Охота на мстителя, или Дамы укрощают кавалеров - Марина Крамер

Он ехал домой со странным чувством. Его там ждали. Впервые за долгие годы его кто-то ждал в его собственном доме. Это ощущение оказалось необычным, каким-то волнительным. Что скажет Лиза, когда он войдет? Чем она занималась все это время без него? Как он войдет в квартиру, что скажет сам? Может, цветы купить? Он даже притормозил у цветочной палатки, но так и не вышел. Почему-то идея явиться домой с букетом показалась наигранной и пошлой, а хотелось простоты и естественности. И он решил – пусть все развивается само собой, так будет правильно.

На звук отпирающегося замка в прихожую вышла Лиза в клетчатом полотенце, обернутом вокруг бедер вместо фартука.

– Ой, ты рано, я еще с ужином не все успела.

– Иди сюда, – голос охрип от подкатившей нежности. Она сделала шаг навстречу, Леон подхватил ее на руки и прижал к себе.

– Чего ты? – Она легко пробегала по его щеке пальцами и улыбалась. – Думал, я уйду? Нет, Леня. Я только сегодня поняла, что не хочу никуда идти. Мне здесь хорошо, как будто всю жизнь в этой квартире провела.

– Правда?

– Правда. А сейчас пусти меня. Пока ты в душ пойдешь, я успею накрыть на стол.

Леон отпустил ее с неохотой, но послушно отправился в душ и старался как можно дольше не выходить из-под обжигавшей кожу ледяной воды, словно боялся, что сказка превратится в кошмар. Он впервые в жизни ощущал себя нужным кому-то не по профессиональному признаку, а потому что он просто есть – вот такой, изуродованный, одноглазый, с последствиями контузии. Его кто-то ждал.

– Леня, у тебя все нормально? – раздался из-за двери голос Лизы, и Леон выключил воду.

– Да, выхожу.

Чувство легкости охватило его, хотелось говорить глупости, сидеть до ночи на диване обнявшись, даже свет не зажигать. И ужин, приготовленный Лизой, и то, как она совсем по-хозяйски мыла посуду, а потом расставляла ее в шкафу, – все казалось Леону добрым знаком и началом какой-то совсем другой жизни.

Испортил все, конечно, телефонный звонок. Леон со злобным рыком схватил трубку, намереваясь послать подальше непрошеного собеседника, но это звонил Хохол.

– Да, Жека, – прикрыв трубку ладонью, Леон страдальчески посмотрел на Лизу, и та кивнула, иди, мол, разговаривай, а сама уютно свернулась калачиком под простыней.

– Извини, что поздно, но у меня тут внештатная.

– Что случилось? – Леон напрягся, ожидая неприятностей.

– Ты говорил, у тебя неплохая аптечка?

– Случилось что-то?

– Да. У Марины страшная мигрень, я ничего не могу сделать, а врач нам в доме не нужен – лишние глаза. Выручай, Леон, ей очень плохо.

– Еду.

Вернувшись в спальню, он взял со стула джинсы и рубашку и под удивленным взглядом Лизы оделся.

– Что, даже не скажешь, куда собрался?

Он повернулся к ней.

– Запомни раз и навсегда, Лиза. Будут такие моменты, когда я сорвусь среди ночи и уеду, ничего не сказав. Ты не должна задавать вопросы. Знай, я не буду тебя обманывать и у меня не появится никакая женщина. Ты не должна беспокоиться. А задавать вопросы иногда бывает опасно. Запомни это, пожалуйста. Я скоро вернусь. – Он подошел к кровати, поцеловал оторопевшую Лизу и быстро вышел из квартиры.

По пустым дорогам он быстро добрался до дома, где снимали квартиру Марина и Хохол. Взлетел по лестнице, сжимая в руке небольшой кожаный футляр со шприцами и несколькими довольно редкими эффективными обезболивающими, которые Ворон заказывал специально для Леона по каким-то своим каналам. Дверь открыл Женька в серых спортивных брюках и босиком.