Этюд для Фрейда - Чингиз Абдуллаев

– Я ничего не думаю. Я только спрашиваю. Дело в том, чтообувь пропала.

– Как это пропала? – не поверила Римма. – Комунужна ее обувь? Что вы такое говорите?

– И тем не менее она исчезла из коробки, в которой была. Выпомните эту пару?

– Конечно, помню. С такими характерными логотипами. Черногоцвета. Наверно она их куда-нибудь засунула.

– Вы смогли бы узнать эту пару, если бы увидели подобнуюобувь?

—Конечно. Но я не понимаю, почему вы спрашиваете? Как я могуувидеть эту обувь?

– Предположим, что увидите. Вы смогли бы ее узнать?

—Да, безусловно. Но где я смогу ее увидеть? Честное слово, яне понимаю, о чем вы говорите.

– Завтра утром, – предложил Дронго, – я заеду завами. Куда мне приехать?

– Можете приехать сюда. Только не совсем утром. У меня вдесять будут люди. Давайте договоримся на половину одиннадцатого.

– Договорились. Только одна просьба. Никому не рассказыватьо нашем разговоре. И утром я заеду за вами. Хорошо?

– Ладно, приезжайте.

– Я понимаю, как вам трудно, но постарайтесь ни с кем неразговаривать до завтрашего дня. Это очень важно.

– Понимаю. Только вы мне сразу скажите, кого выподозреваете?

– Пока я только хочу выяснить, в какой паре обуви быланезнакомка.

– Хорошо, – согласилась Римма, – я вам помогу. Ябуду вас ждать завтра в половине одиннадцатого. Хотя не совсем понимаю, зачем вамнужна подобная помощь.

– До свидания, – он поднялся со стула.

– Я открою вам дверь. – Она вышла вместе с ним вкоридор, и они прошли до дверей. Она открыла замок и выпустила его на улицу.Затем закрыла за ним дверь.

Он взглянул на здание. Его водитель терпеливо сидел вмашине, ожидая, когда он выйдет. Дронго уселся в автомобиль. Было уже поздно,но ему придется звонить полковнику Карелину в очередной раз. В конце концовименно полковник просил его помочь в расследовании. Он достал телефон.

– Добрый вечер, Николай Гаврилович.

– Кто это? – спросил Карелин. – Ах, да. Добрыйвечер.

– Вы можете разговаривать?

– Не совсем. Я как раз сейчас в гостях.

– Вы у них?

– Да. Я недавно приехал.

– Вы можете выйти в коридор, чтобы поговорить со мной.

– Постараюсь, – пробормотал Карелин, – я вамперезвоню.

Ждать пришлось долго. За это время они проехали большуючасть пути до дома. Наконец Карелин перезвонил.

– Ей плохо, – коротко сообщил он, – я имею в видуНаилю. Мы вызвали врачей. Ее отец тоже здесь. Говорите быстрее, что вам нужно.

– Насчет обуви Галия вам сказала?

– Сейчас не до этого, – раздраженно ответилполковник, – неужели вы ничего не понимаете? Я же вам говорю, что Наиля вочень тяжелом состоянии. Ей кажется, что она виновата в смерти своего супруга.

– Римма может узнать пропавшую пару, – торопливо сказалДронго, – мне нужно, чтобы завтра утром Боголюбов разрешил ей просмотретьпленку. Она может узнать эту обувь.

– При чем тут обувь? Сегодня наши сотрудники были в обоихмагазинах, где продают такую обувь. Вы не поверите, что по всему городу купленоболее двадцати пар этой обуви. И больше половины платили наличными. Вот такая унас страна, где не любят расплачиваться кредитными картами. Наверно, где-нибудьв Америке или Италии подобных случаев почти не бывает.

– В дорогих магазинах вообще не бывает, – согласилсяДронго, – я предвидел подобный результат.

– Ну да. Вы чаще, чем я, бываете в дорогих магазинах. Нашинувориши предпочитают платить наличными вместо карточек. Где мы теперь найдемвладельцев этой пары?

– Именно поэтому я вам позвонил. Найдите Боголюбова.Попросите его о помощи. Завтра мы можем туда приехать. Пусть он разрешитпоказать нам эти кадры. Дело в том, что Римма Тэльпус, подруга сестры Наили –искусствовед. Она неплохо разбирается в различных эксклюзивных марках. Конечно,она не специалист по обуви, но сможет определить, какая именно пара была наженщине.

– Что нам это дает?

– Мы будем знать, что круг подозреваемых тогда сузился донескольких человек, которые бывали в загородном доме Галии Сабировой. А еслинет, придется искать в другом месте.

– Приятная перспектива, – пробормотал Карелин, –ладно. Так и сделаем. Когда вы хотите завтра туда приехать?

—Часам к одиннадцати.

– Я попрошу Боголюбова, но ничего не могу обещать заранее.Как вам известно, следователь – фигура процессуально-самостоятельная.

– Но вы постарайтесь, – Дронго убрал телефон.