Ужасные невинные - Виктория Платова

FUCKYOU!

BURN INTO HELL, SCOUNDREL![25] -

написано на облачке, в духе комиксов о супербратьях Марио,водопроводчиках.

– Ты не должен был сидеть за рулем. Ты и не сидел.

– Лора! Что ты задумала, Лора?!

– Хай, милый!

Хай! Выбирайся из этого зажопья сам, милый! Ах, ты, сука!Решила бросить меня на полдороги, в трехстах километрах от гребаной Москвы,рядом с трупом, сука, сука, сука!.. В лучшем случае она просто забудет о моемсуществовании, хотя бы на время визита в Москву, хотя бы на время встречи сТинатин, в худшем… Страшно даже представить, что произойдет в худшем случае.Она может добраться до ближайшей заправки и сообщить об аварии на трассе, возможно– со смертельным исходом.

Нужно почаще бывать за городом – первая мысль, котораяпосещает меня, когда я выкрикиваю вслед стремительно тающим габаритным огням«Галантца» «сука! сука! сука!» – шикарный воздух, из леса тянет запахом прели ивсе такое, нужно почаще бывать за городом, разжиться велосипедом, оставшимся отвоспоминаний о Буче и Санденсе, посадить на раму Тинатин и безостановочношептать ее затылку «Люблю, люблю, люблю».

Сука! Сука! Сука!..

Я вижу в темноте – мысль № 2.

Если верить часам на мобильнике – сейчас около двух, теменьдолжна быть такая, что хоть глаз выколи, такой она и была, когда я затормозил«Галантца» после столкновения, очертания припаркованного джипа скорееугадывались, чем просматривались, но сейчас все по-другому.

Я вижу в темноте.

Карим глазом чуть лучше, чем светло-зеленым, viva laтемнокрылые бабочки!.. Карим глазом я в состоянии рассмотреть мельчайшиедетали, что-то подобное уже было, совсем недавно, на Крюковом, мельчайшиедетали:

техталон на лобовом стекле – до 2006 года,

католические четки на зеркале за лобовым стеклом,

передняя дверца приоткрыта,

марка джипа – «Тойота Лэнд Крузер»,

номера не питерские – московские, 77 регион, Н316УК,

браслет на руке типа, лежащего в луже крови, – золотой,кроссовки «Reebok»,

джинсы, легкая куртка и свитер под горло никакой ценности неимеют.

Он мертв. Мертвее не бывает

Он мертв, но кровь его все еще жива. Та же срань, что и наКрюковом, с той лишь разницей, что физиономия типа мне незнакома. Я никогда невидел его раньше, ничем не примечательный шатен, скорее всего – шатен, волосыего слиплись и потемнели от крови; ничем не примечательное лицо, на лицезастыло удивленное выражение, что ж, типа можно понять, я бы тоже удивилсятакому неожиданному, такому печальному финалу.

Н316УК

Неплохой пароль для входа в чат «J’embrasse Pas», жаль, чтоя уже зарегистрировался, символизма кот наплакал, разве что последние буквыномера – «УК» – попахивают Уголовным кодексом, за содеянное мне корячитсястатья. Мое положение ничуть не лучше, чем у плачущего кота, чему кота,сдохшего от любопытства, от онанизма, от любовной горячки; кровь мертвого парняобступает меня со всех сторон, вернее – расступается, подталкивает меня к телу,давай, бэбик, неужели не интересно? та же срань, что и на Крюковом, та жесрань. Моя кровь пребывает в таком же возбуждении, она почти кипит, она готоваразорвать меня изнутри, если она на это все-таки решится – меня не спасет иводолазный скафандр для глубоководных погружений,

и цельнометаллическая оболочка.

Во внутреннем кармане куртки я нахожу телефон и документы,завернутые в целлофановый пакет: два паспорта, российский и заграничный, иводительские права на имя Максима Ларина. Паспорт выдан в городе КоролевеМосковской области.

Ларин Максим Леонидович, 1975 г. р.

Мы почти полные тезки, вот черт, «Максим Леонидович» – этоко мне, папашу мертвеца тоже звали Леонид, остается надеяться, что он был нетаким мудилой, как мой собственный, я всего лишь на год младше МаксимаЛеонидовича Ларина и не в пример живее, чем он.

От любопытства кот подох. Или от любовной горячки?

То, что происходит сейчас со мной, тоже можно назватьгорячкой, для начала нужно убрать труп с дороги, если сейчас шоссе пустынно, тоэто вовсе не означает, что через минуту на нем никто не появится. С той или сдругой стороны.

Кровь парня все еще не может успокоиться, так же, как и моясобственная, я снова (как и тогда, на Крюковом) вижу: она собирается в ручейкии снова распадается на капли, но теперь ее движение гораздо более осмысленно –или это я подошел слишком близко? Что-то вроде букв, – на дорогепроступает что-то вроде букв, кровь умеет составлять слова, надо же! Жальтолько, что смысл их мне неясен, да и слова ли это? Сборище непонятных мнезнаков, похожих на иероглифы или на клинопись, или на то и другое одновременно;эсэмэски, составленные из них, никогда не будут прочитаны, я первый их непрочту. Я – совсем не то, что Великий Гатри, un jour[26]выехавший в Бельгию с пустым рюкзаком, в котором был только русско-китайскийкарманный словарь и фотоальбом «Блондинки»; за год, проведенный в Бельгии,Великий Гатри изучил словарь от корки до корки, все пятнадцать тысяч слов, он исейчас может написать любое слово, любое, из пятнадцати тысяч, и произнестивслух не меньше двухсот. Зато все его познания во французском свелись куниверсальной фразе:

J 'at mat au coeur[27] -

по-фламандски он не знает даже этого.

Фотоальбом «Блондинки» был украден у него обдолбаннымнаркодилером-сенегальцем, в то время как Великий Гатри, сверяясь со словарем,объяснял последнему тонкости русской коммерческой порнографии на чистомкитайском; украден для известных целей, после чего сенегальца неоднократновидели дрочащим перед раскрытым альбомом на одной из крыш в центре Брюсселя,гы-гы, посмотреть бы на эту эпохальную черно-белую дрочку.

Пожалуй, сейчас бы мне пригодился Великий Гатри и егоВеликий русско-китайский словарь, на худой конец я мог бы удовлетвориться иприсутствием Рыцаря Дырокола Хайяо, но я один, один, если не считать трупа надороге. Надо оттащить его подальше, туда, куда стекают ручейки крови. Онидвижутся в сторону леска, растущего у самой обочины, они бросили дурить,никаких иероглифов, никакой клинописи больше нет, они бросили дурить и теперьуказывают направление.

Оттащить труп – этим дело не ограничится. Гарантии, что егоне найдут, как только начнет светать, у меня нет, к тому же вдруг еще выищутсяумники, которые видят в темноте?.. Может быть, забросать его ветками?..

Лучше зарыть.

И поглубже.