Моя любимая стерва - Татьяна Полякова

— С чего ты взяла? — попробовал он удивиться.

— Брось… я видела твои кроссовки, а еще бинокль.

— Ты заходила в мою комнату? — не поверил он.

— Так… заглянула. Видишь ли, я любопытна. И ужасно нелюблю, когда мне морочат голову. Что там с этой виллой?

— Ничего, — пожал он плечами слишком поспешно длятого, чтобы я поверила в его искренность.

— Ты можешь мне доверять, — сказала я, глядя нанего самыми правдивыми глазами на свете. — После того, что мы вместепережили, глупо секретничать…

— Ну… Мы действительно приглядываемся к этой вилле.

— Вас интересует ее хозяин? — решила я закрепитьуспех. — Кто он такой?

— Крутилин Иван Андреевич, — зашептал Гриша,перегибаясь через стол ближе ко мне. — Больше известен под кличкой Жженый…

— Никогда не слышала, — пожала я плечами.

— Откуда тебе слышать? — хмыкнул Гриша. —Очень серьезный человек.

— Так зачем вам этот серьезный понадобился? —продолжала я настойчиво задавать вопросы.

— Он нам без надобности. Зато здесь обязательно долженпоявиться Трофим.

— За документами и помощью? — подсказала я.

— Ага, — хмыкнул он с таким видом, что сразу сталоясно: это «ага» следует понимать в ироническом смысле.

— Тогда зачем ему здесь появляться?

— Ты что-нибудь про Трофима знаешь? — нахмурилсяГриша.

— Нет, откуда?

— Ну и не надо… все это… в общем, не для женских ушей.Язык у вас, как известно, длинный, а ум короткий.

«Ты бы о своем уме переживал», — очень хотелось сказатьмне, но обижать Гришу не стоило, чтобы не нарушить шаткое взаимопонимание,возникшее между нами.

— Я умею хранить тайны, — сказала я серьезно. —К тому же ты должен понять: женщины более мужчин склонны подмечать все вокруг.От меня может быть явная польза. Узнала же я по пыльным кроссовкам, что тыследишь за виллой?

С этим он не мог не согласиться и задумался. Нам принеслизаказ. Дождавшись, когда официант отойдет от столика, я зашептала:

— А какое вы имеете отношение к Трофиму? Славик хоть ипакостный мужичонка, но на уголовника не похож, а ты вообще производишьвпечатление порядочного человека.

— Э-э… — Он оглянулся, вздохнул и сказал:

— Давай поговорим о другом…

— О чем, к примеру? — нахмурилась я. — Славикхочет, чтобы я свела знакомство с хозяином виллы для каких-то неясных мнецелей. Теперь выясняется, что человек этот опасен. И что я должна думать о васв таком случае?

— Славик сказал, что ты должна свести с нимзнакомство? — не поверил Гриша.

— Конечно, он сам сказал: откуда бы мне это взять?

— Да… на самом деле мы просто хотим… э-э-э… быть к немупоближе, чтобы в случае чего… — Он запнулся, а я нахмурилась:

— Чего? — спросила я, подождав немного и ничего недождавшись.

— Ну… это долго объяснять… Если мы не сумеемдоговориться с Трофимом, он должен знать, что у нас есть возможностьпредупредить Жженого.

— Попахивает шантажом, — насторожилась я. —Только я все никак не разберусь, в чем тут дело?

— А тебе и не надо, — вдруг разозлилсяГриша. — Сиди себе спокойно или лежи на пляже. Если Трофим появится, а онздесь обязательно появится, он тебя заметит и захочет помочь.

— То есть спасти? Вырвать из ваших рук? — сказалая, радуясь, что хоть что-то способна понять.

— Ну, мы просто рассчитываем, что, увидев тебя, онрешит вернуть нам деньги…

— Ваши деньги?

— Конечно… то есть…

— То есть деньги, которые вы считаете своими, нокоторые на самом деле не совсем ваши. Трофим в этом уверен, а вы уверены вобратном, а я здесь для того, чтобы он прислушался к вашей точке зрения.

— Он нам должен, и все дела, — окончательнорассвирепел Гриша, обиженно сопя.

— Ладно, — я взяла его за руку и легонькопожала. — Я же не в обиду спрашиваю, а чтоб понять, что к чему.

Он посмотрел исподлобья, вздохнул и кивнул, словносоглашаясь.

Мы выпили шампанского, причем он провозгласил тост: «Затебя!» Я ответила: «За тебя!», и в результате мы выпили за нас. Гриша приналегна еду, а я стала смотреть в окно, наслаждаясь открывающимся отсюда видом.

Очень скоро мое внимание привлекла яхта. Белоснежная, узкая,вся устремленная вперед, она двигалась на малой скорости и плавно пристала кберегу. Я внимательно присмотрелась и смогла разобрать название на борту —«Чайка». В общем-то это меня не удивило: если есть яхта, отчего ею невоспользоваться?

— Посмотри, — тихо сказала я Грише. — Думаю,это должно заинтересовать тебя.

Он подался вперед, пытаясь разглядеть, что происходит наяхте. Через несколько минут на берег сошла женщина в светлом брючном костюме.Ее сопровождал молодой человек, очень высокий и широкоплечий. Даже крепышГригорий рядом с ним показался бы малышом. Женщина и мужчина прошествовали кресторану, стали подниматься по лестнице и через минуту вошли в зал.

На вид женщине было лет тридцать пять, капризное выражениелица, губы презрительно кривятся. По тому, как подскочил к ней администратор,стало ясно, что гости они здесь частые и уважаемые.

Женщина села за стол в трех шагах от нас, а молодой человекхмуро оглядел зал и устроился возле дверей за столиком на двоих. Ему принеслибутылку боржоми и стакан, с ними он и просидел все время. Я внимательнопригляделась к парню, пытаясь определить, кто он, и вскоре пришла к выводу, чтоон может быть только охранником. Должно быть, у его хозяйки здесь назначенавстреча, иначе ее появление в ресторане выглядело бы довольно странно: личномне не пришло бы в голову сидеть вот так в полном одиночестве. Впрочем, онамогла рассуждать иначе, например, ей надоело стоять у плиты, стряпая себе ужин,и она отправилась в ресторан… Хотя вряд ли эта женщина стояла у плиты хотя быпоследние полгода. Очень уверенная в себе особа.

— Кто это? — склонясь к Грише, прошептала я.

— Подруга Жженого. Говорят, она актриса. Даже в киноснималась.