Будет все, как ты захочешь! - Марина Серова

– А она подолгу гуляла, не замечали?

– Нет, недолго, ну, полчаса, может, чуть больше. А когда приходила, около своей двери стояла. Стоит, стоит… Странно так… А если идет кто-нибудь, просит ей дверь открыть…

– Ну, понятно. Скажите, Оксана, а вы с Юлей дружите?

– Да как нам дружить? Мы, администраторы, видим друг друга, только когда смену сдаем по утрам. Общаемся час-полтора. Вот и вся наша дружба. А с Юлей трудно дружить, даже если бы была такая возможность.

– Почему? Хорошая, по-моему, девушка.

Оксана замялась.

– Оксаночка, а можно нам с вами чайку попить? У меня на этот случай коробочка конфет припасена, – сказала я.

Девушка улыбнулась:

– Я сейчас в баре кофе сделаю, будете?

Разве я могла отказаться от кофе? Тем более я хорошо знала, как Оксана делает его, уже пробовала. Девушка ушла в бар, а я принесла из номера коробку конфет и положила ей на ресепшн. Через несколько минут она принесла из бара кофе, потом стул, поставила его около себя, и мы сели сплетничать дальше.

– Так почему же вы с Юлей не дружите? – снова спросила я. – Мне показалось, что она хорошая девушка.

– Хорошая-то она хорошая, только знаете… как бы это сказать? Сама себе на уме. Умная слишком. Институт вот заканчивает, так кичится этим! Если бы у нее своя квартира была, с ней бы вообще невозможно было разговаривать. – Оксана взяла из коробки конфету, запила ее глотком кофе.

В это время в дверь вошли двое элегантно одетых мужчин, поздоровались с нами и пошли к себе наверх, на второй этаж.

– Предприниматели из Самары, – сказала Оксана уважительно, проводив мужчин взглядом. – Так о чем я говорила?

– О Юле, что если бы у нее была квартира…

– Ах да. Юля очень гордая. И занудливая чересчур.

– Да что вы говорите? – удивилась я. – А так не похоже…

– Ну да! Не похоже… – обиженно надула губки Оксана. – Я один раз месячный отчет сдавала, ну там подсчитала, сколько за месяц израсходовано гигиенических средств и «химии» для уборки. Сдала, бухгалтер приняла, все вроде нормально. Так Юлька все пересчитала, нашла у меня ошибки и написала докладную бухгалтеру, что сведения, данные мной, неправильные. Кусочков мыла израсходовали на две штуки больше, разовых пакетиков с шампунем на три больше… Ну это как, а? Да этих средств десятки за месяц расходуются. Плюс-минус три штуки роли не играют. Но Юлька дотошная, язва. Все за нами перепроверяет, выслужиться хочет, показывает, какая она точная и бдительная. Честно говоря, я ее недолюбливаю. Она здесь, в Тарасове, комнату у бабки снимает, как-то нам говорила, что ее мечта – жить в своей отдельной квартире. И я, говорит, этого добьюсь, любой ценой! Вот так.

– Да, – согласилась я, – Юля – девушка не простая. А что же, молодой человек у нее есть?

– Я вас умоляю! Кто с ней будет встречаться?! На нее ж без слез не взглянешь! Правда, она говорит, что хочет встретить такого мужчину, которого интересует не ее внешность, а ее ум. Ну, пусть поищет такого, а я посмеюсь! Что-то за двадцать семь лет не нашла. Я вообще удивилась, когда Анастасия Гавриловна (это наша управляющая) Юльку администратором поставила. С ее-то внешностью! Она здесь полгода горничной работала, с ведром и шваброй по номерам бегала, унитазы драила… и гляди ж ты – в люди выбилась!

Да, Оксана не любит Юлю, подумала я.

В это время еще какие-то люди зашли в гостиницу, мы все поздоровались друг с другом. Эти тоже пошли наверх. Из второго номера вышла девушка, подошла к кулеру, налила горячей воды в чашку и опять скрылась у себя.

– Оксана, скажите, а вот Соня, как она вам?

– Соня? Да ничего, нормальная. Исполнительная, аккуратная… Да я не знаю, что про нее говорить. Ей уже лет двадцать восемь или даже больше. Она старше Юльки, я это точно знаю. А до сих пор не замужем. С мамой живет. Теперь вот пропала…

– А Юля с Соней дружила?

– Я вас умоляю! – снова сказала Оксана, беря очередную конфету из коробки. – Юля ни с кем не дружит. Так, поддерживает отношения…

– И с Катей?

– Ни с кем. С ней невозможно дружить, я же говорила: заноза она. Девчонок знаете как третирует? Я имею в виду горничных. Пойдет проверять, как номера убрали, потом выговаривает: «В номере втором пыль на светильнике (а светильник под потолком!), в номере четвертом зеркало плохо протерто, в номере пятом пыль за батареей…» Особенно Катька от нее страдала, даже увольняться хотела. И вообще, по-моему, она Катьку недолюбливала.

– Почему? – удивилась я, прихлебывая кофе.

– Не знаю, может, завидовала? Катя красивая… была… И у нее такой жених! Был… С квартирой, машиной, деньгами… А на Юльку никто не смотрел при всем ее уме и образовании.

– А Катя с Соней дружили?

– Да, они как-то сразу сошлись. Я слышала, Соня подсказывала Кате, где особо тщательно убирать надо, ну как бы шефство над ней взяла. Обедали всегда вместе. У нас от завтраков остается каша, салаты, пироги… Мы все это едим в обед. А назавтра все свежее покупаем для гостей.

– Оксана, подумайте еще раз: как могло получиться, что Катя зашла в номер Дениса в то время, когда он был там?

– Да я правда не знаю… Я вам говорила тогда и сейчас повторю: нельзя горничным входить в номера, пока гость не уйдет. И к Денису этому… как его… Долгову… Я сама удивляюсь, зачем она пошла? Он ведь только что заехал. Номер был чистым…

– Не могла! Но ведь зашла!

– Ума не приложу…

Мы поговорили с Оксаной еще некоторое время так, обо всем и ни о чем. Потом я пожелала ей спокойной ночи и пошла к себе.