Высокий блондин на белой лошади - Наталья Андреева

Вот это ее стол. За спинами охраны. Ты чувствуешь это всеми фибрами души. Здесь она проводила большую часть своей жизни и то время, пока ты ждал ее возвращения, прислушиваясь к шагам на лестничной клетке.

– Здравствуйте, – вежливо говорят тебе. – Вы к кому?

– Меня хочет видеть шеф.

– Андрей Николаевич?

Вот как его зовут! Тупица! Ты мог бы узнать заранее! И не стоять сейчас с дурацким выражением лица.

– Ваши документы, пожалуйста.

– Пожалуйста.

Ты достаешь журналистское удостоверение.

– Паспорт, пожалуйста.

– Пожалуйста.

Это оборонное предприятие. Непременно. Здесь охраняют секреты вселенского масштаба. Чтобы такой тупица, как ты, так и не узнал до конца своей жалкой жизни, как делать деньги.

– Пожалуйста, проходите.

– Спасибо.

Ты проходишь к заветному столу. Там сидит девушка. Она ничем не похожа на Диану Кузнецову. Разумеется, она не рыжая. И, разумеется, не так хороша. По напряженному выражению лица ты понимаешь, что она – новенькая. Это выражение называется «как бы чего не ляпнуть». И у тебя было такое же, когда только-только пришел на телевидение. И ляпал еще как! Ого-го!

Нет, эта девушка тебе не интересна. Хотя она и хорошенькая. И могла бы пройти кастинг на роль Дианы-охотницы. Но она – новенькая. Она ничего не знает. Ни-че-го.

– Добрый день.

– Я к Андрею Николаевичу. Насчет Дианы Кузнецовой.

– Минутку подождите.

Ты опускаешься на кожаный диван и начинаешь оглядываться. Кожа под тобой приятно поскрипывает, взор приятно ласкает со вкусом подобранный интерьер. Стол в приемной. За ним дверной проем. Без двери. Там коридор. В коридоре двери. Секретарша ушла налево. Похоже, это истинная секретарша. По призванию. В приемной тоже три двери. Пардон, четыре. Там, за занавеской, наверное, служебное помещение. И кухня. Пахнет кофе. Скоро обед. В приемной появляется секретарша.

– Проходите, пожалуйста.

– Спасибо! – с энтузиазмом откликаешься ты и поднимаешься с дивана. Он так глубок, что ты едва не плюхаешься обратно. Не хватало еще оказаться в смешном положении, профессионал!

Секретарша, улыбаясь, ждет тебя в дверях. Ты невольно отмечаешь, что вы почти одного роста. Как жаль, что она новенькая! С таким выражением лица не будешь резать блондина! Тут нужна истинная страсть! А эта – ни рыба ни мясо.

– Налево.

Она еще и глупа! Разумеется, ты заметил, как она уходила налево! И не заблудишься теперь в поисках кабинета генерального. Нет, она не резала блондина. Тут нужны мозги. Чтобы сообразить, куда спрятать тело. И как потом выкрутиться, подставив другого человека.

Ты идешь по коридору и чувствуешь в коленях дрожь. Сейчас ты увидишь человека, которого она любит. Как именно любит, ты уже видел. Выражение лица, с которым она держала в руке молчащую телефонную трубку, не оставляет никаких сомнений.

Счастливец!

Ты без стука отрываешь дверь в его кабинет. Что ж, кабинет неплох, весьма неплох. Хотя по роду журналистской деятельности тебе приходилось видеть кабинеты и побольше, и побогаче. Но в данном случае интерьер кабинета не имеет никакого значения.

Хотя… Если это было, то это было здесь. Вот здесь они работали над секретными документами. Над договорами. Диана говорила следователю, он глаз с нее не сводил. Владелец кабинета. Кого ласкал жадным взором: ее или договоры, которые она готовила?

Если учесть, что было потом… Опять-таки, по словам Дианы, со слов следователя.

Спокойно, Тарас. Молчи, грусть. А чего ты ожидал? Что он окажется хромым, косым и одновременно горбатым? Он и в самом деле блондин. Высокий или не очень – определить трудно, поскольку он сидит. Но судя по косой сажени в плечах… Молчи, грусть. Опусти свои бабьи плечи и расслабься.

У него правильное лицо. В том смысле, что все на том самом месте, где и должно быть. Глаза, нос, рот. Ты просто завидуешь, поэтому и язвишь. И не кажется ли тебе, что пауза слишком затянулась?

Он встает и через стол протягивает руку, которую ты жмешь.

– Добрый день. Присаживайтесь, Тарас…

Он выше тебя ростом. Что ж, Наполеон тоже был маленького роста. Хотя кто это сказал, что ты маленький? Ты – нормальный. А он – переросток.

– Просто Тарас. Мы, журналисты, не привыкли к отчествам.

– Так, значит, вас интересует дело Даны.

Он первым опускается в кресло и задумчиво смотрит на тебя карими глазами миндалевидной формы. Какого черта тебя интересует их форма? Чтобы еще больше разозлиться? Потому что ты понимаешь, за что она его любит! Он ведь идеально подходит на роль мужчины ее мечты! А ты, неудачник, на роль ее шофера. Водителя «Мерседеса», в котором они едут к причалу, возле которого стоит белый пароход.

Спокойнее, Тарас. Спокойнее. Люди, они хорошие. Все без исключения. И этот тоже… гм-м-м… человек. Он тоже хороший.

– Видите ли, я не верю, что она убийца, – тихо, но твердо говоришь ты.

– Вы так хорошо ее знаете? – Взгляд его внимателен. – Давно вы знакомы?

– Полгода. Я снимаю квартиру в доме, где она живет. На той же лестничной клетке.

– А я знаю Дану пять лет.

Теперь взгляд его карих глаз задумчив. И он размеренно говорит:

– Она – девушка со странностями. Импульсивная.

– Откуда вам это известно?

– Сотрудники жалуются. Я не люблю слушать сплетни, но… Говорят, с ней трудно работать. У нее обостренное чувство справедливости.

– И, по-вашему, такая девушка могла убить?

– А разве нет?

Что ж, ты должен признать, что он умен. И по-своему логичен. Это не логика Дианы Кузнецовой. Это его логика. Безупречная логика преуспевающего бизнесмена. Она приносит деньги, если действовать изо дня в день согласно ей, а не логике Дианы Кузнецовой. Его логика исключает абсурдные ситуации.

– Скажите, Андрей Николаевич, а как вы относитесь к Диане?

– Она – ценный сотрудник. Преданный фирме. Года три назад случилась некая накладка, но это по неопытности. Во всем остальном…

– Оставим в покое ее деловые качества. Я имею в виду не ее преданность фирме. Ее преданность лично вам.

– Простите?

В его взгляде легкое недоумение. Неужели ты ошибся, Тарас? Это все твоя ревность! Личная неприязнь! Ты ревнуешь!

– Вы знаете, что она в вас влюблена?

– Я этого не поощряю, – говорит он, хмурясь.

– Но знаете? Знаете, ведь?

– А какое это имеет значение?

– Она не могла иметь любовника. Диана – цельная натура.