Мраморный король - Евгения Грановская

– Значит, князь просит меня приехать к нему прямо сейчас? – еще раз уточнил Ласкер.

– Только если вы не запланировали на сегодняшний вечер других дел, – с учтивым поклоном ответил Соколов. – Князь хотел послать вам письменное приглашение, но посчитал, что для такого великого человека, как вы, это будет сродни оскорблению. А потому прислал меня.

– Вот как, – снова сказал Ласкер, смягчаясь.

– Именно так, – улыбнулся Соколов. – Его сиятельство велел передать, что ежели вы найдете время для посещения, его благодарность не будет иметь границ. Прибавлю от себя лично, что князь Дадиани Мегрельский чрезвычайно щедрый человек.

«Ага, – подумал Ласкер. – Вот это уже ближе к делу».

– В каком смысле щедрый? – уточнил он.

– Его сиятельство любит делать подарки.

«Подарки – это неплохо. И ужином он меня, скорей всего, накормит», – подумал Ласкер, в животе у которого уже урчало от голода.

– Должен вас предупредить, господин Ласкер, – снова заговорил посланник, – что князь обожает играть в шахматы и делает это неплохо. Он был бы чрезвычайно рад, если бы вы согласились сыграть с ним партию-другую.

«Так вот в чем дело, – подумал Ласкер, усмехаясь. – Наш князек честолюбив. Желает сразиться в шахматы с самим чемпионом! Что ж, если он и впрямь так щедр, как говорит этот толстяк, я согласен поставить ему мат на десятом ходу. Но, конечно, не бесплатно».

– Так как, господин Ласкер? – с вежливой улыбкой осведомился толстяк. – Вы принимаете приглашение его сиятельства?

– Сани у входа? – уточнил Ласкер.

– Так точно-с.

– И ехать двадцать минут?

– Никак не больше-с.

– Гм… – Ласкер сделал вид, что раздумывает. Посланник терпеливо ждал, чуть склонив голову набок и поглядывая на шахматиста маленькими добродушными глазками.

– Ладно, – сказал наконец Ласкер. – Я принимаю приглашение князя.

– Замечательно! – воскликнул толстяк и вскочил на ноги. – Вы об этом не пожалеете, господин Ласкер!

В глазах толстяка в этот миг мелькнуло что-то неприятное и лукавое, однако через мгновение странное выражение исчезло, и Ласкер не придал ему значения. Тем более что пустой желудок вновь настоятельно потребовал уделить ему внимание.

Выйдя на улицу, Ласкер нос к носу столкнулся с Чигориным, который шел по тротуару, слегка пошатываясь.

– Господин Чигорин!

– Господин Ласкер!

Противники приподняли шляпы. Ласкер, сообразив, что Чигорин пьян, хотел было пройти мимо, однако тот остановил его, ухватив за рукав пальто, и спросил:

– Этот толстяк с вами – не человек ли князя Мегрельского?

– Да, от него, – ответил Ласкер. – Князь был так любезен, что пригласил меня в гости и прислал за мной свой лучший экипаж.

Чигорин повернул голову и посмотрел на сани, на подножку которых уже закидывал ногу толстяк. Затем повернулся к Ласкеру и сказал, хмуря брови:

– Я бы на вашем месте не поехал.

– Почему? – удивился Ласкер.

– У этого князя дурная слава. Он не чист на руку. Я бы на вашем месте отказался от поездки.

Некоторое время немец пристально разглядывал Чигорина, потом усмехнулся и заносчиво произнес:

– Пожалуй, я рискну. – Он перевел взгляд на рукав и добавил: – Если вы позволите.

Чигорин отпустил рукав немца и пожал плечами:

– Дело ваше. Но не удивляйтесь, если останетесь в дураках.

Ласкер сердито сдвинул брови и хотел ответить резкостью на резкость, но передумал. Он приподнял шляпу, повернулся и быстро зашагал к саням.

Чигорин тут же потерял к нему всякий интерес и, пошатываясь, побрел дальше. Через десять секунд он уже забыл о Ласкере.

По пути к апартаментам князя имела место еще одна странность. На одном из поворотов из-за угла дома выскочила женщина в темной шубке и кинулась наперерез саням. Кучер вскрикнул, осаживая лошадей, и бросил несколько слов, значения которых Ласкер не понял.

Женщина отшатнулась от саней, споткнулась и упала в сугроб. Ласкер мигом соскочил с саней и кинулся к ней на помощь. Опершись на руку шахматиста, женщина поднялась на ноги, и Ласкер увидел, что лицо закрывает черная вуаль.

– Сударыня, вы не ушиблись? – спросил он.

– Что? Ах нет, со мной все в порядке. Господин Ласкер, – произнесла вдруг женщина быстрым и взволнованным голосом, – прошу вас, вернитесь в отель! Вам не нужно туда ехать!

Лицо шахматиста вытянулось от изумления.

– Позвольте, сударыня, я не…

– Я должна идти!

Женщина повернулась и быстро пошла прочь. Ласкер хотел догнать ее, но в этот момент толстяк окликнул его с саней. Ласкер отвлекся на толстяка, а когда вновь повернулся к женщине, ее уже и след простыл.

Ласкер вернулся к саням в глубокой задумчивости.

– Что там? – тревожно спросил толстяк. – Цела?

– Цела, – ответил Ласкер.

Толстяк дернул одутловатой щекой и сердито произнес:

– Сумасшедшая какая-то. Эй, кучер! Трогай, любезный, трогай!

Сани вновь покатили по заснеженной дороге. Толстяк повернулся к Ласкеру и стал что-то рассказывать ему, однако шахматист слушал рассеянно. Двойное предупреждение – Чигорина и таинственной незнакомки – несколько охладило его пыл, но, однажды приняв решение, он никогда от него не отказывался, а потому не отказался и от этой поездки. «В конце концов, я в цивилизованной стране, – думал Ласкер. – Если что-нибудь пойдет не так, я всегда смогу обратиться за помощью в полицию. Впрочем – разберусь сам!»