Такая, блин, вечная молодость - Люся Лютикова

– Да не было никакого суда! –прокричала мне в ухо дама. – Клиника не отдает мою медицинскую карту,вообще никаких документов. Как будто я никогда не переступала порог «МиссНефертити»! У меня остались на руках кассовые чеки за операции, но ихнедостаточно, чтобы подать исковое заявление. Нужны заключения врачей, анализы,результаты – а это все в карте!

Я раскрыла сумку.

– Вот ваша карта, возьмите. Будурада, если она поможет в борьбе.

Алина Ивановна онемела. Как будтовыключили громкоговоритель. Она принялась осторожно переворачивать страницы,словно опасаясь, что оттуда выскочит змея.

– Да вы ангел! – вновь обрелаголос госпожа Югай. – А я-то, дура, решила, что вы с ними заодно!Благодетельница вы моя! Спасительница!

Я с ужасом подумала, что она бросится мнев ноги. К счастью, этого не случилось.

– Да что же мы здесь сидим-то, вкоридоре! – спохватилась хозяйка. – Проходите в квартиру, я васчем-нибудь угощу. А хотите малиновой наливочки? Домашней? Я сама делала.

Мы покинули коридор и переместились накухню, где Алина Ивановна незамедлительно наполнила рюмки. Бутылка с малиновойналивкой уже стояла на столе, и у меня мелькнуло подозрение, что бедняжкапристрастилась заливать горе вином.

– Ну, за мир во всем мире! –произнесла тост Алина Ивановна.

Из-за гуимпленовской улыбки я решила, чтоэто такой юмор, но нет, дама была абсолютно серьезна. Ну за мир так за мир, яне против.

Настойка оказалась вкусной. И как-тонезаметно ударила по мозгам. Причем у госпожи Югай не было ни в одном глазу, ая с трудом вспомнила, зачем, собственно, сюда пришла.

– Алина Ивановна, вы знаете СветлануРзаеву?

– Нет, – решительно помотала онаголовой. – А кто это?

У меня ухнуло вниз сердце. Неужели всезря?

– Она тоже была клиенткой «МиссНефертити». Когда вы делали первую операцию, то могли с ней пересекаться. Навид ей сорок лет, очень полная, вес – сто двадцать килограммов.

Я вытащила фотографию Рзаевой.

– А-а-а! – воскликнулахозяйка. – Помню! Я ее помню! Мы лежали в одной палате!

Люся, ты – гений. Гений чистого разума. Ягоржусь тобой.

– Бедная девочка! – вздохнулаАлина Ивановна. – На старте жизнь была к ней так несправедлива!

– Это вы о ком? – не поняла я.

– Да о Свете, о ком же еще? Беднаядевочка!

Надо же, впервые кто-то жалеет Рзаеву.Все, кто с ней раньше общался, только плюются, услышав ее имя. А вот АлинаИвановна разглядела в ней что-то человеческое. Уму непостижимо.

– На каком старте?

– Это я образно выражаюсь, –снисходительно объяснила Югай. – У Светули было очень тяжелое детство. Какя поняла, ее мать сошла с ума, целыми днями лежала на диване. Девочка былапредоставлена сама себе. Ни поесть толком, ни одеться, ни причесаться. Но самоеглавное – мать не удосужилась обратить внимание, что девочка болеет, что у неенарушен обмен веществ. А ведь всего-то и нужно было – показать ее эндокринологу,и, возможно, жизнь Светы сложилась бы по-другому!

Толстому ребенку живется нелегко.Одноклассники его унижают, учителя подшучивают. Ребенок замыкается в себе,робеет и как-то автоматически попадает в разряд тупиц. Чтобы этого не произошло,необходима любовь и поддержка родителей, но Свету никто не поддержал. Онаскатилась на тройки, с трудом окончила десятилетку и отправилась мыть полы.

А ведь у нее были способности! – сгорячностью воскликнула Алина Ивановна. – Она могла стать журналистом,врачом, переводчиком. Мешала жуткая неуверенность в себе. Плюс, конечно,полнейшее отсутствие денег. А без них ни в то время, ни сейчас – никуда.

– А где же Рзаева нашла деньги напластические операции? Ведь это не одна тысяча долларов!

– Мир не без добрых людей! У Светулипоявилась подруга, которая в нее поверила, одолжила денег. Она вообще, как японяла, многому ее научила, стала вроде старшей сестры.

Я навострила уши. Это еще кто такая? Какбы мне ее найти, подругу эту?

– Даже, знаете, такую диетуоригинальную Свете подсказала, – продолжила Алина Ивановна. – Надо сутра, натощак, пить стакан кипятка. А потом весь день нельзя воду пить, да ивообще ничего. За счет этого лишняя жидкость из организма уходит, а вместе сней застарелые шлаки, жир, который годами консервировался. Света попробовала –и точно, похудение идет фантастическими темпами!

Нет, это уже слишком. Если я еще раз откого-нибудь услышу про стакан кипятка с утра пораньше, то просто закричу.Неужели загадочная подруга – это певица Белла Попова?!

– Значит, подруга одолжила деньги. Акак Света их отдавать собиралась, с зарплаты уборщицы, что ли?

Госпожа Югай оскорбилась:

– При чем тут уборщица? Да Светулябольше не вернется к половой тряпке! С новой внешностью у нее началась новаяжизнь. Насколько я помню, она рассчитывала получить высшее образование, найтипрестижную работу, ну и с большой зарплаты отдавать потихоньку долг.

Нет, это полный бред. Никогда хозяйка небудет дружить со своей прислугой. И даже если это вдруг произошло, Поповасовсем не похожа на благодетельницу. С какой это радости ей дарить домработницецелое состояние? Ясно же, что Светка еще не скоро вернет долг. Я охотнее поверюв то, что Рзаева эти деньги у нее попросту украла.

Тут я поняла, что мне необходимо обдуматьэту мысль в одиночестве. Я скомканно попрощалась с Алиной Ивановной и вышла наулицу.

На часах было десять вечера. Люблю этовремя: толпа с улиц схлынула, поток машин поредел, воздух заметно посвежел. Ипочему-то именно в сумраке мне в голову приходят любопытные идеи.

Я шла к метро и рассуждала. Значит, Рзаеваобворовала Попову. Ну точно, так оно и было! Я вспомнила, как Белла взъярилась,когда я упомянула про бывшую домработницу. Прямо истерику закатила на пустомместе. Конечно, она не призналась, что причина в Рзаевой, а сделала вид, будтонедовольна новой прислугой. Но ведь все было шито белыми нитками, и как ятолько сразу это не заметила!

Кстати, Рзаева всегда была нечиста наруку. Что она там сперла у Милены Немудряк – одежду и косметику? А у КристиныСамолис – информацию, которая порой дороже денег... Вот и у Поповой онапродолжила эту порочную практику. Кстати, ведь Рзаева не обязательно стащила упевицы деньги, это могли быть дорогие украшения, картина – в общем, какая-токомпактная вещица.

Странно только, что Белла не заявила окраже в милицию... А может, заявила, только милиция ничего не смогла доказать?Или – чем черт не шутит – Попова боялась привлекать следственные органы, потомучто сама еще раньше стибрила эту вещь у кого-то другого? А что, в наше время низа кого нельзя поручиться...