Куда смотрит прокурор? - Александр Звягинцев

У неизвестного были большие черные глаза и такие же ноги.

Из протокола задержания

– Артур Сигизмундович, подъехать ко мне можешь? – осведомился Мурлатов.

– А что – нужно?

– Тут такое дело… Дорого стоит!

– Ну, ты дешево вообще не берешь.

– Зато товар какой – пальчики оближете! Рекомендую. Уйдет – сами себе потом не простите.

Капитан хохотнул и положил трубку. Шкиль, как всегда перед встречей с Мурлатовым, положил в кейс пару конвертов. Потом, подумав, добавил еще один.

– Вчера вечером у нас, Артур Сигизмундович, звонок был, – не торопясь, рассказывал капитан. – На бульваре Щорса, говорят, прямо у вас под носом драка! Выскочили мы на улицу, действительно, два парня по земле катаются, лупят друг друга. Ну, забрали мы их в отделение. Один, то ли пьяный в дупель, то ли обкуренный, в камере просто заснул сразу. А второй, нормальный вроде паренек, рассказал, что шел из кино, а к нему пристал придурок с ножом – мол, давай бабки! Он нож выбил, и пошла у них простая махаловка…

Шкиль слушал капитана с недоумением. Что за спешка из-за какой-то дурацкой драки?

– Только ножа-то мы не нашли, – насмешливо и ласково улыбаясь, продолжал капитан. – Шламбаум там все перерыл – ничего. Будем, конечно, дальше искать, но… В общем, разобрать, кто там прав, кто виноват, не просто. Свидетелей нет. Может, займетесь пареньком, Артур Сигизмундович?

– С какой стати? – удивился Шкиль. – Хулиганских драк мне только не хватало. Я уже, знаешь, вырос из этого возраста. Или что-то там есть особенное?

– Есть, еще как есть, – загадочно улыбнулся Мурлатов.

– Ну, – задумался вслух Шкиль, – перспективы в таких делах обычно возникают, когда выясняется, кто родители… Что, у кого-то из мордобойцев интересные родители?

– Тяжело с вами, Артур Сигизмундович, вы прямо все заранее знаете, – насмешливо сказал капитан.

Из чего можно было установить, что, может, Шкиль и догадывается кое о чем, но далеко не обо всем.

– Вы думаете, почему я с пацаном, который с кем-то там по пьяному делу подрался, полночи разговаривал? И сегодня с утра несколько оперативных мероприятий провел? С несколькими информаторами встретился? Просто так?

– Хотел бы я знать, капитан, что вы делаете просто так, – засмеялся Шкиль. – Но увы…

– Как-нибудь при случае я вам расскажу, что я делаю просто так, задаром, – пообещал Мурлатов. – Но здесь не тот случай. Тут как в анекдоте про тигра. Тигра-то я поймал, за хвост держу, а вот что дальше делать? И решил я тигра вам уступить. Недорого…

– Ну, спасибо, удружил! Вы хоть фамилию-то тигра назовите для начала, товарищ капитан. Глядишь, что-нибудь вместе и придумаем.

– Вы же знаете мой принцип, Артур Сигизмундович, – обезоруживающе засмеялся капитан. – Только предоплата!

– Но я должен быть уверен, что дело стоит того. А то окажется, что тигр-то, как говорят китайцы, бумажный.

– Тигр самый натуральный, заповедный. Сами потом баксов добавите. Когда узнаете, как его фамилия!

– Ну-ну, – недоверчиво пробурчал Шкиль.

Однако конверт из кейса он все-таки достал и вручил капитану.

Тот, как всегда, двумя пальцами, на ощупь, оценил толщину пачки, бросил конверт в ящик стола и в блаженстве, в которое он всегда впадал после получения хорошей суммы, откинулся на спинку кресла.

– Фамилия-то простая и вам очень хорошо знакомая… Я, когда паренька на бульваре увидел, сразу понял, кто передо мной…

– И кто же? Сын Березовского? Или Путина?

– Ну зачем так сразу?! Представляете, Жан Силович Туз в молодости – вот кто стоял передо мной.

Известие было настолько неожиданное, что Артур Сигизмундович даже не сразу врубился в тему:

– Погодите, капитан! Но ведь… У Туза только дочь, насколько я знаю… Родственник, что ли?

Капитан Мурлатов снисходительно улыбнулся:

– Сын, Артур Сигизмундович. Самый что ни на есть родной сын.

– Вы уверены? Действительно родной сын?

– Не буду утомлять вас, Артур Сигизмундович, подробностями, как и от кого я узнавал информацию. Нарисую сразу картину целиком. А она выглядит так… Туз с молодости отличался пристрастием к женскому полу и даже попадал по сему поводу несколько раз в неприятные истории. Почему-то его все на жен высокого начальства заносило. Жена его, которую он увел, кстати, у председателя райисполкома, умерла, когда Василисе было лет пять-шесть. Он, конечно, переживал сильно, но все равно через год-другой у Туза появилась новая женщина. Мне сказали, что любили они друг друга по-настоящему, но о совместной жизни речи быть не могло. Потому что Василиса страстно любила умершую мать, память о ней была для нее дороже всего. А для Туза, сами знаете, дочь всегда была как свет в окошке. Он даже думать не мог о том, чтобы чем-то ее огорчить…

– А эта женщина, с которой он сошелся? Она что собой представляла?

– С женщиной Тузу, надо сказать, страшно повезло. Во-первых, она его действительно любила. А во-вторых, была порядочная до… неправдоподобности. Вообще-то она была учительницей в школе, где, между прочим, училась Василиса. Та росла на ее глазах.