Фактор страха - Чингиз Абдуллаев

— У Жени неприятности, — сказал Шахматист, —ты можешь ко мне приехать прямо сейчас?

Это была не просьба — приказ. А приказы нарушать неположено.

— Конечно, могу, — выдохнул он, — у ЕвгенияАлексеевича неприятности, мы и принимаем меры. Я только Матвея предупрежу исразу приеду. Евгений Алексеевич дал нам поручение.

— Дурак, — с презрением бросил Шахматист, —сказано приезжай, значит, приезжай. Звонить еще вздумал кому-то.

— У нас поручение…

— Я говорю тебе, не нужно звонить. Нет больше твоегоМатвея.

— Как это нет? — шепотом спросил Толик. —Полтора часа назад мы с ним разговаривали.

— Он умер, — сообщил Шахматист, — приезжайскорее. Дело важное есть. Знаешь, где я обычно обедаю? Там и встретимся.

— Да, да, конечно. — Толик осторожно положилтрубку, подумал с минуту и быстро позвонил по мобильному Очеретину. Телефонработал. Это немного приободрило Толика. Но никто почему-то не брал трубки.Наконец раздался незнакомый мужской голос:

— Слушаю вас. — Шпицын замер. Говорить былоопасно. Но, с другой стороны, все надо проверить.

— Алло, — срывающимся от волнения голосом сказалШпицын, — алло, кто говорит?

— Кто вам нужен? — И тут Шпицын понял, что этоводитель, тот самый, которого Чиряев приставил к своей женщине.

— Костя, ты? — спросил Шпицын.

— Да, я, — ответил водитель.

— Уже понял, что ты, — раздраженно заметилШпицын. — Что случилось? Где Матвей?

— Убили Матвея, — сообщил водитель, — он тутпередо мной сидит. Убили его.

— Как это убили? Как это сидит? — запсиховалШпицын. — А ты где был?

— Внизу, в машине ждал.

— Ты кому-нибудь звонил? — быстро спросил Шпицын.

— Никому, — ответил водитель, — я тольковошел, когда телефон зазвонил. Открыл своими ключами дверь и вошел. Телефон наполу лежал, — он говорил сдавленным шепотом, словно опасаясь, что могутуслышать.

Откуда Шахматист знает, что убили Матвея, если водительникому не звонил, закралось подозрение.

— Ты видел, кто его убил?

— Не видел. Я внизу был, Матвей не велел подниматься.

— Как это не видел? — заорал Шпицын. — Ничегоне видел, ничего не знаешь, никому не звонил. Маме своей лапшу на уши вешай,сука. Я тебя спрашиваю, кто убил?

— Не знаю. Я не видел, чтобы кто-нибудь входил в дом.Только два мужика приезжали, ящик тащили. Больше никого не было.

— Я тебе покажу ящик. Это ты звонил Шахматисту?

— Какому Шахматисту? — удивился водитель. — Никомуя не звонил…

Шпицын бросил трубку, поднялся, подошел к сейфу, взялпистолет. Подумав, вышел в приемную и сказал секретарше, которая вскочила приего появлении, сразу определив, что он не в духе:

— Собери всех наших людей. Тех, у кого есть право на ношениеоружия. Пусть приедут сюда. Мне нужны три машины с ребятами.

Он забыл спросить водителя про Фанилина и Мару. Впрочем,черт с ними, с этим можно потом разобраться. Сейчас нужно сообразить, зачемпозвонил Шахматист. Ведь они с Чиряевым друзья. Неужели это его люди убралиМатвея? Но с какой целью? И как они могли узнать, что Матвей у Мары? Водительклянется, что никому не звонил. Выходит, Шахматисту это стало известно раньше,чем водителю. Вообще он первый узнал. А узнать первым мог только убийца. Или тот,кто послал убийцу. Голова пошла кругом. Не поехать к Шахматисту нельзя, поехатьи подставить себя под пули — глупо. Если Матвея застрелили по приказу Галкина,то следующий — он, Толик Шпицын. Но зачем Шахматисту убивать людей своего другаи союзника? Шпицын вытер пот с лица и закусил губу. Нужно было приниматьрешение.