Боты для ночного эльфа - Елена Логунова

— О, классика! Метод Ганса и Гретель, — кивнула я, злокозненно ухмыльнувшись.

Иркина затея была мне понятна и представлялась похвальной.

Дойдя до лестницы, подружка скрылась за углом, но я не сомневалась, что приметная порошковая дорожка закончится под дверью управдомши.

Через пару минут народная мстительница вернулась, и мы благополучно отступили на заранее подготовленные позиции.

Полегчавшую пачку со стиральным порошком хозяйственная Ирка унесла с собой, сказав:

— Не пропадать же добру!

— Кому теперь пропадать, так это управдомше! — хихикнула я и нарочно оставила свою дверь приоткрытой, чтобы не пропустить предстоящий народный суд.

Ждать было недолго: мамаши с малышами всегда возвращаются с пляжа еще до полудня.

Ирка тоже не хотела пропустить публичную казнь управдомши, поэтому изменила планы и отвела детей не на пляж, а на игровую площадку у входа в наш дом. Пока Масяня и Манюня мячиками скакали на надувном батуте, подружка пытливо всматривалась в даль, нетерпеливо ожидая возвращения соседей с первого этажа.

Я в это время без спешки наслаждалась поздним завтраком из пары бананов и йогурта.

Радостные вопли Масяни и Манюни, доносящиеся со двора вперемежку с тяжкими вздохами батута, служили гарантией нерушимого покоя как минимум на две минуты — быстрее мелким на шестой этаж при всем желании не подняться, а до кнопок лифта они не дотягиваются. А за две минуты можно съесть даже не два банана, а целых семнадцать — именно такой результат зафиксирован в Книге рекордов Гиннесса! Правда, поставил его не обычный жрун, а целый доктор Калифорнийского университета…

Я задумалась, на какой результат могла бы рассчитывать со своим университетским дипломом, но без ученой степени, и чуть не пропустила подружкин звонок.

— Сейчас начнется! — азартно выдохнула она мне в ухо, едва я оживила мобильник. — Повезло, первыми Милявины идут!

Милявины — это очень шумное многодетное семейство из пятой квартиры. У них есть пара близняшек (по этой причине мама Милявина особо симпатизирует Ирке) и еще три потомка разного возраста и пола. Семейство небогато и не может позволить себе просторное жилье, а в маленькой съемной квартирке пышный букет «цветов жизни» помещается с трудом. Поэтому окна и двери Милявины держат открытыми, и фамильная экспрессия изливается в мировое пространство без помех.

Я свесилась за окно как раз вовремя, чтобы услышать, как коварная Ирка интересуется у мамы Милявиной:

— Танечка, а вам порошок уже выдали?

— Порошок? Какой порошок?

Мама Милявина остановила двухместную коляску и прекратила поступательное движение к дому.

— Обыкновенный, стиральный!

— Нам — нет, а кому выдали?

В голосе мамы Милявиной предвестником бури заклубилось невысказанное подозрение.

— Не знаю, но кому-то совершенно точно выдали — у вас порошок по всему коридору рассыпан!

Мамаша Милявина нажала на ручки коляски и устремилась к подъезду с ускорением, от которого разморенных полуденной жарой близняшек вдавило в спинки сидений.

Ирка проводила ее взглядом, потерла ладошки, подняла глаза вверх и подмигнула мне.

Я показала ей большой палец.

Подружка ухмыльнулась и поспешила перехватить очередную следующую к подъезду мамашу, чтобы задать ей тот же самый провокационный вопрос про порошок.

На нижних этажах уже набирал обороты скандал.

Я отнесла в мойку испачканную йогуртом ложечку, посмотрела на почти пустой флакон со средством для мытья посуды и решила, что не буду сочувствовать попавшей в переделку управдомше.

Поделом ей!

Проявив гражданскую сознательность, я приготовила обед на всех, и, как только котлеты пожарились, на густой мясной дух без дополнительных призывов сами собой явились Масяня с Манюней.

Вот из кого в сказочном мире получились бы идеальные рабы лампы! Ее даже тереть не пришлось бы, достаточно было бы кусочком колбаски в воздухе помахать.

За детишками топала Ирка. Против ожидания, она не сияла улыбкой, а хмурилась.

— В чем дело? — спросила я, вручая подружке кастрюльку с супом и тем самым давая понять, что трапезничать (а потом и мыть посуду) мы будем не у меня. — Что, управдомша ушла невредимой?

— Да нет, Милявина и другие проредили ей космы…

— Тогда чем же ты недовольна?

Я подхватила миску с котлетами и поплыла в кильватере флотилии Максимовых, взявшей курс на тихую гавань соседней квартиры.

— Моржик звонил, — сообщила подруга, не оборачиваясь.

Я не видела ее лица, но уверенно оценила тон как раздраженный.

Странно, обычно Ирку радуют звонки любимого супруга.

— Он сказал, одна птичка насвистела ему, что я, доверчивая раззява, вчера стала жертвой карманника, и теперь у меня совсем нет денег, — объяснила подружка.

— Кажется, я знаю это излишне болтливое пернатое, — пробормотала я, смекнув, что Моржика оповестил Лазарчук.

— Пообрывать бы этой птичке… ее полковничьи погоны! — Ирка подтвердила мои подозрения. — Я-то думала, что с порядочным полицейским можно общаться доверительно, как с врачом или священником, а для него, оказывается, не существует тайны исповеди!

— Хм, да для него и тайна следствия не всегда существует. — Я завуалированно напомнила рассерженной подруге о былых заслугах «болтливой птички» перед нами. — Так что Моржик?

— Моржик был чем-то очень занят и потому лаконичен, но, разумеется, обещал, что спасет нас от голодной смерти, — повеселела Ирка. — Сказал, мол, ждите, помощь близка! Я даже не успела ему сообщить, что мне уже вернули украденные деньги.

— А, так ты расстраиваешься из-за того, что не развеяла нелестный образ доверчивой раззявы! — смекнула я. — Ну, ничего, зато у тебя теперь будет много денег. А Лазарчука мы непременно покараем как-нибудь.

Мы приступили к обеду и едва успели справиться с первым блюдом, как в дверь постучали.

— Кто-о-о та-а-ам? — издали покричала хозяйка дома в лучших деревенских традициях.

— Посыльный! — донеслось из-за двери.

— Ого! Я знала, что мой любимый супруг не бросает слов на ветер, но такой фантастической оперативности даже от него не ожидала! — приятно удивилась Ирка.

Она сбегала в прихожую и вернулась с конвертом.

— Вот это, я понимаю, экпресс-доставка денег! — восхитилась я.

— Ага, экспресс… Только это не деньги, — подружка засмотрелась в открытый конверт.

— А что же там?

— Пригласительные билеты на пиратскую вечеринку с ужином в детском клубе «Морячок». — Ирка озадаченно похлопала глазами. — Сегодня в восемнадцать ноль-ноль в Лазаревском районе Сочи!