Волчьи ягоды - Владимир Колычев

— Да можно просто снегом растереться… Я же тебя не напрягаю, брат.

— Зачем так говоришь, Дмитрий Николаевич?

Почти полгода прошло с тех пор, как Березняк уехал с деньгами. Сход был, но Антона на место «смотрящего» там не утверждали. И Березняка тоже на Подвойск не назначили. Антон продолжал жить своей жизнью, перегонял деньги Анфасу. Нормально все было. Клан Батума на него не наезжал, киллер по его душу не приходил. Все спокойно было, пока не появился Анфас. Освободился он и первым делом к Антону домой отправился. Появился у него под Новый год, но вряд ли это хороший знак…

— Ну, может, наша воровская жизнь тебе обрыдла?

Собственно, воровской жизнью Антон и не жил, так что в самой постановке вопроса заключен был подвох.

— Что-то не так, Дмитрий Николаевич?

— Жениться собираешься, да?

— Я уже давно на Карине женат. Осталось только официально оформить отношения.

— Законный вор не должен иметь жену.

— Я не в законе.

— Ну, какие твои годы… Человек ты правильный, косяков за тобой нет. А то, что с Бореем решил… Так с этим ничего не ясно, ты его сделал или нет. Может, и не ты… А если ты, но ведь даже законный вор должен следить за своим базаром… Да и не вор он, этот Борей. Апельсин доморощенный, вот он кто… А мы тебя по всем правилам коронуем… Ну, если ты этого заслужишь…

Антон мысленно усмехнулся. Туманное обещание, из разряда «когда-нибудь», «может быть». Оно похоже на морковку, которую вешают перед глазами ослика, чтобы он шел за ней и тащил за собой тележку чужих проблем.

Воровская корона — это не столько почет, сколько ответственность. Слишком уж тяжелой может оказаться «шапка Мономаха» для Антона. Столько обязательств возникнет у него перед воровским сообществом, что с головой придется окунуться в этот мир. А оно ему нужно? Ему и без короны хорошо. После встречи с Березняком вдруг захотелось поскорее освоиться на заводе, войти в курс дел, втянуться в решение производственных и финансовых проблем. И освоился он, и втянулся. Нет, он еще не готов управлять заводом, но все ближе подходит к этому. Потому что нравится ему такая жизнь…

— К чему ты клонишь, Дмитрий Николаевич?

— Ты — наш человек, Антон, тебе с нами по пути, а не с твоей Карой.

— Я должен отказаться от Кары?

— Ты должен стать законным вором. И ты должен жить для братвы.

— Одно другому не мешает, — неуверенно проговорил Антон.

— Мешает!

Анфас не стал развивать свою мысль, он поднялся с полока, вышел в трапезную, смахнул со стула простынь, укутался в нее и направился к выходу.

Прорубь в озере была размером с теннисный стол, но разбить ледяную корку оказалось несложно. Охранники уже справились со своей задачей, поэтому Анфас быстро нырнул в студеную воду. У Антона не было никакого желания подражать ему, но и на берегу он остаться не мог. Надо было показать, что ледяная вода ничуть его не пугает.

Он нырнул в прорубь вслед за Анфасом. Вода обожгла тело, сжала в лепешку мозг, но сейчас все пройдет, и кровь наполнится особым теплом. Чем сильнее расслабишься, тем быстрее согреешься…

Анфас фырчал, делая резкие движения, чтобы согреться. Все, надоело ему купание, на лестницу он уже смотрит, которую установили на краю проруби. Зато Антон внешне спокоен, такое ощущение, словно он в теплом бассейне плавает.

— Так что ты там хотел мне сказать, Дмитрий Николаевич? — неторопливо спросил он. — Для братвы жить надо?

— А разве нет?

— Я могу жить для братвы. Но зачем Карину бросать?

— Мешать она тебе будет.

— Обоснуй!

Но Анфас больше не мог выдержать в ледяной воде. Махнув на Антона рукой, он выбрался на лед, накинул простыню и босиком прошлепал к бане. Антон выждал пару минут и только тогда последовал за ним.

Вор отогревался в парилке. Воды на каменку плеснул, подняв к потолку обжигающий пар, и руки к бокам притер, чтобы согреться. Он заметил иронию в глазах Антона и вздохнул:

— Старею я. Уже не такой, как раньше. Сорок восемь лет, мотор уже не тянет…

— Ничего, после баньки как новенький станешь… Так почему я должен бросить Карину? — не унимался Антон.

— А почему вору нельзя жениться? А потому, что баба его к дому привязывает, на семейные дела подписывает. А у тебя с твоей Карой семья, ее деньги — твои деньги. Чем больше она отстегивает на «общак», тем больше теряешь ты. И наоборот, чем больше берешь ты, тем больше теряет она…

— То есть, пока я с ней, денег тебе на «общак» больше не будет?

— Нам на «общак», — поправил Антона Анфас. — Нам. Ты вор, и наш «общак» — твой «общак». Или не так?

— Все так.

— Тогда почему мы теряем в деньгах?

— А мы теряем в деньгах?

— Твоя Кара назначила миллион в год, а должна отстегивать все три. Это если снимать с нее десять процентов, о которых был уговор. А если назначить двадцать процентов?..

— Что-то ты круто замахнулся, Дмитрий Николаевич. Я же объяснил, что мы не Москва…

— А кто ночной клуб на Новом Арбате открыл?

Антон не удивился. Для него не было секретом, что воры собирают информацию о бизнесе тяжмашевской братвы. Тихой сапой собирают, не привлекая к себе внимания. Именно поэтому и появился сегодня Анфас, чтобы поставить Антона перед фактом. Торопится он, но так ведь его можно понять. На дворе последний день старого года, и ему хотелось решить все проблемы уже сейчас, чтобы завтра начать новую жизнь.

— Новый Арбат — это не наша земля. У этой земли есть хозяева, Кара им отстегивает за «крышу». Все чисто «по понятиям».

— Но доход она с клуба имеет?

— Да, но за «крышу» платит. Если ты перебьешь «крышу», то будем платить за клуб тебе.

— А что ты насчет «Тяжмаша» скажешь? Он тоже под чьей-то «крышей»?

— Да, под «крышей» тяжмашевской братвы, и она платит тебе. Десять процентов платит. А за что платит? Когда с клубом проблема встала, кто ее Каре помог разрулить? Никто. Сама все разрулила. А она тебе за «крышу» платит, хотя ее пока нет…

— А ты на что? Разве ты не меня здесь представляешь?

— А меня что, кто-то «смотрящим» назначал? Какие у меня полномочия? Кто меня в Москве знает?

— Будут у тебя полномочия. И корона будет. Все будет.

— Но для этого я должен бросить Кару?

— Это твое личное дело. Главное, ты должен повысить выплаты с нее.

— Значит, я должен просто ее кинуть.

— Не надо никого кидать, — поморщился Анфас, — надо всего лишь решить вопрос.

— Как? Кара — это мафия. Там своя система, там свой «общак», свои авторитеты. Это тебе, Дмитрий Николаевич, не мужики с лесоповала, их на понт не возьмешь. Сход собирать надо, решать вопрос. А кто захочет поднимать тебе выплаты себе в убыток? Братва постановит поднять тебя на вилы. Тебе это нужно?