Любовь в законе - Владимир Колычев

При всей своей эффектности Полина выглядела нелепо в своем легкомысленном наряде и с глупой улыбкой.

– Такая-сякая, – дурашливо отозвалась она, взбалмошно глянув на жертву сквозь густо накрашенные верхние ресницы.

– А что делаешь здесь? – спросил Агапов.

– Стою, не видишь, что ли? – Продолжая изображать ненормальную, Полина показала ему язык.

– Ну вижу, что не лежишь. А стоишь почему?

– Поставили, вот и стою!

– Кто поставил?

– Ну, Лешка привез. Мы с ним на машине всю ночь катались, а потом он меня сюда привез. Если ты, говорит, такая умная, то стой здесь и снимайся. А как сниматься, если фотографа нет? Стою здесь, мерзну… Слушай, а ты случайно не фотограф? – с полоумной радостью спросила Полина.

Неудивительно, что Агапов смотрел на нее, как на сумасшедшую.

– А ты что, такая умная, если тебе сниматься надо?

– Ну да, умная. Я однажды в школе пятерку получила!

– Может, в спецшколе? – разглядывая ее ноги, презрительно скривился телохранитель.

– А ты откуда знаешь? – искренне удивилась Полина. – А может, это ты фотограф?

– Ага, фотограф, только объектив в штанах, – хмыкнул здоровяк.

– Костя, уймись, – беззлобно одернул его Агапов.

– Не надо мне такой объектив! – Полина возмущенно захлопала глазами. – Лешка меня уже сфотографировал таким объективом, спасибо, не надо.

– Ты не замерзла здесь фотографа ждать?

– Замерзла! А что делать? Лешка сказал сняться, значит, надо сняться. Только сказал, чтобы я деньги не забыла взять. А вот я стою и думаю: какие деньги, если это я фотографу за портфолио должна заплатить…

– За портфолио?! Так ты у нас фотомодель?

– Да, фотомодель! – пальцами касаясь своего подбородка, потерла ладошки Полина.

– Ну тогда ты должна платить, – глумливо засмеялся Агапов. – Пошли, я тебя сфотографирую.

Кивком головы Агапов показал, чтобы Полина шла за ним, и повернулся к ней спиной. Можно было бы выстрелить в него прямо сейчас, но мешал телохранитель, неотступно следующий за ней. Да и люди вокруг.

Они зашли в гулкий павильон, где редкие торговцы еще готовились к работе, выкладывая на прилавки и развешивая свой товар. В глубине этого просторного сооружения находилась прямая железная лестница с шаткими поручнями из металлических уголков. Агапов стал подниматься по ней в свой офис, нависающий над залом, что-то насвистывая себе под нос. Похоже, Полина смогла поднять ему настроение.

Агапов открыл металлическую дверь, пропуская ее в свою святая святых, но телохранитель попридержал ее, вырвав у нее сумочку.

– Это грабеж! – возмущенно взвизгнула Полина.

– Костя! – нахмурил брови Агапов.

– Так это, мало ли что…

Громила сунул руку в ее сумочку, порылся в ней.

– Косметичка, презервативы, авторучка… Зачем тебе две авторучки? – спросил он.

– Как это зачем? Я же фотомодель! Люди подходят, я автографы даю.

– Ну, если даешь, тогда ладно. – Глумливо усмехнувшись, Костя вернул ей сумочку.

– Только ее саму обыскивать не надо, – хмыкнул Агапов. – Предоставь это мне.

– Так я это, нет у нее ничего, – похабно усмехнулся Костя. – Мне снизу все было видно.

Полина глупо хлопала глазами, делая вид, что ей совершенно непонятен этот разговор.

Она переступила порог и оказалась в стандартной приемной перед кабинетом начальника. Стол офисный, компьютер, открытка в форме розового сердца на мониторе, шкаф с посудой, кофеварка. Не было только секретарши. Если она вдруг появится, это усложнит ситуацию.

– Ой, а я тоже секретаршей работала! – хлопнула в ладоши Полина. – У Лешки тоже свой кабинет! Он меня сначала за компьютер посадил, а потом заставил сливки для кофе добывать. Это так противно!.. Зато он после этого фотомоделью меня назначил!

– Незаурядного ума твой Лешка, – с обидной для нее иронией хмыкнул Агапов.

Он взял ее за руку, завел в свой кабинет. Переступая порог, Полина посмотрела назад. Похоже, телохранитель Костя остался на лестничной площадке перед входом в офис. Если на перекур задержался, то надо спешить.

– А как ты сливки добывала? – усаживаясь на диван, спросил Агапов.

– Ой! Это просто, – манерно заламывая руки, на секунду задумалась Полина. – Сначала надо написать письмо… Вот, у меня для этого ручка есть.

Она полезла в сумочку, достала оттуда увесистую авторучку, одну из двух, которую раздобыл для нее Макар, с ней подошла к жертве, встала перед ним на колени.

– Потом нужно достать чернильницу!

Одной рукой она коснулась гульфика на его брюках, а другой, как бы невзначай, тупым концом вдавила ручку в его грудь. Макар учил: чем глубже она утопит ее в живую плоть, тем слабей прозвучит выстрел.

– Эй, ты чего? – скривился от боли Агапов.

Неудивительно, авторучка чуть ли не на полколпачка вошла в его расслабленную грудную мышцу.

Еще мгновение – и он бы ударил Полину, но времени у него уже не было. Она нажала на клип авторучки, и от сильной отдачи руку вместе с орудием убийства отбросило назад.

Выстрел трудно было назвать бесшумным, но прозвучал он не оглушительно. И все равно телохранитель мог его услышать.

Жертва не подавала признаков жизни. Неудивительно, ведь пуля из стреляющей авторучки попала точно в сердце. Но вот-вот мог появиться Костя. Полина вынуждена была спешить.

Дверь в кабинет распахнулась в тот момент, когда она вытащила из сумочки вторую авторучку. Но чтобы выстрелить из нее, требовалось ошеломить цель.

– Он там, там, за окном! – Изображая панический ужас, Полина замахала руками в сторону окна, через которое в принципе мог стрелять киллер.

Телохранитель метнулся к окну, но поскольку стекло там было целым, он вмиг заподозрил неладное. Но разворачиваясь к Полине, он натолкнулся на ее высоко поднятую руку, в которой она держала готовое к выстрелу оружие. Сейчас его могла спасти только осечка. Но техника не подвела, рука не дрогнула, и к первому трупу добавился второй.

Использованные и уже бесполезные авторучки Полина сунула в сумочку, поправила на себе платье и парик на голове и с дурацкой улыбкой на губах вышла из офиса. Спускаясь вниз по лестнице, она видела, как суетятся за прилавками продавцы. Полину заметил только небритый, неряшливого вида мужчина в мятом пиджаке, но его сейчас интересовали только ее ноги. На всякий случай, завершив спуск, она обошла его стороной, чтобы он не разглядел ее лицо.

Но конечно же, этих мер предосторожности было мало, чтобы застраховаться от ушлых милицейских оперов или резвых ищеек мафии. Поэтому ей нужна была удача…