Флэш-Рояль - Линда Ла Плант

– Кажется, я не закрыла окно, а камин остался невыключенным. Наверное, туда налетели бумаги.

Сильвия погасила сигарету.

– А вдруг в файлах Дэвида содержалась некая информация, которую пытались скрыть?

– О чем ты?

– Этот Алекс Морено – изворотливый тип, – скрестив руки на груди, сказала Сильвия. – Мой детектив Мэтесон нигде не может его найти. В компанию «leadingleisurewear» вложили непомерные суммы денег, а он просто взял и исчез. Мэтесон считает, что от этого дела дурно пахнет.

– Сильвия, – вздохнула Хелен, – я ничего об этом не знаю. Прости, я жутко устала.

Сестра поднялась и убрала поднос. Хелен почти не прикоснулась к еде.

– Тебе станет лучше, когда ты немного отдохнешь. Я это так не оставлю. Ты потеряла очень много денег.

– Знаю, но и не только я. Эдвард де Джерси лишился миллионов, но, когда я разговаривала с ним, он не захотел участвовать. Даже слушать не стал про частного сыщика, которого ты наняла.

– Может, для него лишний миллион ничего не значит.

– Сильвия, он потерял намного больше, чем пару миллионов, и все по вине Дэвида, – сказала Хелен, привстав. – Дэвид мог посоветовать другим выйти из бизнеса, когда понял, куда все катится. Вместо этого лишь поощрял крупные инвестиции и… – Хелен замешкалась. – Они ведь с Эдвардом дружили двадцать с лишним лет и безоговорочно доверяли друг другу. Мне кажется, Дэвид провел какие-то незаконные сделки. Я нашла его переписку с этим Морено и документы с неизвестного счета. Думаю, Дэвид присвоил чужие деньги, к тому же призывал Эдварда де Джерси инвестировать все больше и больше и…

– Хелен, ты это уже говорила. Но что, если Алекс Морено не хотел, чтобы те бумаги обнаружились? Что, если он устроил поджог? Думаю, нужно связаться со всеми, кто лишился состояния, и узнать их мнение по этому поводу. Может, у де Джерси и правда невероятно много денег и он не заметил потери, но как обстоят дела у других?

– Ох, даже не знаю.

– Попробуй поспать. Не думай ни о чем, оставь все мне. Скоро должен зайти Дэниел из офиса Дэвида, чтобы обсудить дела.

Сильвия вышла из комнаты и позвонила Виктору Мэтесону, частному сыщику. Она рассказала, что произошло с домом Хелен, а также поделилась своими подозрениями.

– Мисс Хьюитт, возможно, вы и правы. Я по-прежнему не напал на след Алекса Морено, но знаю, что он выехал из отеля в Хэмптонсе рано утром, после того как прибыл туда на своем «лексусе», который я тоже пытаюсь найти. Со слов подрядчика, на стройке бизнес-консультантом Морено был некий Филип Симмонс. Вы о нем слышали?

– Не думаю.

– Рослый канадец, выше метра восьмидесяти, рыжеволосый, носит усы.

– Нет, вряд ли. Моя сестра встречалась с одним из инвесторов, который потерял миллионы, Эдвардом де Джерси. В файле, который я вам переслала, есть информация и по нему. Похоже, он не настроен участвовать в поисках Морено.

– Наверное, он сказочно богат, раз ему плевать на этого негодяя и пропавшие деньги.

– Продолжайте наводить справки, – сказала Сильвия. – Скоро я снова вам позвоню. Завтра хочу выйти на других инвесторов. Если мистер де Джерси не желает участвовать в дальнейшем расследовании, то, возможно, заинтересуется кто-то из них. Я же намереваюсь спасти сбережения зятя, которые по праву принадлежат моей бедной сестре.

Сильвия повесила трубку. Почти сразу ей позвонили в дверь. Она поспешила к выходу и впустила Дэниела Гэтли, ассистента Дэвида.

– Я принес все материалы, которые вы просили.

Парень поставил на пол портфель.

– Дэниел, – сказала Сильвия, – Хелен не знает, что я тоже погорела на интернет-бизнесе. Конечно, мои потери могут показаться пустяком в сравнении с убытками других инвесторов, но это были все мои сбережения. Двести пятьдесят тысяч.

– Я знаю, мне очень жаль.

– Но не так жаль, как мне. Не верю, что пожар был случайностью. Странно, что он начался в кабинете Дэвида и загорелись именно бумаги. Хелен сказала, что по неосторожности могла не выключить камин и оставить открытым окно, но, по-моему, все это притянуто за уши.

Дэниел неловко переступил с ноги на ногу:

– Я принес все, что смог найти на главных инвесторов, но я не должен распространять эти документы за пределами конторы. Они содержат конфиденциальную информацию.

– Ради бога, Дэниел, теперь нет никакой конторы, а если кто-то и спросит, я скажу, что Дэвид оставил их здесь.

Открыв портфель, Дэниел вытащил папки и положил их на стол.

– А Хелен знает? – спросил он.

Сильвия поджала губы и покачала головой:

– Конечно нет. Никто, кроме вас, не знает. – Помолчав, она спрятала лицо в ладонях. – Мне пришлось взять на себя заботу о Хелен, когда хотелось просто забиться куда-нибудь в уголок и разреветься. Я очень скучаю по нему. – Сильвия полезла в карман за платком. – Она ведь понятия не имеет о нас с Дэвидом. Даже не знаю, что будет, если сестра вдруг это обнаружит. Дэниел, мне так тяжело!

– Я знаю, что он питал к вам глубокие чувства, – смущенно проговорил Дэниел.

– Да, я тоже это знаю. Но он лишил меня всех сбережений, и теперь я должна что-то предпринять. Как думаете, Морено мог иметь отношение к пожару в доме? Ведь это ему очень на руку, правда?

– Что ж, – сказал Дэниел, – здесь есть документы и по другим инвесторам, помимо Эдварда де Джерси. После этого ужасного события он пришел в офис и забрал то, что оставил для него на диске Дэвид.

Сильвия встала и открыла ящик:

– У меня тоже есть диски Дэвида, поэтому я знаю, сколько именно потерял де Джерси.

Дэниел кивнул на папки:

– Там данные по мелким инвесторам и еще двум крупным.

Сильвия подняла верхний листок.

– Дрисколл и Вилкокс, – прочла она. – Попробую сосредоточиться на них.

Дэниел поднялся, собравшись уходить. Он достал из портфеля большой упаковочный пакет и передал Сильвии:

– Здесь кое-какие личные вещи со стола Дэвида, если вы или Хелен захотите их сохранить.

– Спасибо, что зашли. Надеюсь, вы сохраните мой секрет в тайне. Хелен и без того тяжко.

Парень кивнул и направился к двери, но на пороге обернулся:

– Сильвия, я бы не стал озвучивать версию о поджоге. Возможно, полиция попытается связать пожар с самоубийством Дэвида, но если вдруг решат, что дело не в несчастном случае, то страховку не выплатят. А Хелен и так уже через многое прошла.