Смерть на заброшенной ферме - Энн Грэнджер

— Да.

— Которая?

Джесс сдалась. Ей удалось выбраться из ужасного кресла, хотя оно, словно злой демон, упорно мешало ей. И издавая сердитые скрипы, оно наконец выпустило ее из объятий. Джесс подошла к дивану:

— Вот эта.

— Так, так, — задумчиво проговорила Селина. — Интересно, что скажут Джулия и Барни!

«И мне интересно!» — подумала Джесс. Особенно когда сынок расскажет, что грузовичок, принадлежащий пабу, забрали на экспертизу.

— Так что с ним такое?

Вопрос прозвучал так неожиданно близко, что Пенни вздрогнула, отскочила от ворот загона, на которые она опиралась, и резко развернулась на голос.

— Ох… здрасте, Илай! Я не слышала, как вы подошли!

Вместо ответа, Илай ткнул пальцем вниз: он надел резиновые сапоги. Старик мотнул головой в сторону коня:

— Аппетита нет, что ли?

— Нет. — Пенни вздохнула. — Если позволите так выразиться, жрет как лошадь. — Поймав озадаченный взгляд Илая, она продолжала: — Ветеринар говорит, он слепнет на один глаз. Сейчас я уже и сама вижу — с ним что-то не так. Когда солнце светит на этот глаз, заметно бельмо.

Илай поцокал языком и несколько минут молча смотрел на Соло.

— Очень похоже на то, — сказал он наконец. Он не сводил с коня пристального взгляда еще некоторое время, а потом осведомился: — Значит, ему конец?

— Да, Илай, как вы говорите, ему конец. Мне не по карману его кормить, а он теперь никуда не годится.

Илай снова повернулся к Пенни:

— Вообще-то я приехал проверить, как вы тут поживаете.

— Спасибо, Илай, ничего, если не считать обычных проблем. А вы?

— Я?! — Старик даже всхрапнул от негодования — ни дать ни взять просыпающийся вулкан. — У меня в коровнике покойницу нашли!

— Неужели она до сих пор там? — удивилась Пенни.

Илай покачал головой, на которой сидела плоская засаленная кепка.

— Нет, несчастную покойницу уже увезли. Но сыщики обыскали все мои владения! — Вулкан просыпался. Голос его сделался громче, и он устремил на Пенни короткий указующий перст. — Они и в доме побывали, представляете?!

— В… доме на ферме, Илай, или в том доме, где вы живете? — осторожно уточнила Пенни.

Илай задумался.

— И там, и там, — заявил он наконец. — Сержант заехал ко мне домой забрать ключи от «Сверчка». Я ему говорил, что дом заколочен. Что там много лет никто и не бывал! А он сказал: мол, полиции все равно нужно произвести обыск. Нечего им там делать! Ну да ладно, дал я ему ключи, он забрал их и уехал, а ключи до сих пор не вернул! — Последние слова старик почти прокричал.

Соло, который до того мирно щипал травку, вскинул голову и, прядая ушами, повернулся к воротам.

— Хотя мне-то что, — продолжал Илай гораздо спокойнее. — У меня и запасные ключи есть. Придется снова заколачивать двери и окна… Да, придется.

— Илай, они наверняка запрут за собой!

— Одного замка мало, — возразил старик. — Я отвез туда целый грузовик досок. Хочу заколотить дверь, да понадежнее!

— Наверное, нужно сначала спросить разрешения у полицейских. Вдруг они там еще не закончили… — неуверенно возразила Пенни.

— Не стану я спрашивать каких-то там сыщиков, что мне делать на своей земле! В следующий четверг уж двадцать семь лет исполнится, как дом заколочен! Надо, значит, успеть все заделать заново.

— Почему обязательно в следующий четверг? — не подумав, брякнула Пенни.

Илай снял кепку, осмотрел засаленную подкладку и снова бережно натянул кепку на голову.

— В третий четверг месяца, — пояснил он, — всегда бывал базарный день. Я про ярмарку скота — давно у нас такие не проводят.

Ах ты… До Пенни наконец дошло. Именно в четверг Илай вернулся с ярмарки и увидел, что брат убил обоих родителей! Должно быть, приближается годовщина трагедии. Он боится, что в следующий четверг дом не будет заколочен! Интересно, что, по его мнению, случится, если дом останется открытым?

Пенни невольно вздрогнула. Откуда-то из глубины души поднимался первобытный ужас. Впрочем, она довольно быстро, взяла себя в руки. Та давняя трагедия, несомненно, повлияла на рассудок Илая. При чем же здесь она?

Громко хлопнула дверца машины. Они оба повернули головы на звук.

— Вот, видите, что я имел в виду, — проворчал Илай. — Женщина-инспектор снова явилась сюда… Будет докучать вам.

Джесс надеялась, что застанет Пенни Говер одну, но, заметив рядом с хозяйкой конюшни Илая Смита, она не очень огорчилась. Теперь она может показать им обоим увеличенную фотографию персонала паба «Твердая поступь».

Илай мрачно следил за ее приближением, а Пенни улыбнулась — радушно и вместе с тем настороженно:

— Здравствуйте, инспектор. Чем мы можем вам помочь?

Илай буркнул что-то неразборчивое, почти зарычал.

— Надеюсь, вы действительно мне поможете. Сейчас я покажу вам снимок — и вам тоже, мистер Смит, если у вас найдется время. — Джесс наградила его своей самой лучезарной улыбкой, но улыбка отскочила от его лица, как мячик.

Конь в загоне у них за спинами, видя, что у ворот собирается все больше народу, отошел подальше.

— Он думает, я приехала на урок верховой езды и ему сейчас придется поработать! — сказала Джесс, надеясь, что шутливое замечание немного разрядит обстановку.

Однако слова ее были встречены молчанием. Никто не засмеялся. Две пары глаз следили за ней с каменным выражением.

— С ним ничего не получится, — ответила Пенни. — Он… Выражаясь вашим языком, он в отставке. — Она снова улыбнулась, но улыбка вышла вымученной. — Правда, Соло пока ни о чем не догадывается…

— Он заболел?

— Слепнет.

— Извините. — Джесс стало неловко. Опять она сказала что-то невпопад! Ну да, конечно, именно этого коня она пыталась приласкать в свой прошлый приезд, но Феррис ее отговорил. Пора быстро переходить к делу, ради которого она сюда приехала.

Она достала фото и протянула Пенни. Та внимательно рассмотрела его.

— Вы здесь кого-нибудь узнаете? Может быть, человек, который находится на снимке, недавно побывал в ваших краях? Извините, что так мало объясняю. Снимок сделан для рекламного буклета, мы его немного увеличили.

Пенни покачала головой:

— К сожалению, я ничем не могу вам помочь. Никого из них не знаю. Наверное, они все служат в пабе, который находится недалеко отсюда? На двух девушках и молодом парне рубашки с логотипом, похоже, за ними барная стойка.

— Да… Но неужели вы их не узнаете? Паб называется «Твердая поступь». Он вам знаком?