Однажды ясным летним утром - Джеймс Хедли Чейз

Чита незамеченной вернулась в спальню и улеглась на постели. Мысль о Зельде и брате вызывала у нее жгучую ненависть. Она прислушивалась к невнятному шепоту, доносящемуся из гостиной. Эти звуки терзали ее душу.

Насытившись, Рифф отвалился от Зельды.

– Тебе лучше вернуться в дом, – прошептал он, садясь. – Убери руки! Через час рассвет.

– Разве мы не убежим отсюда? – жалобно заскулила Зельда. – Я думала…

– Потише!

– Но почему бы нам не уйти? – прошептала она, натягивая брюки.

– Ты хочешь получить дырку в шкуре? – Рифф уже хотел, чтобы подружка поскорее ушла. – Этот итальянец – меткий стрелок…

– Но, дорогой, разве ты боишься этого толстяка? – непонимающе спросила Зельда.

– Я? Я никого не боюсь, поняла? Но у него револьвер… Тебе надо уходить, – Рифф махнул в сторону двери.

Еще никто не разговаривал с Зельдой подобным тоном, и это возбуждало ее.

– Ты меня любишь? – спросила она, делая попытку вновь обнять его.

– Разумеется, разумеется, – нетерпеливо произнес Рифф. – Уходи!

Схватив Зельду за руку, он потащил ее к двери и вытолкнул на улицу. Зельда обо что-то споткнулась и наклонилась… Что-то лежало у двери… Вцепившись в руку Риффа, она пронзительно закричала.

Чита с садистским удовлетворением прислушивалась к ее крикам.

Сняв номер в отеле «Камбрия» в Салинасе, Крамер позвонил в Парадиз-Сити, попросив соединить его с Филом Бейкером. Это был его постоянный партнер по гольфу, можно сказать, друг.

Крамер решил снять номер именно в отеле «Камбрия» где завтра должен был остановиться Вик Дермотт. Kpaмeр нервничал. То, что им интересовался Деннисон, было дурным признаком. Деннисон – последний человек в этом мире, с которым желал бы встретиться Крамер. Он уже начал подумывать о бегстве. Не забрать ли ему деньги у Дермотта и скрыться, пока не поздно? Сделаю-ка это завтра, когда Дермотт соберет полтора миллиона долларов, подумал Крамер. Но полной уверенности у него не было. Бросить Крейнов и Моэ и удрать? Или все же следовать плану? Он чувствовал, что необходимо позвонить Элен, прежде чем принять окончательное решение.

Бейкер подошел к телефону. Было чуть позже 5 вечера.

– Фил… Это Джим. Тут такое случилось. Ты можешь мне помочь, не задавая вопросов?

Бейкер спросил:

– Ты где? Я пропустил партию в гольф, так как ждал тебя.

– Прости, но мне срочно нужна твоя помощь, – нетерпеливо сказал Крамер, – и, пожалуйста, не задавай лишних вопросов.

– Что я должен сделать?

– Ты должен встретиться с Элен и сказать, чтобы она поехала в клуб и позвонила мне оттуда в 7 часов. Сможешь сделать это?

– Конечно. Но почему?..

– Я же сказал – никаких вопросов! Ты сделаешь это?

– Разумеется. Я должен съездить к твоей жене и попросить, чтобы она позвонила тебе в 7 часов. Правильно?

– Да, – Крамер продиктовал ему номер телефона отеля.

– Когда мы увидимся на следующей неделе, я объясню тебе все, Фил. О'кей?

– Да… Через полчаса я буду у твоей жены. – Бейкер помолчал, затем спросил: – Джим, у тебя неприятности?

– Ради Бога! Делай то, что я тебе говорю, Фил! Потом я все объясню. До встречи!

Крамер сел у окна и принялся ждать. Время тянулось очень медленно, но наконец раздался звонок.

– Привет, дорогая, – сказал он, разыгрывая хорошее настроение. – Как дела? Надеюсь, все в порядке?

Последовало долгое молчание, затем Элен заговорила. Крамер едва узнал ее голос.

– У меня? Как ты можешь спрашивать? Джим, что случилось? Фил приехал ко мне… Он смотрел на меня так, словно я совершила преступление.

Крамер вновь почувствовал боль под сердцем.

– Успокойся, Элен. Ты же знаешь, ФБР прослушивает нашу линию, поэтому я решился на этот телефонный трюк.

– Ты опять задумал что-то нехорошее, Джим!

– Послушай, Элен, нам нужно увидеться. Полицейские будут следить за тобой, но ты должна отделаться от них. Ты раньше это умела… Когда стряхнешь их с «хвоста», приезжай в Салинас в отель «Камбрия»… Возможно, нам предстоит долгое путешествие… На некоторое время мы должны исчезнуть…

Последовало долгое молчание. Крамер начал беситься.

– Элен!

– Я здесь. Итак, у тебя неприятности, – в голосе ее звучало отчаяние. – С твоими-то деньгами… Как можно быть таким… глупым…

– Не называй меня так! Ты ничего не знаешь! Солли забрал все наши деньги. Этот мерзавец умудрился проиграть все. У нас ничего нет. Я вновь нищий…

– Солли? Неужели Солли мог сделать такое?

– И все же сделал. Но я верну деньги. Послушай, Элен, приезжай сюда. Только избавься от «хвоста» и приезжай. Понимаешь?

Снова долгая пауза.

– Элен, ты слышишь меня?

– Да. Извини, Джим, я задумалась. У нас нет денег?

– Да, но они вскоре вновь будут. Я придумал план, как вернуть утраченное. Приезжай, и я тебе все объясню.

– Нет, Джим. Извини, но я не приеду… Я уже слишком стара для этого. Ты тоже слишком стар, чтобы заниматься прежними делами. Возвращайся домой. Будем работать. Я не хочу вздрагивать каждый раз, когда нас будут навещать офицеры ФБР. Может быть, пятнадцать лет назад это и было нормально, но не сейчас. Возвращайся домой, Джим. Вместе мы что-то придумаем.

– У нас нет никакого дома, – раздраженно сказал Крамер. – Неужели ты не можешь прислушаться к моему совету! Мы ограблены! Я делаю все возможное, чтобы вернуть деньги. Приезжай сюда.

– Я не приеду, – медленно сказала Элен. – Прошлое не вернуть. Я не приеду, Джим. Прощай. Но если ты изменишь свое решение и захочешь вернуться домой, знай – я буду ждать.

В трубке послышался щелчок. Крамер не верил своим ушам. После долгих лет совместной жизни жена отказалась от него. Элен! Посредственная певичка, которую он вытащил из третьеразрядного клуба, дал богатство, положение в обществе. Невозможно поверить в это!

Он медленно положил трубку и оглядел маленькую тесную комнатку. Пульсирующая боль в груди стала еще сильнее.

«Прощай, Джим!» – сказала она. Это был финал их совместной жизни.

Очень медленно Крамер поднялся. Сделав два неуверенных шага, он наклонился над чемоданом и взял оттуда бутылку виски. Налил большую порцию, не разбавляя водой.

Элен! Почему она так поступила? В доме ведь совершенно нет денег. Он почему-то подумал о норковой шубке, которую обещал ей… Что Элен будет делать без него? Немолодая женщина без определенных занятий…

Резкий телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Крамер поставил стакан на стол и снял трубку.