Наследница всех капиталов - Светлана Алешина

— Вполне, — ехидно улыбнувшись, ответила я.

— Ну и отлично, завтра же возьмем вашего типа, — поднимаясь с места и явно собираясь куда-то направиться, произнес майор.

— Завтра? — теперь уже вскочил с места Аникин. — Почему завтра?

— Потому что сейчас у меня просто нет людей, — без лишних эмоций ответил Здоренко. — Все по городу расставлены. Какой-то козел позвонил и назвал сразу несколько мест, где якобы заложены бомбы, террорист чертов. Поэтому только завтра.

Сказав это, майор прихватил со стола папку и решительным шагом направился к двери. Мы грустно переглянулись и вышли из кабинета.

Вернувшись в мою машину, все долго молчали. Не выдержавший тишины Виктор вдруг недовольно пробурчал:

— Куда ехать-то?

— К нам, милок, к нам, — торопливо ответила за всех Лариса Евгеньевна, и Виктор включил зажигание.

Я заставила себя собраться с мыслями и, повернувшись к Мясниковой и Аникину, сказала:

— Вы уж сильно не расстраивайтесь из-за майора. Это он с виду такой грозный и злой, а на самом деле человек хороший и обязательно поможет нам, тем более что я его об этом попросила. Вот увидите, завтра ваш Курдов уже будет сидеть за решеткой.

— Завтра… — насмешливо повторил Аникин и как бы невзначай сказал: — До завтра у него еще куча времени, чтобы слинять из города. Ищи его потом.

«А ведь верно, — мысленно согласилась с ним я. — Если Курдов вдруг узнает, что мы его сдали, то наверняка быстренько смоется из Тарасова, ведь терять-то ему теперь нечего. Соня по закону его, а уж с наследством-то он сумеет разобраться, даже не находясь в городе. Хотя откуда ему узнать об этом? Впрочем, на всякий случай за его домом следует немного последить ночью, мало ли что…»

— Ничего, никуда он не денется, — уверенно произнесла я и снова уставилась на дорогу.

* * *

Сразу после того, как мы отвезли Мясникову и Аникина домой, точнее, на квартиру, принадлежавшую раньше Виктории, я попросила Ларису Евгеньевну и Максима пока ничего более не предпринимать, и мы с моими коллегами покинули ее гостеприимный дом. В машине я кратко поведала остальным о том, что мы успели сделать, а затем сказала:

— Здоренко собирается арестовать Курдова только завтра утром, но я боюсь, что наш лихой папаша может куда-нибудь смыться. Ищи его потом по всей России. Предлагаю приставить к его дому этой ночью караул из двух человек.

— Я — за. Можно я буду его караулить? — тут же откликнулась Маринка. — Уж от меня-то он точно никуда не денется.

«Ну, нет! — про себя подумала я. — Тебя и близко подпускать к Александру нельзя, еще вытворишь что-нибудь сдуру, из обычной бабьей мести, потом проблем не оберемся. Кого угодно, только не тебя, Мариночка».

Вслух же я этого не сказала, а просто пояснила:

— Думаю, будет лучше, если этим займется Виктор, все же он профессионал в таком деле. Ну, а помочь ему может Ромка.

— А почему они? Я тоже хочу, — снова заворчала Широкова. — Я и так с тем стариком два часа в одной квартире без дела торчала, хочу теперь размяться. Кстати, а давайте я к нему просто поеду, он ведь не знает, что я с вами, — неожиданно предложила Широкова. — Сделаю вид, что вернулась, навешаю ему лапши на уши, а заодно и присмотрю за ним.

— Идея, конечно, неплохая, — честно призналась я. — Но ею мы все же не воспользуемся.

— Это еще почему? — нахмурилась Маринка.

— А потому, что ты слишком эмоциональна и совершенно не умеешь скрывать свои мысли и чувства. Ты можешь даже ничего не говорить, он все по твоему лицу поймет, — пояснила я. — Лучше оставим все так, как решили сначала. Сейчас я остановлюсь, Ромка пересядет к Виктору, вместе они и поедут следить за Курдовым.

— Вот класс! — радостно вставил Ромка и победно посмотрел на Маринку.

Та недовольно фыркнула, но промолчала. Я замедлила ход машины и, свернув на обочину, посмотрела, где находится Виктор. Тот, заметив, что я остановила свою «Ладу», также притормозил, но из машины выходить не стал. Я еще раз объяснила Ромке, что от них с Виктором требуется, и на тот случай, если произойдет что-то непредвиденное, дала ему свой сотовый телефон. Ромка этому обстоятельству еще больше обрадовался и, торопливо выскочив из моей машины, заспешил к Виктору. Я тихо вздохнула, завела машину и направила ее к дому Кряжимского. От него я планировала сразу поехать к себе, причем вместе с Маринкой, которую оставлять теперь одну было просто опасно — с ее-то сообразительностью она за пару минут на свою шею приключения найдет.

Высадив Сергея Ивановича у его собственного дома, я попрощалась с ним и поехала к себе. Маринка всю дорогу дулась, но под конец все же спросила:

— А мне что, у тебя целую ночь теперь торчать?

— Почему вдруг «торчать»? — удивленно переспросила я и сразу добавила с некоторой даже обидой: — Тебе же раньше у меня очень нравилось.

— Нравилось, но и дома-то я должна хоть иногда появляться, — попробовала обвести меня вокруг пальца Маринка.

Но я не поддалась на ее уловку, а только громко усмехнулась и сказала:

— Можешь не стараться, Мариночка, временный домашний арест тебе сегодня обеспечен — поживешь пока у меня. Глядишь, целее будешь.

— Ладно, ладно, — заворчала себе под нос Маринка, — я тебе это когда-нибудь припомню.

Я снова улыбнулась, понимая, что Маринкины угрозы совершенно ничего не значат, и спокойно поехала дальше.