На стороне бога - Чингиз Абдуллаев

— Она вас узнала, Усманов. Но и вы ее тоже узнали. Это ведьименно вас она испугалась.

Рахман Усманов благодушно улыбнулся:

— Я знал, что рано или поздно вы все сведете к обвинениямпротив меня.

У вас сильные предубеждения против оппозиции, я вам уже обэтом говорил.

Напрасно вы произносите такую длинную речь. Я ни в чем невиноват. Я не убивал и не применял насилия к этой несчастной молодой женщине.

— А разве я сказал, что ее насиловали? — спросил Дронго.

— Не ловите меня на слове, — поморщился Усманов. — По-вашемувыходит, что я вылез в окно, забрался на веранду, сначала задушил одну женщину,потом вогнал нож в сердце другой и, наконец, застрелил несчастного Олега.Кстати, когда его убили, я разговаривал с вами. Вам не кажется, что вашипредположения построены на дикой фантазии? Любая экспертиза докажет, что я немогу вонзить в человека нож с такой силой или задушить своими руками здоровуюмолодую женщину.

— Верно, — кивнул Дронго, — я тоже об этом думал. Но вы несказали мне, что вы с севера Таджикистана. Достаточно было мне позвонить вгород, чтобы проверить через аэропорт, где вы проходили пограничный контроль.Вы ведь родом с севера?

— И поэтому вы думаете, что я убийца? — иронично спросилУсманов.

— А я не сказал, что вы убивали. Но «дьявол в деталях»,Рахман-ака.

Когда убитый Шарай свалился к вашим ногам, вы вдругзанервничали, закричали на Отари, интересуясь, где находится Мамука. В этотмомент вы испугались мести мужа убитой по вашему приказу женщины. Вы поверили,что он вдруг мог понять ваш план, и впервые испугались.

— Какой бред! — сказал Усманов. — Место моего рождения илимой крик — это не доказательства. Я испугался не его мести, а за него. Мне быловажно, где он находится, ведь я видел, как он страдал. Нельзя обвинять человекана основании ваших нелепых домыслов, господин эксперт. Это некрасиво.

— Некрасиво, — согласился Дронго, наблюдая за своимпротивником, — но у меня появилось доказательство, которое опрокидывает всюсистему вашей защиты. В разговоре со мной Олег все время говорил, что приехал квам в девяносто шестом.

Он без конца повторял эту дату, очевидно, подсказанную емувами.

— Правильно говорил. Так и было. Он приехал в девяностошестом.

— А в разговоре со мной он признался, что знает васшесть-семь лет.

Если учесть, что до его приезда вы не были знакомы, тополучается, что он мне врал. И я спросил себя — когда? В первом или во второмслучае?

— Какая мне разница, когда он приехал? При чем тут Олег?

— Вы были знакомы с ним много лет. С девяносто шестогопрошло три года, а не семь лет. Интересные расхождения, вы не находите?

— Я знал его брата, поэтому и его, — пожал плечами Усманов.— Хватит говорить на эту тему. Я думал, вы собрали нас, чтобы рассказать оконкретной версии, а вы пытаетесь поймать меня на неточностях. И вы забыли осамом важном — все участники гражданской войны уже давно амнистированы. Былаобщая амнистия для обеих сторон. Мы не отвечаем за прошлые преступления. Это выможете понять?

— Значит, вы скрыли конкретные преступления от властей.

— Ничего я не скрывал. И у вас ничего нет.

— Но у меня есть конкретное доказательство вашей вины, —добавил Дронго.

— Какое доказательство? — спросил, насторожившись,Рахман-ака.

— Одна маленькая деталь, на которую вы не обратили внимания.Убийце нужно было время, чтобы незаметно выбраться из дома, залезть на верандуи задушить женщину. И это время, и его алиби обеспечивали именно вы.

— Каким образом? — зло спросил Усманов. Все следили за ихдиалогом затаив дыхание.

— Вы вошли в бильярдную и словно случайно закрыли дверь.Обратите внимание, что после вашей игры двери никогда не закрывались. Послетого как вы вошли туда, ваш сообщник Олег Шарай бросился к окну, вылез из дома,забрался на веранду, а затем в комнату и задушил несчастную актрису. Потом онспустился вниз и снова залез в окно, чтобы попасть к вам в бильярдную. В этовремя вы имитировали игру в нарды: громко стучали игровыми шашками, бросаликости. Вы играли сами с собой, создавая алиби своему сообщнику. Или ассистенту,как однажды назвал его режиссер Погорельский, на что вы довольно нервноотреагировали.

— Какая чушь!.. — уже менее уверенно сказал Усманов.

— Когда я попытался пройти в комнату, дверь даже неоткрывалась, ведь вы заперли ее на замок. Но потом вы отомкнули замок икрикнули, что дверь открыта. Я вошел в бильярдную и увидел на брюках вашегонапарника небольшое пятно. Он сказал мне тогда, что пролил на себя воду. Теперья понимаю, что, вернувшись к вам, он вытер лицо и волосы носовым платком,который сунул в карман, а вода проступила сквозь брюки.

— Все это ваши домыслы! — отчеканил Рахман Усманов. — Он могвспотеть и вытереть пот. Он мог случайно пролить на себя воду. Пятно от воды наего брюках еще ничего не значит.

— Если учесть, что он лез на закрытую веранду, он не долженбыл намокнуть, но когда он вылезал из окна, его лицо и волосы намокли поддождем, — заметил Дронго, — тем более когда он лез в окно на второй этаж. Ондолжен был высунуть голову, потом подтянуться и прыгнуть в комнату. Кстати, этобыла ваша спальня, которую вы любезно уступили гостям и заранее открыли окно.

— Он подставил голову под дождь, — зло парировал Усманов, —я открыл окно. Что за фантазии? Хватит, я не хочу вас больше слушать. Вы неимеете права надо мной издеваться! У вас нет и не может быть никакихдоказательств.

— Кроме этого. — Дронго достал из кармана белую шашку.

— Что это? — дрогнувшим голосом спросил Усманов.

— Вы ведь играли со своим партнером, когда я туда вошел. Надоске у вас не было ничего, кроме костей и шашек. Откройте нарды и сосчитайтевсе шашки. У белых было четырнадцать камней. Четырнадцать, уважаемыйРахман-ака, а не пятнадцать, как положено в нардах. Дело в том, что я хорошоиграю в нарды. В этой игре не берут фигуры противника, как в шахматах илишашках. До конца игры все пятнадцать камней должны быть на игровом поле. Но вытак торопились, что, расставив шашки, даже не сосчитали их. Согласитесь, чтоневозможно начать игру без одного камня.

Обычно недостающую шашку или камень заменяют чем-нибудьдругим. Но когда я вошел в комнату и посмотрел на доску, там не было ни одногозаменителя.

Вы намеренно громко бросали игральные кости, предоставиввозможность своему напарнику вылезти в окно. Вы торопились создать ему алиби ипоспешили. Вы очень поспешили, Усманов. Мы нашли эту шашку под диваном.Согласитесь, что это и есть конкретное доказательство вашей вины. Или выиграете в нарды четырнадцатью камнями против пятнадцати вашего партнера?