И будет вам счастье - Люся Лютикова

– А вы что?

– Я пыталась убедить его, что искусство бессмертно ичто, если он закроет галерею, потомки ему этого не простят. Ведь он сам поэт идолжен думать не только о золотом тельце!

– А он?

Художница развела руками:

– Что он мог ответить? Он очень изменился за времябрака с Изольдой. Сказал только, что люди жрут каждый день, и это достаточнаяпричина, чтобы вместо картин продавать колбасу.

– И что, Лисовик уже продал галерею?

– Не знаю! – в отчаянии воскликнулаТатьяна. – Его юрист отмалчивается, сказал, что после похорон огласит изавещание, и прочие распоряжения, которые поступили к нему от ЛеонидаНазарьевича в последнее время. Я живу как на пороховой бочке. Господи, я невынесу этого! Галерея – смысл моей жизни!

Она в таком искреннем страдании заломила руки, что мнезахотелось ее утешить:

– Хотите, развею ваши опасения?

– Каким образом?

Я достала карты Таро.

– Я не верю картам! – отрезала Татьяна. –Мракобесие какое-то.

– Все зависит от того, в чьих руках онинаходятся, – ответила я и принялась метать карты прямо на заляпанныйкраской подоконник.

Бросив глубокомысленный взор на открывшиеся картинки, явоскликнула:

– О, интересная информация!

Муравьева спала с лица:

– Неужели он продал галерею?!

– Успокойтесь, гражданочка, галерея ваша в целости исохранности простоит еще года три.

– А потом что будет?

– Потом вы переедете в более просторное помещение.

– Правда? – расцвела художница.

– Карты меня еще ни разу не подводили, – наголубом глазу сказала я. – Интересно другое. Я вижу, что Леонид Назарьевичсобирался круто изменить свою жизнь, отказаться от работы, денег и уехатьдалеко от Москвы. Правильно?

Собеседница широко распахнула глаза:

– Так и есть, он планировал провести остаток жизни наГоа.

– Также карты сообщают, что вы узнали эту новость отмужчины.

– Нет, мне дочь сказала!

– А она от кого?

– Владе по большому секрету сообщил юрист Лисовика,тоже Леонид, только отчество у него другое – Израилевич.

– Ну вот, все правильно, все-таки мужчина былисточником информации! – торжествующе воскликнула я.

Татьяне пришлось со мной согласиться.

– Одного я не пойму, зачем вы поделились этой новостьюс другой женщиной, вот этой!

Я схватила карту Звезда и поднесла ее к самому носу Муравьевой.На карте обнаженная девушка склонилась к ручью, над ее головой сияют восемьзвезд.

– Догадываетесь, кто в вашем окружении звезда? Или, нахудой конец, мнит себя таковой? Вот именно, Дарья Лисовик! Так зачем вырассказали ей, что бывший муж собирается на Гоа?

У Татьяны был такой ошеломленный вид, словно она только чтоузнала, что всю жизнь ее снимали на скрытую камеру и самые пикантные сценытранслировали по центральному телевидению. Впрочем, она быстро пришла в себя инахально заявила:

– Ну если вы все знаете, значит, найдете ответ и наэтот вопрос!

– Я вижу один ответ – выгода. Отчего-то вам это быловыгодно! А если учесть, что приблизительно в это время умирает Лисовик, и явноне своей смертью, то…

– Вот только не надо вешать на меня всех собак! – перебиладама. – Да, у меня была своя выгода, но только совсем не та, на которую вынамекаете. Никто не имеет права покушаться на чужую жизнь, но на чужиесредства, особенно если они вовсе не чужие, а ты имеешь на них право, –да, может!

Объясняла она долго и путано. Но я все-таки ухватила суть. Ядогадалась правильно: Дашуту умышленно известили о предстоящем отъездеолигарха. Именно для того, чтобы она капала на мозги бывшему мужу и требовала унего денег. Как известно, капля камень точит. А если капать с двух сторон, ещеи Татьяна подключится, то есть шанс, что бывший муженек, перед тем какокончательно свалить за границу, осчастливит-таки каждую дамочку желаемойсуммой. Впрочем, художнице были нужны не только деньги. Она требовала, чтобыЛисовик переписал на нее галерею.

– И он согласился? – поинтересовалась я.

Татьяна покачала головой:

– Он повел себя, как эгоистичная свинья. Включилдурачка: «Я никуда не уезжаю, с чего ты взяла?» Сколько я с ним ни билась,сколько ни объясняла, что чужому человеку нельзя отдавать галерею, он ни вкакую! Только посмеивался и противно так щелкал пальцами. Вот ведь жлобяра!

Мне захотелось вернуть ее к действительности:

– Ничего себе – «жлобяра», завещал вам треть состояния!

Муравьева испустила тяжкий вздох:

– Если честно, я уже не верю, что завещаниекогда-нибудь найдется. Не было ли это уловкой с его стороны, а? Гениальнаяидея: пообещать в отдаленном будущем целый кусок пирога, чтобы сегодня не датьдаже крошки. Ведь умирать Леонид не собирался! – закончила она обвиняющимтоном.

За время нашего разговора улитки значительно продвинулисьвперед. Розовая так даже совершила марш-бросок сантиметров на десять. Япозавидовала страдалицам, потому что сама, кажется, топчусь на месте. А ведьмои денечки тоже сочтены.