Серебряный ятаган пирата - Михаил Палев

– Все будет записано на диктофон, а как только приедет следователь, то и внесено в протокол. Начинайте, Вениамин Аркадьевич! Начните с того, как вы познакомились вот с этим человеком.

И Тавров взял со стола фоторобот Руслана.

– Он сам позвонил мне на мобильник, – начал рассказывать Кавецкий. – Не знаю, откуда он узнал мой номер, но он позвонил сам. Назвался Русланом. Он предложил мне пятьдесят тысяч евро наличными за то, что я передам ему на три дня для ознакомления рукопись «Хроники Драгута».

– И вы согласились? – спросил я.

– Разумеется, нет! – с жаром ответил Кавецкий. – Я оскорбился и сказал, что подобное предложение оскорбительно для честного ученого, пригрозил обратиться в милицию.

– Достойный ответ! – заметил я. – И что же дальше?

– На следующий день он подошел ко мне на улице и повторил свое предложение.

– И вы потащили его в милицию? – усмехнулся я.

– Нет, – понуро отозвался Кавецкий. – Он повторил условие: передача манускрипта ему для ознакомления на три дня. Никто ничего не узнает, а я получаю семьдесят тысяч евро. Сразу.

– Неужели вы поверили, что он действительно вернет вам манускрипт? – недоверчиво поинтересовался Тавров.

– Честно говоря, нет, – признался Кавецкий. – Но в тот момент я даже не думал об этом. Вы когда-нибудь видели семьдесят тысяч евро наличными? Я – нет! А он показал мне их. Просто открыл сумку и показал. И сказал: передайте мне рукопись «Хроники Драгута» завтра, а деньги можете взять сегодня. Поставил сумку у моих ног и ушел. Только добавил: вечером я вам позвоню, и вы сами назначите место и время встречи.

– И вы взяли деньги? – с явственным презрением процедил Тавров.

– Обычный прием, «синдром торгаша», – вмешался я. – Так бывает на вещевом рынке: вы торгуетесь с хозяином, он не уступает, тогда вы достаете сумму наличными вдвое меньшую, трясете у него под носом – и он соглашается. Магия наличных денег, так сказать!

– Не могу сказать, что это не так, – сокрушенно вздохнул Кавецкий. – Дело в том, что в скором времени меня так или иначе должны отправить на пенсию. Живу я в крохотной двушке с дочерью и ее семьей. А на эти деньги я смог бы приспособить старую дачу в Лобне под зимнее жилье, поселился бы там и закончил бы наконец труд всей своей жизни. Дело в том, что я уже двадцать лет пишу…

– Мы поняли, мы поняли, Вениамин Аркадьевич, – мягко прервал его я. – Мы поняли, что у вас просто не было иного выхода.

Как ни странно, но любые преступления совершаются только в одном случае: преступник не видит иного выхода. Поэтому душевные переживания честнейшего научного мужа меня не волновали. Волновало другое.

– Как вы похитили книгу и передали ее вашему заказчику? – сухо и с протокольной деловитостью задал вопрос Тавров.

– Я дождался, когда Русанов переснимет рукопись, и лишь после этого решился ее вынести. Нет, я вовсе не хотел, чтобы подозрение пало на Игоря, поверьте мне! Просто после Игоря никто бы не заинтересовался рукописью до ее отправки на реставрацию. А чтобы нельзя было быстро проверить, на месте ли рукопись, я залил в замок шкатулки, где должна была храниться «Хроника Драгута», несколько капель цианакрилатного клея. Пока шкатулка попала бы к реставраторам, она прошла бы несколько рук, и тогда сложнее было бы установить, когда и где была похищена рукопись.

– Понятно, – кивнул я. – Но как вы рассчитывали вынести рукопись? Ведь не через центральную проходную?

– Разумеется, нет! Этот вариант даже не рассматривался – верная ловушка. Два года назад у нас делали ремонт. В подвале была дверь, которой никто никогда не пользовался, – тем не менее она была на сигнализации. При замене сигнализации дверь решили замуровать, но рабочие поленились выламывать стальную дверь и закладывать проем. Они просто заварили ушки для висячего замка и закрыли ее большим шкафом: зачем возиться, если никто не заметит? Заметил эту халатность я, но ничего не сказал, поскольку не придал этому значения: ведь дверь все равно нельзя открыть. Но когда я искал способ вынести рукопись, то сразу вспомнил про дверь. Я распилил ножовкой заваренные проушины, открыл дверь и исследовал проход. Он вел из подвала Дома Пашкова в подвал дома номер восемь на Волхонке. Раньше подземный коридор был длиннее и имел несколько ответвлений, но все они были давно заложены кирпичом, остались только две стальные двери. Дверь, ведущая наружу из подвала дома на Волхонке, оказалась заперта на замок, но он был установлен изнутри, и я без труда снял его и заменил на другой, к которому у меня был ключ. Обычный сувальдный замок, такие используются в несгораемых шкафах.

– Да, просто идеальный путь для воров, – заметил Тавров. – За месяц не слишком надрывной работы можно вынести всю Государственную библиотеку. Где вы встретились с заказчиком и передали ему манускрипт?

– Недалеко от дома номер восемь, прямо на пересечении Волхонки с Ленивкой, есть небольшое кафе на десяток столиков. Называется «У Кремля». Туда обычно заходят на бизнес-ланч менеджеры из ближайших офисов, а также иностранные туристы, отдыхающие в паузах между экскурсиями. Там мы и встретились.

Кавецкий вполне созрел для чистосердечного признания. Как только следователь Стрельцов оформит показания Кавецкого, он отменит розыск Русанова, и Игорь спокойно сможет вернуться в Россию. Вроде бы мы с Тавровым сделали свое дело. Но мне лично хотелось бы узнать, где сейчас находится ятаган. Или хотя бы где находится Руслан со своими бандитами: уж он непременно выйдет на след артефакта. Тогда банду можно брать. Только вот как выйти на Руслана?

– А с заказчиком вы после передачи ему рукописи не общались? – спросил я Кавецкого без всякой надежды на положительный ответ.

– Он мне звонил вчера, – ответил Кавецкий.

Мы с Тавровым переглянулись и почти одновременно воскликнули:

– Зачем?!

– Он хотел получить адрес владельца манускрипта, – пояснил Кавецкий. – Он сказал, что не смог вернуть манускрипт в обещанный срок. Поскольку история с исчезновением манускрипта из Государственной библиотеки получила огласку, то он хотел бы вернуть «Хронику Драгута» непосредственно владельцу. Разумеется, анонимно.

– И вы ему поверили? – скептически усмехнулся я.

– А почему нет? – возразил Кавецкий. – Случаи, когда воры возвращали украденные раритеты, достаточно многочисленны. Ведь украденный раритет трудно продать, их обычно крадут под заказ, и если покупатель вдруг отказывается от покупки, то ворам остается только вернуть украденное в надежде, что их перестанут искать.

– Такие варианты возможны, – согласился Тавров. – Так вы все-таки дали ему адрес владельца манускрипта?

– Я сказал, что не знаю ни адреса, ни даже имени владельца рукописи «Хроника Драгута», – ответил Кавецкий. – И тогда он сразу предложил мне за координаты владельца пять тысяч евро. Я, естественно, пообещал разузнать и перезвонить, когда получу информацию… А что мне еще оставалось?