Кто поедет в Сингапур? - Вера Иванова

Однако это у нас не получилось. Едва мы вышли из зала, как нас окружили толпы фанатов, потребовавших наших автографов.

Делать было нечего – мы с Танюсиком вытащили из сумок ручки и в изумлении уставились друг на друга: наши «перья» оказались совершенно одинаковыми! У подруги оказалась точно такая же «стигма», как и у меня...

– Откуда? – хором воскликнули мы, глядя друг на друга.

А потом ответили – тоже хором:

– Смыш подарил!

Смыш?! Страшная мысль закралась мне в голову, и я спросила:

– Танюсик, а он, случайно, не говорил, что у тебя красивые глаза?

– Про глаза не говорил. Только про волосы...

– А неповторимой тебя не называл?

– Называл!

Несколько секунд мы с подругой оторопело смотрели друг на друга, а потом хором воскликнули:

– Так он что, с двумя сразу?!

Ну, Смыш! Ну, погоди! Сейчас тебе такое будет, такое!

Прорвавшись сквозь толпу «болельщиков», мы ринулись на поиски этого обманщика и предателя.

Он стоял в углу за колонной и играл в игры на айфоне. Увидев нас, Смыш расплылся в улыбке:

– Девчонки! Как хорошо, что вы нашлись!

Хорошо? Сейчас ты пожалеешь, что не убежал далеко-далеко!

Я открыла рот, размахнулась...

Но Миша, как всегда, меня опередил.

– Не хотел огорчать вас перед линейкой, – сказал он, отступая на шаг и прячась за колонной. – Но должен сообщить, что через полчаса уезжаю в аэропорт.

Мы с Танюсиком ринулись за ним, но Смыш увернулся, и мы обежали вокруг колонны два круга, прежде чем до нас дошло.

– В аэропорт? Зачем? – Остановившись, мы недоуменно уставились на него.

– Улетаю с семьей в Сингапур.

– Куда?!

– В Сингапур! Отца посылают в командировку, мы едем все вместе.

Злость вмиг прошла, нам стало грустно.

– И... надолго? – тихо спросила Танюсик.

– До каникул.

– А как же... круиз?

– Если получится, присоединюсь к вам прямо там.

Подошел Сеня. Грустно было видеть, как радость на его лице сменяется растерянностью. Мы еще немного постояли молча, а потом кинулись прощаться. Вряд ли когда-нибудь на Мишиных щеках оставалось столько губной помады, как в этот день! И что только подумает его мама?

Когда истекли последние минуты перед расставанием, Миша шмыгнул носом, поправил очки и сказал:

– Народ, знайте: что бы ни случилось, где бы мы ни оказались, я всегда буду верен нашему Братству!

– И я! – сказал Брыкала.

– И я, – всхлипнула Танюсик.

– И я, – подтвердила я.

И мы снова, как в самом начале наших приключений, соединили руки и воскликнули:

– Один за всех! И все за одного!