Копье чужой судьбы - Анна Князева

– Но, Сергей Васильевич…

– Все, Нина, все.

– Хочу заметить, я не ограничилась одним Интернетом.

– Выношу сердечную благодарность.

– Целый день просидела в архиве…

– И за это тебе спасибо! – Сергей сгреб папку и протянул Нине.

Она не спешила ее забрать, понимая, что после этого останется только выйти из кабинета.

– Ну, что еще? – нетерпеливо спросил Сергей.

– Дайте задание.

– Тебе мало заданий?

– Мало. – Она упорно не хотела брать папку.

Сергей сдался.

– Иди к Тимофееву, узнай, что с отпечатками.

– Эта работа – на десять минут.

Он вспомнил про найденный телефон Михайлова, который так и не изучил. Подумав, нехотя обронил:

– Ладно… Вот тебе телефон. – Он бросил на стол папку и вынул мобильник. – Проверь эсэмэски. Меня интересуют те, где речь идет о встрече, шкатулке, шикарной вещи. Где упоминается адрес в Нахабино, вчерашний день и время два часа пополудни. Ясно?

– Ясно! – Курочка схватила мобильник, опасаясь, что Сергей передумает. Потом забрала папку. – Она точно вам не понадобится?

– Иди отсюда, – велел Дуло.

И Курочка вышла из кабинета.

Поразмыслив, Сергей снял трубку внутренней связи и набрал Тимофеева.

– Здравствуй, Валерий Иванович. Спасибо за номер Гадкера…

– Пригодился? Что-то еще нашел?

– Нашел. Спасибо тебе. Я, собственно, по другому вопросу…

– Про жемчуг спросить?

– Про отпечатки.

– Рано, – спокойно ответил Тимофеев. – Еще работаю.

– Валерий Иванович, – взмолился Сергей. – Работай, пожалуйста, побыстрей!

– Скоро уже, потерпи.

Сергей хотел положить трубку, но передумал.

– Послушай, у меня есть вопрос.

– Задавай, – сказал Тимофеев.

– Предположим, у меня перхоть…

– Тогда тебе к дерматологу, – тут же среагировал Валерий Иванович.

– Нет, ты не понял, – продолжил Сергей, не обращая внимания на его шутку. – Чужая перхоть, найденная на месте преступления, на одежде.

– Ну…

– Можно установить «хозяина»?

– Можно. Если имеется исходный биологический материал.

– Переведи.

– Кровь, кожа, ногти, слюна того человека.

– Ага… Но человека-то нет. Он неизвестен.

– Ну, что я могу сказать… Ищи!

– Спасибо за совет, – мрачно закончил Дуло.

Однако Тимофеев продолжил:

– Или выверни вопрос наизнанку.

– Как это?

– Исключи всех, кому не принадлежит эта перхоть.

– Тоже тема, – согласился Сергей. – Исключать будем только Пиньеру.

– Тогда неси свою перхоть. По Пиньере у нас биологического материала семьдесят пять килограммов.

Сергей положил трубку.

В дверь постучали.

– Войдите, – сказал Дуло.

– Можно? – Это снова была Курочка.

– Говори, но предупреждаю: мое терпение на исходе.

Девушка мягко проскользнула в полуоткрытую дверь.

– Полковник Яковлев просил сообщить ему, когда вы придете.

Сергей внимательно посмотрел ей в глаза:

– И что ты?

– Сказала, что вы еще не пришли.

– Вот это ты молодец!

– Я нашла эсэмэску.

– Показывай, – приказал Дуло. – Или нет. Сперва прочитай.

Она прочитала:

– «Жду послезавтра, в два часа дня».

– Дай сюда! – Сергей вскочил с кресла и выхватил у нее телефон. Увидев на экране номер, сказал: – Михайлов писал Гадкеру… – Пройдясь по кабинету туда-сюда, Сергей снова посмотрел на дисплей. – Но Гадкер не получил его эсэмэску.

Проникнувшись значимостью момента, Нина спросила:

– Почему?

– Потому что к тому времени Артемий Гадкер был уже мертв и его телефон в хлам раскатали по мостовой. А это значит… – Сергей вдруг замолчал.

– Что? – не стерпела Курочка.

– Что к Михайловым пришли незванчиком, без приглашения. Существует еще одна противодействующая сила, и этот конфликт многослойный. – Сергей посмотрел на помощницу. – Здесь нам еще копать и копать… – Он взял со стола свою рабочую папку и, направляясь к двери, бросил: – Если спросят – я в «Риксе».

В отель Дуло приехал, когда ресторан еще был открыт. Проходя мимо столов с «шведским завтраком», вспомнил, что не поел. Под ложечкой засосало, и Сергей подумал: хорошо бы выпить чашечку кофе. Он подошел к бару.

– Позовите Ягупова… И дайте мне кофе.

Бармен взял чашку и налил в нее кофе из большого стеклянного кофейника.

– У нас только американо.

– Пойдет. – Сергей разорвал пакетик и высыпал в чашку сахар. – Ягупова позовите. Я звонил, мне сказали, он на работе.

Бармен вышел в зал и направился к выходу. Через минуту вернулся с Ягуповым.

– Звали? – недружелюбно спросил тот.

– Звал. – Сергей взял свою чашку и огляделся. – Нужно куда-то сесть…

– Идемте, – Ягупов прошел к столу, на котором стояла табличка, и первым уселся на стул. – Чего вам еще?

– Откуда такая враждебность? – спросил Дуло. Поставив чашку, он достал из-под мышки свою папку и сел рядом с ним. – Что-то случилось?

– Ничего, кроме того, что меня оштрафовали.

– За что?

– За то, что номера перепутал, отнес шампанское в триста пятый. Вы рассказали?

– Стучать не обучен, – сказал Сергей. – Ищите доброжелателя в родном коллективе.

– Ну-ну… – Ягупов сидел, практически отвернувшись, и только краем глаза контролировал.

– У меня один вопрос. Расскажите еще раз, как принесли шампанское Мишелю Пиньере.

– В триста пятый? Я уже тысячу раз говорил.

– Расскажите в тысяча первый.

– Я не Шахерезада…

– Короче, – тон, которым продолжил следователь, не предвещал ничего хорошего. – Шахерезада Ивановна, или ты все расскажешь мне здесь, или поговорим в другом месте.

Эти слова мигом привели Ягупова в чувство, он повернулся и торопливо заговорил:

– Я вышел из лифта. Подошел к двери. Постучал. Очень хотел спать. Не открыли. Ну, думаю, постучу еще раз, и если не откроют, уйду. Там в соседнем, триста седьмом, сильно шумели. Решил послушать, есть ли кто в триста пятом. Приложил ухо к двери…