Когда убивают футбол: игра по-русски - Марк Фурман

…В прихожей по паркетном полу раздалось цоканье женских каблучков. Корначев шагнул навстречу входившим, перед ним стояли две молодые женщины: великолепно сложенная светлая шатенка и чуть повыше ростом — стройная брюнетка.

— Милости просим, — Юрий Владимирович с интересом рассматривал нежданных гостей. В этот момент шатенка увидела привалившегося к стене Лебедянского и сильно побледнела.

— Как это понимать? — задала она глупый вопрос, растерянно глядя на следователя. — Нас сегодня пригласили, а он… — Улыбка гримасой застыла на ее лице, с ней незнакомка и вошла в квартиру.

«Пьяна, что — ли?» — мелькнула мысль у Корначева.

— Пройдемте, девочки, — он пригласил их в гостиную. — У меня к вам есть несколько вопросов.

… В течение последнего полугода после сказочной поездки в Сочи, где Элла познакомилась с профессором Лебедянским, жизнь начинающей журналистки, студентки журфака, резко изменилась. Благодаря щедрому спонсору, перед ней открылись сказочные возможности. Она сделала несколько эксклюзивных интервью со звездами эстрады, ведущими политиками страны, отметилась публикациями в известных журналах, после чего ее профессиональный рейтинг подскочил до весьма уважительной отметки. С ней поделился своими секретами знаменитый Кио и не менее известный Дроздов. Эллочка стала принимать участие в престижных столичных тусовках, и как-то раз даже Игорь Крутой поцеловал ей руку, ослепив на мгновение сексапильной улыбкой.

Последнее время она таскала за собой свою подружку, студентку из параллельной группы, Ирочку Рудину, жгучую брюнетку, буквально повергающую мужчин в шок. Эта сладкая парочка производила сильное впечатление в любом обществе — среди телевизионщиков, популярных спортсменов, актеров…

Эллочке с Лебедянским было интересно. Он возил свою красотку не только по ресторанам и ночным клубам, но и знакомил ее с коллегами по литературной жизни. Иногда они заезжали в Дом литераторов или Дом журналиста. Общение с известными поэтами и писателями приносило ей неизъяснимое удовольствие, особенно льстило ее женскому самолюбию, что все смотрели на нее с восхищением. А это означало, что она имеет над ними от природы данную ей власть, непобедимую ауру красивой женщины над мужской, пусть и меньшей, но все же половиной человечества.

Лев Романович от своих щедрот подарил Эллочке скромную «девяточку». И теперь она разъезжала по Москве, обретя не снившуюся ей ранее свободу, помноженную на скорость передвижения.

Конечно за ней, как женщиной редкой сексапильности и удивительного обаяния, ухаживали и сверстники. Будучи широкой натурой, можно сказать натурой королевской щедрости, она редко кому отказывала и вообще не считалась труднодоступной женщиной. Хотя предпочитала мужчин высоких, с хорошо развитой мускулатурой и обязательным наличием элементов интеллекта…

Однако, куда им всем было до Льва Романовича, щедрого, талантливого, с академическими познаниями, хоть он и годился ей в отцы! И пусть нередко его подводила пресловутая мужская потенция, эта деталь на фоне остальных достоинств стала просто несущественной мелочью. Ее золотые руки и высокая техника секса с честью выводили профессора из любого нелепого положения. И с ней, Эллой, он чувствовал себя всегда настоящим мужчиной.

Но не бывает в жизни все гладко, даже в такой, насыщенной удовольствиями жизни, которой жила юная журналистка. На факультете выделялась компания элитных студентов, детей, как правило, состоятельных новых русских, куда Элла незаметно для себя влилась благодаря ее обретенному статусу. Следуя моде, за умными речами и дискуссиями, баловались ребятки развлечениями, щекочущими нервы. Пару раз Эллу приглашали на загородную дачу ее сокурсника, сына состоятельного банкира Эрика, живущего на широкую ногу. В милой компании пили шампанское и дорогие коньяки, танцевали обнаженными, поскольку стесняться считалось дурным тоном. Там впервые она покурила травки, это неожиданно ей понравилось. Однажды в состоянии райского блаженства Элла оказалась в компании двух атлетически сложенных парней на широкой тахте полностью обнаженной и испытала минуты острого наслаждения. Тем более, что все было на уровне, без грубостей и неприятных эксцессов. Они заласкали свою партнершу до изнеможения. А когда действие наркотика закончилось и наступило отрезвление, Элла, ловко выскользнув из их объятий, поняла, что перешла некий недозволенный рубеж.

В этом избранном обществе она пару раз видела и отработанные шприцы, валявшиеся в ванной, но этого еще себе позволить не могла…

Вот и сейчас, направляясь в гости к своему любовнику, Элла для повышения эмоционального тонуса покурила за компанию с подругой травки, посему обе пребывали в хорошем настроении.

«Как там ни говори, — размышляла Элла, — а есть преимущества у марихуаны перед алкоголем. Курнул, садись за руль, и ни один гаишник ничего не заподозрит. От водителя спиртным не пахнет, значит, все о-кей! Зато мысли такие ясные и настроение — летать хочется! Если, конечно, не перебирать…».

— Ну, так и? — Юрий Владимирович, начав допрос, представился: — Старший следователь прокуратуры Корначев. Вы знакомы с убитым?

Элла сидела на диване, ее соблазнительные бедра были высоко открыты. Подол коротенького платьица не мог скрыть их притягательной прелести. Инна расположилась в кресле в такой же позе, нога на ногу.