Смерть на заброшенной ферме - Энн Грэнджер

Пенни снова покачала головой:

— Нет, извините. Должно быть, это единственный паб в округе, в котором я не бывала. Мы с Энди Феррисом побывали во многих! О «Твердой поступи» я слышала. Говорят, цены там кусаются. — Пенни вернула ей снимок.

Джесс передала фотографию Илаю. Старик снял кепку, почесал указательным пальцем свои седые кудри и посмотрел на снимок. Потом переложил его в другую руку и отвел подальше.

У него дальнозоркость, поняла Джесс.

— Покойницу узнаю, а больше никого, — заявил старик, нахлобучивая кепку на голову.

Пенни охнула.

— Вы узнаете на снимке девушку, которую нашли в своем коровнике? Которая из двух? — быстро спросила Джесс.

Илай ткнул пальцем в Еву:

— Вот эта. Она лежала в коровнике, у самого входа!

— Вы когда-нибудь видели ее живой — до того, как увидели ее тело?

— Нет, — ответил Илай. — Говорите, это старая «Поступь»? Я там уже много лет не бывал. Сделали из хорошего паба шикарное заведение, и цены взлетели вверх. Пиво там дорогое, такому бедняку, как я, не по карману. Да, говорят, там еще и разносолами всякими угощают. У них не дождешься простой, нормальной закуски вроде маринованных яиц!

— Девушку, — сказала Джесс, — зовут… точнее, звали Ева Зелена. Вам знакомо ее имя? — Она посмотрела на Пенни, чтобы дать понять, что задает вопрос и ей.

— Нет, — хором ответили хозяйка конюшни и Илай Смит.

Джесс снова переключила внимание на Илая:

— Мистер Смит, вы совершенно уверены, что девушка та самая? Не забывайте, у покойницы лицо было искажено. Вы отказались проводить наших сотрудников в коровник и еще раз взглянуть на тело. По вашим словам, вы больше не хотели ее видеть.

— Конечно, я уверен! — сварливо ответил Илай. — Я не слепой и не идиот! Я знаю, что та девушка в моем коровнике — вот она, на снимке! — Он снова ткнул пальцем в изображение Евы. — Конечно, там она не улыбалась, как здесь, на фото. Но от мертвой, которая валяется на земле, и не ждешь, что она будет скалить зубы! Глаза у нее открылись, рот тоже…

Пенни Говер снова негромко вскрикнула.

Илай покосился на нее:

— Ну да, вы ведь и сами ее видели, инспектор, на полу моего коровника. Может, она и не была похожа на «Мисс мира», но вот на эту очень даже похожа! — Он снова ткнул в буклет узловатым пальцем. — Если бы вам показать ее снимок, вы бы что сказали — она это или нет?

— Мне трудно что-либо решать, — ответила Джесс.

— Ну а мне нетрудно. Может, я всего лишь простой деревенский житель, но лица запоминаю хорошо. Это она!

— Вы никогда не встречали ее… при жизни? А может, видели неподалеку от фермы еще кого-то со снимка?

Илай смерил ее раздраженным взглядом — как человек, которому докучает ребенок.

— Нет, я вам уже сказал. Никого из них знать не знаю. Живыми никого из них не видал. Видел только одну из них, вон ту девчонку. Да и ту всего один раз, мертвую… в моем коровнике! — С этими словами Илай отошел прочь.

— Не сердитесь на него, — попросила Пенни. — Он действительно очень расстроен. Наверное, вспоминает о том, как брат застрелил родителей. Кстати, скоро… годовщина той страшной трагедии.

— Правда?

— Он как раз говорил об этом перед вашим приездом. Сказал, что в следующий четверг будет ровно двадцать семь лет с того дня. То есть он выразился по-другому, он не называл событие «годовщиной». Но понять его нетрудно.

Джесс задумалась. Дата убийства должна быть в деле, и она наверняка видела ее. Надо было запомнить и связать одно с другим. Она приказала себе: «Джесс, соберись!» Ничего удивительного, что Смит не вполне адекватно рассуждает. Он все время думает о страшной трагедии, лишившей его родных. Он прекрасно помнит о приближающейся дате. До нее осталась всего неделя. Возможно, он увидел, как Ева непонятно зачем бродит вокруг фермы «Сверчок», потерял рассудок и убил ее?

Но что понадобилось Еве на ферме «Сверчок»? Более того, каким образом она туда попала? Ведь своей машины у нее нет…

Серебристый «мерседес»! Надо найти серебристый «мерседес»…

Пенни поставила правую ногу, обутую в сапог для верховой езды, на столбик у входа. Соло отошел к противоположному краю загона, издали он казался совсем миниатюрным.

— Инспектор! Я кое-что хочу вам рассказать… Воспользуюсь случаем, ведь сейчас здесь нет никого, кроме нас. Правда, к делу, которым вы занимаетесь, это совершенно не относится. То, в чем я собираюсь признаться, касается лично меня… и Эндрю Ферриса. — Пенни покраснела.

— Поймите меня правильно… — Джесс глубоко вздохнула. Уже не в первый раз ей приходилось выслушивать такие вот предисловия, за которыми следовали глубоко личные признания. Возможно, в деле нет ничего незаконного и даже сомнительного. Но людям, часто даже самым невинным, кажется, что они должны оправдаться. — Ваша личная жизнь меня не интересует, если она не имеет отношения к расследованию… Я прекрасно понимаю ваши чувства. Вы — свидетельница. Мы мучаем свидетелей бесконечными вопросами, часто неприятными и неудобными. Поверьте, мне самой часто бывает неловко! Но на самом деле меня интересуют лишь сведения, которые помогут найти убийцу несчастной девушки.

Пенни поспешно заправила за ухо выбившуюся из прически прядку волос:

— Да, понимаю. И все-таки мне хочется объясниться.

— Ну так объясняйтесь! — Джесс стало любопытно.

— Не хочу, чтобы вы неправильно истолковали мои отношения с Эндрю Феррисом. Мы с ним хорошо ладим. Он замечательно помогает мне во всем. В глубине души он настоящий сельский житель, хотя работает в конторе. Ему нравится возиться с лошадьми, чистить навоз, строить барьеры, скакать по полям. Нам очень повезло, что Илай пускает нас в свои владения — ведь почти все его поля заброшены, он ничего на них не выращивает. На некоторых пасутся овцы… — Пенни показала куда-то за паддок, в котором Соло с воодушевлением щипал траву. — Овцы принадлежат не Илаю, а другому фермеру. Илай сдает ему пару пастбищ в аренду. А больше здесь ничего нет. Можно скакать целый день и никого не встретить. Здесь очень тихо и мирно. Я не говорю о недавних событиях, конечно. В общем… мы с ним друзья, и только. Эндрю женат. Ни для кого не секрет, что брак у него не слишком-то удачный. Его жены почти все время не бывает дома. Она работает гидом, возит туристов по всей Европе. Детей у них нет. Мне кажется, что дело движется к разводу, но не из-за меня. Эндрю хватает своих проблем. Здесь, со мной, он счастлив. Я тоже хлебнула горя… Наверное, поэтому и приехала в деревню — чтобы спрятаться, зализать раны. В общем, и мне, и Эндрю не повезло со спутниками жизни… Ох, как противно! Как будто читаю колонку «Советы в личной жизни». — Пенни поморщилась. — Главное, мне хочется, чтобы вы все правильно поняли.

— Считайте, что поняла. — Джесс пожала плечами.

— Спасибо! — отрывисто проговорила Пенни и отошла от ворот. — Жаль, что ни я, ни Илай не смогли вам помочь с вашей фотографией.