите…

— Это не имеет значения, — примирительно улыбнулась я. — Вы скажите, с какой целью пришли ко мне?

— Мне нужна защита…

— Понятно, личный телохранитель.

— Так точно, и я обращаюсь к вам, потому что бандиты у меня на хвосте.

— Мои услуги стоят денег, вы в курсе?

— Я продам гараж, — с готовностью заявил Новицкий, — тысяч на двадцать он потянет, это точно, а может быть, и на тридцать.

Я вздохнула.

— Такие жертвы… Теперь поговорим о бандитах — что это за люди?

— Не знаю… Я вышел из ворот изолятора, а у обочины стоит автомобиль «Вольво». Из салона вышел жлоб и говорит: садись в машину, быстро…

— И что же вы?

— Я развернулся и бежать, а милиционер, который выпускал меня, смотрит мне вслед и улыбается.

— Как вы это заметили, если бросились бежать?

— В последний момент посмотрел на него…

— Понятно. Судя по всему, побег вам удался.

— Я помчался через дорогу с односторонним движением, перебежал через сквер и оказался на той стороне, а потом заскочил в трамвай и направился к вам.

— А бандиты?

— Ехали за мной, даже не скрывая своих намерений. Наглые…

— Это мне тоже понятно. Следующий вопрос — как узнали про меня?

— Я как чувствовал — заранее попросил жену найти ваш адрес. Про вас ходят легенды. Однажды вы помогли Александре Стольник…

Я улыбнулась.

— Не такая уж я легендарная, скажу я вам по секрету…

— Тем не менее, — настаивал Новицкий, — я хочу иметь дело только с вами и ни с кем другим.

Это было приятно.

— Значит, вышли из камеры и — прямо ко мне? — спросила я.

— Точно, дома я не был, а мне хочется увидеться с семьей. Вы меня проводите? — с надеждой в голосе спросил Новицкий.

Мне стало жалко его, молодого, симпатичного, но не умеющего постоять за себя.

— Не будем терять времени, — произнесла я. — Встречу с родными откладывать нельзя, для них это еще больший подарок, чем для вас.

Мы поднялись со своих мест. Я прошла на кухню, чтобы предупредить тетю о том, что убываю в неизвестном пока направлении и неизвестно когда вернусь.

— А для кого же я готовлю обед? — капризно вопросила тетя Мила. — Я не хочу быть единственной трапезничающей в этом доме.

— Постараюсь не задерживаться и составить тебе компанию, — произнесла я и чмокнула тетю в щеку.

— Вот так всегда, — продолжала ворчать тетя Мила. — Готовишь, готовишь, не успеет кто-то позвонить в дверь, как Женька улетает куда-то. А обед стынет на столе, потом его хоть выбрасывай…

— Выбрасывать не придется, — сказала я. — Это я тебе обещаю.

— Тогда пригласи своего посетителя отобедать с нами.

Ужасно хотелось тете, чтобы еда была с пылу с жару.

— Попробую предложить…

Валентин уже ждал меня со своей сумочкой в руках и переминался с ноги на ногу.

— Идем? — спросил он.

На предложение тети Милы слегка перекусить на дорожку молодой человек отмахнулся, словно с него снимали мерку для гроба.

— Что вы! Спасибо! Я так давно не видел своих, что не до чего мне сейчас.

Трудно было ожидать чего-то другого от человека, который несколько дней просидел за решеткой.

Мы оделись, я накинула легкую куртку на тонком слое синтепона, Валентин сунул руки в рукава своего пальтишка, мы спустились вниз по лестнице и вышли на улицу.

От стоящей напротив подъезда серой «Вольво» отделились две плотные фигуры в кожаных куртках и направились к нам.