Приворотный амулет Казановы - Наталья Александрова

Конечно, здравый смысл – полезное качество для экстрасенса, но не всегда на него можно полагаться…

В общем, Алина его поблагодарила, расплатилась и последовала его совету – вышла за строителя.

При этом еще подписала брачный контракт, по которому в случае развода все имущество супругов делится пополам. Она так рассудила, что строитель – человек богатый, и она при таком дележе выиграет.

Короче, прошло месяца два – и выяснила Алина, что фирма этого строителя гроша ломаного не стоит, что у него больше долгов, чем активов, и в дальнейшем эти долги будут только расти. А благодаря (если можно так выразиться) брачному контракту в случае развода ей придется не только поделить с мужем все свое имущество, но еще и заплатить его долги. Так что в итоге ее собственная фирма, модный дом Алины Верфель, пойдет с молотка.

– А куда же она раньше смотрела? – удивилась Полина. – Вроде бы не наивная девочка, сама давно в бизнесе.

– А он, понимаешь, очень здорово про себя все наврал. И то у него есть, и это, и связи с зарубежными партнерами, и дом шикарный в «Русской деревне». Оказалось, что связей никаких нет, давно партнеры его заставили из бизнеса выйти, потому что он – полный в бизнесе ноль, а дом он вообще снял на несколько месяцев, чтобы Алине пыль в глаза пустить.

– Силен! – восхитилась Полина. – Ей бы к вам обратиться, вы ведь мужиков насквозь видите, подсказали бы ей, что все врет он.

– У нас не принято клиентов друг у друга отбивать, – строго заметила Элеонора Васильевна, – мы дела честно ведем. Но, конечно, я бы уж этого типа разглядела, а так Алина едва бизнеса не лишилась. Мало того – этот, с позволения сказать, муж оказался законченным психопатом, не давал Алине проходу, следил за каждым ее шагом, страшно ревновал ко всем знакомым обоего пола и чуть ли не бил. И ясно дал ей понять, что развод ей не поможет от него избавиться.

В этом месте Элеонора остановилась, чтобы выпить водички.

– А тот, второй претендент, – продолжала она, – программист, когда Алина ему отказала, женился на какой-то молодой девушке. Женился вроде назло Алине, но потом влюбился в свою жену и зажил с ней душа в душу. А после создал в Интернете собственную социальную сеть и жутко разбогател – чуть ли не миллиардером стал.

– Вот как!

– Так что представляешь, какие чувства Алина Верфель после всего этого испытывает к Никифору!

– Да, я себе представляю! Так что она вполне могла заказать его убийство…

– Все возможно! В мире моды кипят такие страсти, это уму непостижимо! Слушай, – Элеонора оглядела Полину пристально, – ты небось теперь к Алине идти собираешься, чтобы выяснить, не она ли причастна к убийству?

– А что мне еще остается, – нахмурилась Полина, – кроме нее – больше идти некуда. Представлюсь журналисткой…

– Угу, – прищурилась Элеонора, – журналисткой из модного журнала… В таком платье…

– Да уж, – сконфуженно проговорила Полина, оглядев себя, – пожалуй, охранник с лестницы спустит.

– Мы все устроим! – оживилась Элеонора. – Пойдем со мной!

Они вышли из особнячка через черный ход, пересекли двор и вошли в крошечный магазинчик, торговавший подержанной одеждой.

– Зоя! – крикнула Элеонора и сказала появившейся женщине средних лет: – Зоенька, девушку мне вот одень поприличнее.

– Разве здесь можно поприличнее? – ляпнула Полина, махнув рукой в сторону стоек с одеждой, где висели унылыми рядами спортивные китайские костюмы и поношенные куртки.

– Обижаешь, – нахмурилась Зоя, – ты туда не смотри. Там все для случайных прохожих.

В результате нашелся летний брючный костюм, не слишком модный, но приличной фирмы. Зоя покопалась в коробках и нашла светлый парик, поскольку Полина вспомнила, что встречалась как-то с Алиной Верфель на презентации и на ток-шоу, куда их обеих пригласили в качестве гостей. Костюм оказался чуть великоват, и пока Зоя подшивала кое-что в области плеч и бюста, Полина узнала по справке телефон модного дома Алины Верфель и нарвалась на секретаря.

– Это говорят из журнала… – она замялась на мгновение, потому что называть настоящие названия не следовало, их сотрудников в модном доме всех наперечет знают, – из журнала «Пеликан»! («Почему пеликан? – в панике подумала она, – к чему тут пеликан?») Мы бы хотели взять интервью у Алины Вячеславовны!

– Какой журнал? – недоуменно переспросили на том конце.

– «Пеликан»! – твердо ответила Полина. – Это совсем новое издание, мы бы хотели…

– «Пеликан»? А ваш журнал имеет какое-то отношение к детям?

– Да, конечно, – тут же ответила Полина, послушавшись свою журналистскую интуицию.

И не ошиблась, потому что в трубке оживились и предложили приехать прямо сейчас.

Через полчаса полноватая блондинка в несколько старомодном брючном костюме и очках с простыми стеклами, которые тоже нашлись у Зои, сказала охраннику, находящемуся при входе в модный дом, что ее ждет Алина Вячеславовна на предмет интервью.

– Проходите уж… – охранник отвернулся и почему-то вздохнул, – на второй этаж.

На втором этаже бушевал самый настоящий скандал. Посреди приемной стояла высоченная девица с растрепанной рыжей гривой, в которой Полина без труда узнала известную модель Лялю Скирду. Из одежды на Ляле были шелковые трусики и такой же гладкий бюстгальтер. Ляля была в крайней степени ярости.

– Не буду! – орала она. – Ни за что не стану этого делать! Уйду, и больше вы меня не увидите! Ноги моей не будет в этом… в этом… в этом дурдоме!

Вокруг Ляли вертелись стилист и фотограф, и еще одна неприметная женщина, которая держала в руках что-то вроде подушки.

Полина огляделась и заметила боязливо прятавшуюся за столом полную секретаршу. Под непрерывные визги и крики Ляли она перебежала приемную и приблизилась к столу.

– Что случилось? – шепотом спросила она. – С чего это ее так разбирает?

– Не хочет модель демонстрировать, – так же шепотом ответила секретарша, – а вы кто? Вы к Алине Вячеславовне? Так она скоро будет. У нее медитация.

Полина подумала, что ослышалась – какая медитация в разгар рабочего дня, когда за дверью бушует десятибалльный скандал? Алина Верфель слыла среди журналистов женщиной жесткой и работящей, свой модный дом вела железной рукой, сотрудников держала в ежовых рукавицах. В бизнесе иначе нельзя.

– Ляля, не дури! – взывал фотограф. – У тебя контракт. Разоришься на неустойках.

– Сказала – не буду! – рявкнула Ляля, вырвала из рук суетящейся женщины подушку и запустила ее в сторону стола ни в чем не повинной секретарши.

Девушка взвизгнула, но почему-то замешкалась, и Полина перехватила снаряд в воздухе. Вблизи оказалось, что это не подушка, а странная конструкция с завязками. Она была довольно увесистой, если по лицу попадет – мало не покажется.