Игры в личную жизнь - Галина Владимировна Романова

– Что – но?

– Если на Виктора совершили наезд вполне продуманно, то это свидетельствует как раз об обратном. Но почему – на него? Куда логичнее предположить, что нападение надо было совершать на нас с Натальей. Слушайте, Александра, а что, если... А что, если Виктор пострадал совершенно не за это? И все это как-то связано с вами?

– С какой стати? – справедливо возмутилась я, не желая перекладывать проблемы с больной головы на здоровую.

– С той самой, что мы живы и здоровы, а на ваше окружение отчего-то нападают! – он даже обрадовался этой внезапной мысли, осенившей его. – Вас тогда не было в городе. Ну, когда Виктор пострадал. Но перед этим он вас навещал. И следом – это ужасное происшествие...

Что же, это было вполне логичное предположение, если сложить все факты воедино и как следует проанализировать их. А управляющий еще не знал про пострадавшего оператора, проводившего видеосъемку на нашей свадьбе, и Славкино исчезновение...

– Черт! – против воли вырвалось у меня. – Вы хотите сказать, что ваш диск тут ни при чем? Что это я во всем виновата? Но началось ведь все именно с исчезновения этого диска?

Он задумчиво смотрел куда-то поверх моей головы и напряженно размышлял. Так долго и напряженно, что я занервничала. Кажется, парень начал умнеть прямо на глазах, и сейчас он запросто может выставить меня из кабинета. И я не только не получу нужной мне суммы денег, но так до конца и не проясню ситуации. Но управляющий не стал этого делать. Он тяжело и шумно вздохнул и высказал вслух финал своей мысли:

– Нет, Виктор не мог нас обставить и совершить все это в одиночку.

– Не мог, – эхом повторила я.

– У нас сейчас почти все под контролем.

– Почти?

– Да, всю ситуацию мы сейчас держим под контролем. Всю, кроме того, что связано с вами, – он прищурил такие же, как у Виктора, глаза цвета гречишного меда и сложил трубочкой такие же, как у него, губы. – У меня такое впечатление, что из цепочки выпало какое-то звено. И именно в этом звене все и дело. Постарайтесь разобраться в этом, Александра.

– Ну почему – я? А не вы с вашей Натусей?

– Потому, что мы с Натальей живы и здоровы, – просто, без затей, объяснил он мне. – И эту безопасность нам гарантировали за очень приличное вознаграждение. Чем вы, собственно, похвастаться не можете. Я это в смысле безопасности говорю. И... это очень важно... платить вам я не собираюсь!

Спорить я не стала. Разговор был окончен. Больше того, что он мне поведал, он рассказать не в силах. Поэтому мне пора было переходить к истинной цели своего визита. Объяснила я ему ее в двух словах, вполне обоснованно опасаясь, что, поняв все, он рассвирепеет. Но нет, он не разозлился, хотя и понял все мгновенно. Он, по-моему, даже обрадовался, тут же начав раздавать указания по селекторной связи.

– Сколько вы хотели снять с вашего счета? – управляющий уже вовсю веселился. – Кажется, вы вели разговор о двадцати тысячах? Лихо вы меня...

– Точно.

– Тогда заполняйте вот этот бланк, – он пустил по гладкой поверхности стола мне навстречу чистый банковский бланк. – Деньги сейчас принесут прямо сюда.

Я принялась заполнять банковский бланк, чувствуя макушкой его внимательный изучающий взгляд.

«Сейчас о чем-нибудь непременно спросит», – почему-то запаниковала я, хотя все предыдущее время держалась на высоте.

Я не ошиблась. Он действительно открыл рот, и вопрос, заданный им, был с явным подтекстом. Господина управляющего интересовало, откуда на моем счету взялась такая солидная сумма денег.

– Это не ваши деньги! Если вы об этом, – возмутилась я, протягивая ему заполненный бланк. – Если вы поинтересуетесь у своих работников, то узнаете, что они были перечислены к вам из другого города. И...

– Из Белореченска, если не ошибаюсь? – он еще более задумчиво, чем прежде, смотрел прямо на меня. – Да. А это что-то меняет?

– Это меняет многое, если мне не изменяют память и интуиция. – Он минуту барабанил пальцами по столу, потом резко крутнулся в кресле и, нависнув над компьютерной клавиатурой, принялся лихо отплясывать пальцами по клавишам. – Сейчас... Сейчас... Еще минутку, Александра, не знаю вашего отчества...

Тут уж пришел черед нервничать мне. А что, если он прав и все происходящее каким-то образом связано со мной? Виктор приходил ко мне и поплатился. Настя... Оператор... Все они оказывались в той или иной зависимости от меня. И теперь еще сын... Но как?.. Почему? Мне просто сейчас ничего не могло прийти в голову. Ничего, кроме новоиспеченного родства с полковником и его дочерью. Не здесь ли корень всего зла или я опять ошибаюсь?..

– Точно! Я так и знал! – управляющий хлопнул ладонями по столешнице. – Не зря французы советовали всегда искать женщину! Смотрите, Александра, что получается...

Он немного развернул на меня монитор, но, сколько я ни пыталась рассмотреть прыгающие перед поплывшим взором какие-то длинные столбцы с цифрами и буквами, ничего разглядеть не сумела.

– Что там? Не томите! – приготовилась я к неприятному сюрпризу.

– В автомобильных региональных обозначениях Белореченск стоит вот под этим номером, – он назвал номер. – Вы ведь там были недавно, должны были обратить внимание на проезжающие мимо машины. Такой региональный знак?

– Да... Кажется, и что из этого?

– А то, что джип, под который якобы с дури прыгнул Виктор, имел именно такой региональный знак. Именно такой, и никакой другой!

– Это вам милиция сообщила или бандиты? – Мне мгновенно сделалось тошно – и от его сияющего вида, и от собственного страха, липкими лапами словно обхватившего меня всю.

– И те, и другие, – уже совсем беспечно обронил управляющий. – Только первые сказали, что машина под таким номером, который, думаю, был фальшивым, значится в угоне. А вторые мне сбросили по факсу более приемлемую информацию, включающую в себя список возможных владельцев джипа такой марки. Не хотите взглянуть? Вы ведь не торопитесь?

– Уже нет...

– Вот и славно. Я сейчас...

Он сгреб со стола банковский бланк, заполненный мною, в два прыжка очутился у двери и через секунду исчез за ней. Мне бы очень хотелось сейчас сделать то же самое, но я сидела словно привязанная, потому что понимала: бегство от самого себя и своих проблем еще никого не спасало. К тому же очень хотелось получить свои деньги и взглянуть на этот самый список, если он, конечно же, существовал в природе и управляющий пошел именно за ним, а просто-напросто не сбежал от меня, как от чумы или проказы.

Нет, он не сбежал. Он вернулся достаточно быстро и, сунув мне в руки лист факсимильной бумаги вместе с пачкой моих денег, увлек к двери со словами:

– Извините, но более ничем помочь не могу. Мы с Натальей не можем ввязываться во все это по известным причинам, нам бы этот скандал замять до конца! Счастливо вам разобраться...