Сидни Шелдон. Если наступит завтра-2 - Тилли Бэгшоу

Жан взял снимок и всмотрелся в красивую молодую женщину со светлыми волосами, широким чувственным ртом и высокими скулами. Трудно представить, какое отношение она может иметь к Сандре Уитмор или другим убитым и изуродованным женщинам. Впрочем, то же самое можно сказать о Трейси Уитни.

Преимущество, которая мисс Кеннеди имела над мисс Уитни, заключалось в том, что она определенно была жива. Жан предпочитал живых подозреваемых мертвым. Но все равно не собирался отказываться от версии, связанной с Уитни.

– Вы знаете, где сейчас находится мисс Кеннеди?

Впервые за все это время вид у Бака стал неловким.

– В настоящее время? Нет. Но мы работаем над этим. Как я сказал, у нее множество имен.

– Могу я взять себе снимок?

Бак тяжело вздохнул.

– Если хотите. Но вряд ли это вам поможет. Послушайте, Риццо, вы не хуже меня знаете: каждый день в больших городах по всему миру убивают проституток. Никакой связи между кражей рубинов Брукстайнов и убийством девушки нет. Вы хватаетесь за соломинку. А теперь, прошу простить, у меня много дел.

Вернувшись в свой номер голливудского отеля «Стандард», Жан попытался расслабиться. Неудачное совещание в ФБР истощило его физически и эмоционально. Он ненавидел Лос-Анджелес. Этот город больше всех остальных на свете пробуждал тревогу в нем. Под внешним блеском и гламуром здесь чувствовались одиночество и отчаяние. Все слишком усердно старались выбиться в люди. Смрад сгоревших надежд, висевший в воздухе, забивал горло, не давая дышать.

Жан позвонил во Францию, детям. Ему вдруг страшно захотелось услышать их голоса. Однако Клеманс ушла ночевать к подруге, а Люк смотрел «Винни-Пуха» и отказывался отходить от телевизора.

– Не принимай близко к сердцу, – тепло посоветовала Сильвия. – Он устал, вот и все.

– Знаю. Я скучаю по нему. По всем вам.

Последовала пауза.

– Не начинай снова, Жан. Я тоже устала.

Какое мерзкое слово – «развод»!

Повесив трубку, Жан взял фотографии изуродованного трупа Сандры Уитмор и разложил на кровати. Работа – лучшее лекарство для разбитого сердца, и Жан теперь обратился к ней, как делал раньше много раз.

Комната, в которой была зверски убита Сандра, была тщательно убрана, как и в предыдущих случаях. Там же лежала и Библия с подчеркнутым текстом. Ногти Сандры были обрезаны, волосы расчесаны, ноги широко раздвинуты. Жан закрыл глаза и представил, как убийца обставляет сцену преступления, располагает труп, как манекен из магазина. И ощутил ненависть, такую сильную, что даже затошнило.

Почему ФБР отказалось ему помочь?

Почему Милтон Бак не рассматривает даже возможность того, что Трейси Уитни либо Элизабет Кеннеди могут быть замешаны в этих преступлениях? Что может существовать связь между мошенницами и проститутками? Заместитель директора Марсден упоминал имя партнера Уитни – Джефа Стивенса. Жан почти ничего не знал о Стивенсе, кроме имени. Возможно, стоит провести небольшое расследование?

«Шаг за шагом. Сначала проверим Трейси Уитни».

Жану оставалось пробыть три дня в Лос-Анджелесе, прежде чем он улетит домой в Лион. В лос-анджелесском отделении полиции не хватало работников, и ФБР явно не собиралось ему помогать. Придется заниматься расследованием самостоятельно.

Он поднял трубку телефона.

Расположенный в отдалении от Пасифик-Коаст-хайвей Нобу-Малибу с его великолепными видами на океан стал любимым местом пятничных ужинов для голливудской элиты. Даже столь важная персона, как Алан Брукстайн, должна была просить одолжения у метрдотеля, чтобы занять желанный столик девятнадцать на террасе. Сидя между Уиллом и Джадой Смит, интернет-миллиардером, Алан Брукстайн надеялся, что сегодняшний ужин поможет вывести Шейлу из хандры. Пока что это не удавалось. С тех пор как ее рубины были украдены, Шейла не находила себе места. Говорить с ней не было никакой возможности.

Глядя, как она уныло сидит над суши, с тонкими злыми поджатыми губами, Алан подумал: «Я не люблю тебя. Ты мне даже не нравишься. Жаль, что я вообще купил тебе чертово ожерелье».

– Простите, мистер Брукстайн, миссис Брукстайн, не возражаете, если я присяду?

Вопрос был явно риторическим. Невысокий человек с канадским акцентом уже подвинул стул и втиснулся между режиссером и его женой.

– Это не займет много времени. Я расследую убийство, произошедшее в Голливуде. Ночью в прошлое воскресенье убили молодую женщину. Как раз после того, как был ограблен ваш дом. – Жан показал удостоверение Интерпола и положил его на стол.

– Убита? Какой ужас! – плотоядно заявила Шейла. Полицейский был очень красив. Расследование убийства, по крайней мере, даст ей тему для сплетен с подругами. – Мы знали молодую женщину?

– Сомневаюсь. Она была проституткой.

Плотоядный взгляд исчез, сменившись обвиняющим взглядом в сторону мужа.

– Иисусе! Не смотри на меня! Я не знаю никаких проституток!

– Простите, сэр, эта женщина вам знакома?

Жан достал из кейса снимок Трейси.

– Это она проститутка? – спросил мистер Брукстайн.

Шейла все еще старалась пронзить взглядом мужа, который внимательно изучал изображение.

– Нет. Но она может быть связана с делом. Мистер Брукстайн, вы узнаете эту женщину?

– Не знаю. Может быть.

– Что ты хочешь сказать этим «может быть»? – Пронзительный голос Шейлы действовал, как шуршание ногтей по шелку. – Либо ты знаешь ее, либо нет.

– Господи, Шейла, заткнешься ты хоть на пять секунд?

Алан снова взглянул на фото.

– Волосы причесаны по-другому. И она старше, чем на снимке. Но, думаю, это крошка из страховой компании.

– Вы встречали эту женщину?

Жан старался скрыть возбуждение.

– Да.

– Недавно?

– Она приходила в дом неделю назад. Предупреждала о микрокамерах – оказалось, что все так и было. Что воры использовали их, чтобы добыть коды от сейфа. Полагаю, мне следовало принять ее совет всерьез.

– Спасибо, мистер Брукстайн, миссис Брукстайн. Вы очень мне помогли.

– Эта женщина имеет что-то общее с кражей? Как насчет моего ожерелья? – взвилась Шейла.

Но Жан уже улизнул.

В шесть утра Жан сидел в машине. В прошлом Трейси останавливалась только в лучших отелях. Вооружившись снимком, Жан начал с даунтауна и направился на запад. Заезжал он в самые роскошные заведения. К десяти он вычеркнул пять из семи отелей: «Ритц-Карлтон», «Времена года», «Пенинсула», «Рузвельт» и «СЛС» и стал сомневаться в собственной логике.

«Может, она сняла особняк? Остановилась у друга или любовника? Потеряла все деньги и скрывается в мотеле? А может, Алан Брукстайн ошибся и она вообще не была в Лос-Анджелесе?» Жан будет не первым, кто ищет ветра в поле, когда речь идет о Трейси Уитни.