Пока был жив покойник - Ксения Любимова

– Это – да, – согласился следователь.

– Так, что у нас еще имеется? – детектив осторожно залез во внутренний карман пиджака Звягина. – А вот это интересно! – заметил он, доставая небольшой прозрачный пакетик.

– Что это?

– Попробуй догадайся!

– Неужели наркотики?

– Скорее всего. Сейчас посмотрю, нет ли у него еще чего-то подобного.

Эрик аккуратно пошарил по карманам погибшего и через пару минут развел руками. – Больше ничего… Нужно отдать пакетик на экспертизу. Распорядись, Алексей, пусть побыстрее сообщат результат.

– Хорошо, – кивнул Голубев и подозвал одного из полицейских.

Эрик в задумчивости уставился на погибшего. У него была своя теория относительно того, что произошло в эти последние дни и как с этим связан Звягин. Но он не мог не принимать во внимание некоторые вновь открывшиеся детали.

– Ну что, со Звягиным все понятно! – сказал подошедший Голубев. – Сейчас возьмем анализ крови и точно будем знать, в каком состоянии он сел за руль. Но мне уже теперь все ясно. Человек был в неадеквате, вот и не справился с управлением!

– Боюсь, все не так просто! – ответил Эрик, все еще пребывая в задумчивости.

– А что еще могло быть? То, что Звягин уехал из поселка в одно время с Проскуриной, – простое совпадение. Значит, мы получаем еще одно подтверждение того, что Ирина все-таки виновата. Ох, как не нравится мне все это! Уж лучше бы Звягин оказался причастен к этому делу!

– Не все получается так, как нам хочется! – наставительно произнес Эрик.

– А вы сами что думаете?

– То, что я думаю, оставлю пока при себе. Я не люблю раскрывать свои карты раньше времени.

– Но вы согласны, что, кроме Ирины Михайловны, больше некому было совершить это убийство?

– В целом – да, – ответил Эрик.

– Вот и я так думаю! – пригорюнился Голубев. – Ох, и достанется мне после завершения этого дела… Большие люди не любят, когда получается не так, как хотят они.

– Ты об этом сейчас не думай, ищи факты, а там видно будет.

– Вы закончили с осмотром?

– Да, все, что меня интересовало, я увидел. Можно ехать дальше.

Голубев махнул рукой старшему группы и жестом показал, что они уходят. Тот кивнул и что-то сказал своим подчиненным. Те быстро переместили тело в служебную машину и принялись за осмотр автомобиля Звягина.

– Поехали, у нас еще одно важное дело, – сказал Эрик, быстро возвращаясь к своей машине.

– Какое? – полюбопытствовал Голубев.

– Обед.

– Обед??? – следователь от изумления даже остановился. – Какой обед?

– Самый обычный. Или ты никогда не обедаешь?

– Очень редко, – пробормотал тот.

– Это плохо. Нужно внимательнее относиться к своему здоровью!

– Так когда мне соблюдать режим? Начальство постоянно дергает: то одно ему нужно, то другое! Весь день как веретено.

– Ты сам виноват. Нужно бросить все и выделить себе время на еду. Или через пару лет ты будешь загибаться от гастрита. Ну что? Соскучилась? – обратился он к Марише, тоскливо посматривающей в окно.

– Да, – проворчала она. – Разве это детективная работа? Сижу в машине, вместо того чтобы осматривать место происшествия!

– Ничего страшного. Представь себе, что ты сидела в засаде.

– С ума сойдешь от такого сидения.

– А что делать? Такова работа сыщика. Не все победы да лавры! Прежде чем они появятся, пройдут долгие трудные будни!

– Ладно, уговорили. Теперь куда?

– Обедать! – язвительно произнес Голубев.

– Хорошая идея, – согласилась Мариша. – Я уже проголодалась!

– Не знаю, как вам, Эрик, удается раскрывать преступления, если на поглощение пищи вы тратите очень много времени!

– Так дело не во времени, проведенном в бегах, мой друг! – наставительно произнес Эрик. – А в работе серых клеточек! Я увидел все, что хотел, и теперь буду обдумывать. А за едой серые клеточки работают очень плодотворно!

– Видимо, вы заразились этой ерундой от деда! – недовольно отозвался Голубев. – Конечно, вы птица свободная, можете позволить себе поразмышлять на досуге, а мне некогда заниматься ерундой. Мне работать надо!

– Работайте, мой друг, работайте! – усмехнулся Эрик. – Мы вам никак не помешаем.

– Тогда завезите меня в отделение.

– А может, все-таки с нами?

– Нет, – покачал головой следователь, – я уже перекусил булочками, до вечера хватит.

– Как хотите! – не стал спорить Эрик. – А мы с Маришей заедем в какой-нибудь симпатичный ресторанчик, закажем по салатику, отведаем мясца, а на десерт съедим по куску творожного торта! Ты как, Маришка, разделяешь мою идею? Или поедешь с Голубевым?

– Нет уж, увольте! – отозвался следователь. – Мариша – ваша протеже, я с ней возиться не собираюсь!

– И я не пойду с Алексеем Анатольевичем! – воскликнула девушка.

– А у вас, я смотрю, взаимная симпатия! – засмеялся Эрик.

– Не в этом дело, – принялся оправдываться Голубев. – Меня начальство убьет за привлечение к делу посторонних!

– А я хочу пообедать! – встряла Мариша.

– Я все понял! Значит, завозим Голубева на работу, а сами едем восстанавливать силы.

Голубев фыркнул, но ничего не сказал.

– В конце концов, мы за его здоровье не в ответе!

Эрик нажал на газ, и машина рванула вперед. Минут через десять они затормозили возле отделения полиции.

– Может, передумаешь? – спросил Эрик, когда Голубев открыл дверцу машины.

– Не могу! – ответил тот с тоской в глазах. – Привезите мне чего-нибудь вкусного… – он сделал паузу, – если не трудно, конечно.

– Ладно, уговорил. Иди работай!

– Куда поедем? – спросил Эрик у Мариши, когда Голубев вошел в здание.

– Не знаю, я и в городе-то была всего один раз.

– Я тоже не очень хорошо знаю местность. Может, махнем в тот ресторанчик, где встретились несколько дней назад?

– Поедем! Мне там понравилось!

Автомобиль снова послушно взметнул пыль, и Мариша блаженно закрыла глаза. Как хорошо! Она вместе с Эриком! На его шикарном авто! Хоть бы это никогда не кончалось!

– Приехали! – сказал Эрик через несколько минут, выключая двигатель, и Мариша разочарованно вздохнула.

Зал был практически пуст, если не считать группы подростков, суетливо поедающих пиццу. Эрик выбрал столик в углу зала, возле самого окна, и у Мариши закружилась голова, когда она взглянула вниз. Официантка, подошедшая за заказом, посмотрела на Эрика, и в ее глазах зажглась искорка интереса.