Зимнее лето весны - Дарья Донцова

Ну почему я так удивилась? Ведь когда увиделародинку на шее, уже поняла, что умершая старуха и молодая актриса ЛенаНапалкова связаны между собой. Правда, я посчитала Викторову близкой, кровнойродственницей Лены, ее матерью или теткой, передавшей ей в наследство родинку.А тут, оказывается, совсем иной поворот. Напалкова действительно былаталантлива, я, общаясь с ней, ни на секунду не усомнилась, что разговариваю спожилым человеком.

– Впечатляет? – вздернула бровиЛариса.

– Очень, – выдохнула я. – Ачто, Лена была жадной?

– Скрудж Макдак рядом с нейребенок, – скривилась Лариса. – Ходила в дорогих вещах, а ела лапшуиз стакана. Ну да так многие актриски поступают. Им главное пыль в глазапустить, платье всем видно, а что в желудке – никто не знает.

– У нее были друзья?

– В театре? Ни одного человека.

– А вне этих стен?

– Она со мной не откровенничала. Впрочем,если учесть, что похоронами Римке велели заниматься, то, похоже, у Лены вообщеникого из близких нет. Мы сегодня ей на гроб и поминки собирали. Вот какслучается!

– Так не бывает, – пробормотала я,уставившись на снимок, – у каждого человека непременно есть кто-то, с кемон поддерживает чуть более тесные отношения, чем с другими.

Лариса захлопнула альбом.

– А зачем тебе ее подруги? – удивиласьона.

– Наш главный редактор велел написатьочерк, – грустно ответила я, – а у меня материала нет, лишь общиесведения да кое-какие слова о работе. Если не выполню задание, начальникразорется, премии лишит.

– Это они умеют, – сочувственнозакивала Лариса. – Погоди! Поболтай-ка с Галей Потаповой. Она тожеактриса, ты ее небось в сериале «Счастье на крыше» видела.

– Да, да, да, – закивала я,абсолютно не представляя, о ком идет речь.

– Ну-ка, – засуетиласьЛариса, – сейчас ее вызовем!

Девушка ткнула пальцем в пластиковуюкоробочку, откашлялась и громко сказала:

– Галина Потапова, зайди к помрежу.

– Они дружили? – решила я хотьнемного разведать обстановку.

Лариса склонила голову набок.

– Чтобы в буфете сидели или уходиливместе – я никогда не видела. Лена предпочитала одиночество. Кивнет вежливо привстрече и молчком дальше по коридору бежит. Галку она из массы не выделяла.

– Зачем мне тогда Потапова?

Лариса заложила за ухо прядь блестящих волос.

– Некоторое время назад… число не назову…около полуночи, после спектакля, я домой собралась. Припозднилась в тот день,уж и не помню почему. Короче, выхожу в коридор, а он у нас извилистый, слышу –впереди дверь гримерки хлопает. Потом голос Потаповой, он у нее специфический,низкий, словно из подвала гудит: «Не переживай, Ленок, утопчется». Я живосообразила: снова у Лены Решетило муж запил. Есть у нас костюмерша, хорошаядеваха, а супруг контуженый, в прямом смысле слова – в Чечне служил, и там его ранило.Бьет он Ленку, та часто с синяками заявляется. И вдруг Потаповой отвечает…Напалкова: «Навряд ли. Он меня так конкретно выгнал, просто жить не хочется!» Ивсхлипывает! Я так и замерла! Что за чудеса? Наша Снежная королева сопли льет?В общем, наверняка Галка что-то интересное про…

– Ларочка, – раздалось из коридорагустое меццо-сопрано, – ты меня звала?

В ту же секунду ручка двери начала медленноповорачиваться.

Лара подмигнула мне и шепнула:

– Сейчас сделаю так, что она всерасскажет. Ты с ней поболтай и не уходи! Обсудим пиар-дела, лады?

Я кивнула, створка распахнулась, и вкомнатенку вошла девушка. Судя по голосу, она должна была быть стокилограммовойбрюнеткой с усиками над верхней губой и с массивными золотыми серьгами в ушах,но Потапова оказалась крошечной блондинкой ниже меня ростом, очень хрупкой,даже тощей девицей, одетой в узенькие джинсы и ярко-синюю кофту.

– Ларочка, – прогудела она, –что случилось?

– Знаешь про несчастье с Ленкой? –вкрадчиво поинтересовалась Лариса.

– Угу, – закивала Галина. – Онподонок!

– Кто? – быстро спросила я.

Потапова растерялась.

– Шофер, кто же еще? – с хорошосыгранным изумлением ответила она. – Наверное, пьяным за руль сел.

– Знакомься, Галочка, – нежнопропела Лариса, – это Валентина, она из милиции, занимается сбороминформации про Лену. Вы тут поболтайте, у меня в кабинете самое тихое место, ая пока к Иосифу сношусь. Беда бедой, а жизнь продолжается! Садись, Галчонок, намое место.

Потапова начала пробираться за стол. Пользуясьтем, что Галина временно оказалась к ней спиной, Лариса подмигнула мне исделала рукой быстрый жест. Очевидно, она хотела намекнуть: не теряйся,изобрази из себя сотрудницу МВД.

Едва дверь за Ларисой захлопнулась, как Галясказала:

– Я не сумею вам помочь.

– Давайте все же попробуемпоговорить, – улыбнулась я. – Неужели вы не хотите, чтобы убийцавашей подруги понес справедливое наказание?

Потапова мрачно улыбнулась.

– Пять лет назад, – сказалаона, – моего брата сбили на пешеходном переходе. Виктор шел на зеленый светпо «зебре», а тут из-за угла вылетел автомобиль с пьяным подонком за рулем и –нет больше у меня брата. Мерзавца задержали сразу. Вернее, он попытался удрать,но не справился с управлением и влетел в витрину магазина. Было следствие,потом суд. Как вы думаете, чем дело завершилось?

– Пьяный за рулем, сбил человека напереходе… Наверное, негодяй получил немаленький срок!

Галя усмехнулась.

– Его отпустили. Дали два года, ноамнистировали прямо в зале суда, он ушел победителем.

– Невероятно!

– Ваше удивление странно, –скривилась Галина. – А то вы не знаете, как дела разваливают!У мерзавца оказались богатые родители, выкупили сыночка. Не всегда убийцанесет наказание, даже если против него есть мешки и чемоданы доказательств.

– Встречаются порой оборотни впогонах, – согласилась я, – но далеко не все в милиции взяточники.Может, вам мое заявление покажется пафосным, но подавляющее большинствосотрудников честно выполняет служебные обязанности.