Джентльменское соглашение - Чингиз Абдуллаев

— Это правда? — сразу спросила она, как только он открылдверь.

— Да, — ответил Дронго.

Она не закричала, даже не заплакала. Только всхлипнула.Потом требовательно спросила:

— Как это произошло?

— Входите, — чуть посторонился Дронго.

Она переступила через порог и поставила чемоданчик на пол,рядом с дверью. Он взглянул на чемоданчик, ни о чем не спрашивая.

— Да, — с вызовом произнесла она, — я ушла от него. Онприехал домой весь в крови, грязный и потный. И стал рассказывать, как Костяпытался его убить, как он в него стрелял, как случайно попал в Мальсагова. И японяла, что больше не могу. Собрала вещи и ушла. Я никого не знаю в Лондоне,кроме своей племянницы, а к ней в таком виде ехать не хочу. Если разрешите, яостанусь здесь, у вас, а завтра утром улечу в Москву. У меня есть деньги наобратный билет. Честное слово, я завтра утром уеду.

— Идите в комнату, — предложил Дронго, — я толькопереоденусь. И мы поговорим.

Он быстро переоделся в ванной. Вышел в комнату. Она сиделана стуле. Увидев его, вздрогнула, словно не ожидала, что он так быстропереоденется.

— Как это произошло? — спросила Тарутина.

— Меня там не было, — чуть запнувшись, ответил Дронго, — яподнялся, когда уже все было кончено.

— И вы не знаете, что там случилось?

— Знаю.

— Расскажите.

— Он ворвался в отель с оружием в руках. Поднялся на этаж,расшвырял охранников и ворвался в номер. Начал стрелять. Попал в Мальсагова, ив этот момент телохранители ваших знакомых открыли стрельбу. Вот и все.

— Все, — задумчиво произнесла она, — все. И человека уженет.

Она начала громко плакать. Дронго подошел к ней, осторожнопогладил по голове. Она заплакала еще громче.

Он сел на кровать, ожидая, когда она успокоится. Минут черезпять она подняла голову:

— Можно воды?

Дронго дал ей воды. Она залпом выпила, кивком поблагодарила.

— Это все из-за меня. Он все время говорил мне, чтопорядочный человек должен развестись со своей женой и жениться. Но я знала, чтоПарыгин этого никогда не сделает. У него вторая жена и двое детей. И он ихпо-настоящему любит. Зачем ему оставлять свою семью, когда можно забрать меняна неделю в Крым или в Лондон. Я всегда под рукой, а семья обычно отдыхаетгде-нибудь в Испании или в Италии. Чаще в Италии, у них там есть свой дом.

— Вы говорили мне, что Константин сам вас познакомил.

— Да. Он считал, что Парыгин меня полюбит и оставит своюжену. Но ничего не получилось. Николая Николаевича устраивала такая жизнь, и онне хотел ее менять. А Костя считал себя виноватым в том, что сломал мне жизнь.Глупый. Я ему говорила, что у меня все в порядке, что я ему очень благодарна,но он мне не верил.

— Вы сказали, что Константин почти три года работал уПарыгина. А где он работал раньше?

— В каком-то банке. Тоже в охране. А до этого служил, былпрапорщиком, хотел остаться в армии, пойти в офицерское училище. Но у него былинеприятности по службе, и он ушел.

— Какие неприятности?

— Не знаю. Точно не знаю. Он тогда и решил уйти. И переехалв Москву, работал в банке несколько лет. А потом перешел к Парыгину.

— У них не было никаких конфликтов?

— Никаких. Николай Николаевич ему очень доверял.

— Где он служил?

— В Новгороде. Он там жил и работал. Я ведь приехала вМоскву совсем одна, когда мне было семнадцать. Думала, что сразу поступлю вШколу-студию МХАТ. И, конечно, никуда не попала. Первый год работала курьером.Потом со второго раза тоже не попала. Взяли секретарем в строительноеуправление. И только с третьего раза я поступила. А приглашать меня началисниматься, еще когда я училась. Когда Костя приехал, я уже жила в общежитии. Уменя своя койка была. А Костя снимал комнату в коммуналке. Потом он купил себеоднокомнатную квартиру и даже ключи мне оставлял, когда уезжал в отпуск. Оннесколько лет работал в банке, но потом решил перейти к Парыгину. Сначала обычнымохранником, а через год стал начальником охраны.

— А почему в день приезда в Лондон Кости не было с вами?Разве он не должен был находиться всегда рядом со своим патроном?

— Он отпросился. Я сама слышала, как он отпрашивался. ИНиколай Николаевич его отпустил. Мы все равно должны были отдохнуть последороги, и поэтому Парыгин не возражал, чтобы Костя уехал.

— Что было потом?

— Ничего. Утром мы увиделись за завтраком. Потом ездили поразным делам, заехали в «Хэрродс», там сделали покупки, потом еще куда-то ивечером поехали в казино. Все вместе. Костя был все время с нами.

— Он был знаком с кем-то из вашей компании?

— Со всеми. Люди этого круга часто встречаются вместе. И онивсе друг друга знали.

— Палийчука тоже знал?

— Конечно, знал. И я его знала. Хотя он был неприятный тип.Такой задиристый и наглый. На женщин смотрел так, словно их раздевал. Я его нелюбила.

— Как вы думаете, мог Константин о чем-то договориться сПалийчуком? Они были близко знакомы?

— Знали друг друга. Но договариваться… Боюсь, что вы несовсем понимаете социальный статус телохранителей. Хозяева считают их всеголишь привилегированными слугами. Это разные круги общения. Абсолютно разные.Палийчук не стал бы ни о чем договариваться с Костей. Тот для него просто несуществовал.

— Интересно, — задумчиво пробормотал Дронго, — об этом мы недумали.

— Что вы сказали?

— Ничего. А вы видели в казино Костю? Где он был?

— Господи, я не могу слышать этого слова — «был».

— Извините. Вы помните, где находился Константин в тотмомент, когда мы все были в комнате.

— Он был в коридоре вместе с другими охранниками.

— А когда мы переходили в другую комнату, вы с ним необщались?

— Нет. Он только кивнул мне, а я кивнула ему. И все.

— После того, как сегодня днем Парыгин устроил скандал и выприехали ко мне, вы разговаривали с Костей.

— Я же вам говорила. Он мне звонил.

— Не сказал, где находится?

— Нет. Попросил меня ничего не бояться. И пообещалразобраться с мерзавцем. Я очень испугалась, он обычно так никогда Парыгина неназывал.

— И все?