Руки прочь! Он мой, или Как стать счастливой с чужим мужем - Юлия Шилова

– Они что, грудные? Здоровые лбы. Пожрать себе не могут сварить? Пусть привыкают, а то родились с золотой ложкой во рту и думают, что будут всё время жить в шоколаде. Так не бывает. Нужно учиться добывать хлеб самим.

– Нужно, но не в пятнадцать же лет. Ещё рано. Им сначала нужно выучиться.

– Я уже в шестнадцать вагоны разгружал и грыжу от тяжестей заработал.

– Это было другое время, и ты не имел столь влиятельного папу, который не позволил бы тебе портить здоровье. Я не вижу смысла твоим детям зарабатывать грыжу.

К дому подъехал автомобиль с охранниками, которые, похоже, его потеряли. Михаил переоделся и вышел в прихожую.

– Ну и куда ты собрался?

– На работу.

– С такой помятой мордой? Пить поехал? Чтоб сегодня же нашёл Людмиле водителя, который бы двадцать четыре часа в сутки ждал её в машине, таскал тяжелые сумки и выполнял все поручения. Верни домработницу и повара. И оплати хорошую клинику для Люси. Пусть наблюдается у знающих врачей, чтобы роды прошли хорошо.

– А у неё харя не треснет? – заржал Михаил, и у него вновь затряслись руки.

– Главное, чтобы у тебя от пьянки ничего не треснуло. Я два раза повторять не буду. Если не выполнишь мои условия, уйду от тебя.

– Наташка, ты что?! Даже не смей говорить! Ты же знаешь, я без тебя не могу… Я же болен тобой.

– Тогда делай что велят. Экономить на семье – последнее дело.

– Моя семья – ты.

– Ты прожил с женщиной много лет в браке и просто обязан о ней позаботиться.

– Что с тобой случилось? Ты же Люську на дух не переносила. Желала ей смерти.

– Дура была, – не задумываясь, бросила я. – Я же не знала, что увожу от неё свингера и жлоба. Если тебе некогда заниматься вопросами семьи и хочется в хлам нажраться, поручи это своей службе безопасности. Но чтобы сегодня было сделано всё перечисленное.

Вечером Михаил не смог прийти домой своими ногами, его принесли. Утром, когда протрезвел и стал похмеляться, он заверил меня, что дети в доме не одни, с ними повар и домработница.

– Прекрати похмеляться! Хватит бухать! Приведи себя в порядок и проведай детей. Они должны видеть отца.

– У них свои интересы и своя жизнь.

– Ерунда! Отец нужен в любом возрасте. Если не бросишь пить в ближайшее время, я тебя закодирую. Мне не нужен алкоголик.

– Не знаю почему, но мне постоянно хочется выпить. Чертовщина какая-то. Будто внутри меня кто-то сидит и подзуживает.

– Ещё скажи, тебе кто-то наливает.

– Такое впечатление, что да.

Я вспомнила слова бабки Антонины, что после приворота человек имеет дела с вселившимся в него бесом, и тут же постаралась перевести разговор на другую тему.

Я несколько раз приезжала к Люсе в больницу, не снимая очков.

– Это ты спасла мне жизнь, – радовалась она моему приходу.

– Ничего я не спасла. Просто вызвала «Скорую». Меня Наташей зовут.

– А я Люся.

– Я помню. Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Малыш пинает меня ножками. Просится наружу, но ещё рано.

– Муж навещает?

– Запил он. Ушёл к другой женщине и запил. Значит, не всё там хорошо. Он раньше выпивал, но очень умеренно. В основном по праздникам или с друзьями. А тут в запое. Но знаешь что странно… Он мне опять деньгами помогать начал. Сначала всего меня лишил, а потом, видимо, совесть проснулась, и он передумал. Дети сейчас хоть не одни. С ними повар и домработница.

– Ты его любишь?

– Люблю, – ни секунды не задумываясь, ответила Люся.

– Он же сволочь. Предал тебя.

– Все в этой жизни ошибаются, Миша не исключение. Я верю, он опомнится и вернётся.

– Почему ты так думаешь?

– Мы же поженились совсем молодыми. Познакомились, когда он не был богат и успешен. Я всегда создавала ему надёжный тыл, но оказывается, мужики этого не ценят. А ты замужем?

– Живу в гражданском браке, – дрогнувшим голосом ответила я.

– Муж хороший?

– Тоже пьёт.

– Да что же такое с мужиками творится?

Забирала я Люсю из больницы сама, несмотря на то, что у неё теперь была машина с водителем.

– Мне так неудобно, что ты на меня столько времени тратишь.

– Да брось ты. Знаешь, после того, как у меня подруги не стало, я провела переоценку жизненных ценностей и стала смотреть на многое другими глазами.

– А что с ней произошло?

– Пропала без вести. Мне её очень не хватает.

– Я тебя понимаю. Страшно терять близких людей. Я когда мужа потеряла, сначала вообще жить не хотела. Мне показалось, у меня отрезали руку или ногу, ведь я всегда воспринимала нас как единое целое. Ты бы знала, каким замечательным отцом он был, как любил детей. А сейчас… Ведёт себя так, будто дети не имеют к нему отношения. Горько…

Мы подъехали к дому, я оставила Люсе свой телефон и строго-настрого наказала звонить мне, если, не дай бог, она будет чувствовать себя плохо или с ней что-то случится.

– Звони по любой проблеме. Не стесняйся.

– Может, зайдёшь на чашечку чаю?

– Нет, что ты, – перепугалась я не на шутку. – Я поеду.

– Зайди, пожалуйста, а то ведь мне и пообщаться не с кем. Так получилось, у меня даже подруг нет. Боялась тратить на них время, потому что хотелось всё своё время отдавать мужу. В результате осталась и без подруг, и без мужа.

Я согласилась и приняла предложение. Люся провела меня в уютную гостиную, и через несколько минут домработница подала чай и свежие бисквиты. Не успели мы выпить по чашке, как в дом влетел изрядно выпивший Михаил и принялся возмущаться, что его никто не встречает.

– Я не пойму, мне что, тут не рады? Деньгам, которые я вам даю, значит, все рады, а обладателю денег нет! Вы меня должны у входа реверансами встречать! Кормилец приехал!

Увидев меня, Михаил оцепенел и потерял дар речи. Видимо, так хорошо набрался, что даже не заметил мою машину, припаркованную у дома.

– Здравствуйте, меня зовут Наташа. Я приятельница Люси.

Я попыталась разрядить обстановку и протянула Михаилу руку в знак приветствия, но он никак на это не отреагировал.

– Миша, познакомься. Наташа спасла мне жизнь в полном смысле этого слова. Когда я упала на рынке и потеряла сознание, она вызвала «Скорую», поехала со мной в больницу и строго следила, чтобы и со мной, и с ребёнком всё было в порядке. Благодаря ей персонал относился ко мне как к королеве. Знаешь, я считаю её своим ангелом-хранителем.

– Извините, я, наверное, пойду. Вам нужно побыть вдвоём, – направилась я к выходу.