Крутые профи - Евгений Сухов

Вроде бы никаких проколов. Со стороны все выглядело весьма правдоподобно. Еще через несколько минут на носилках вынесли человека, накрытого по самые глаза окровавленной простыней.

– Кажись, Шевцов! – предположил кто-то из толпы.

– Он самый, я его по ботинкам узнал.

– Грохнули-таки! Бедняга…

– А злодеев так и не нашли?

– Их, наверное, в доме повязали.

Из здания потянулись спецназовцы. Шли не торопясь, утомленно, как люди, которые выполнили тяжелую, но очень важную работу. Автоматы с привычной небрежностью смотрели стволами в землю. Один из них, невысокий, но плечистый, подошел к толпе и устало попросил потесниться. Народ отступал неохотно: кто же откажется поглазеть бесплатный триллер с лихоза-крученным сюжетом! Подошли еще двое, строго, как и подобает в таких случаях, потребовали потесниться.

Спецназовцы скорым шагом вывели из дома двоих задержанных: руки у преступников завязаны за спиной, на головах черные мешки. Не задерживаясь, привычно затолкали их в подъехавший микроавтобус, проворно залезли сами. Громко вжикнула, закрываясь, дверь, и машина, шуганув столпившихся людей сиреной, выехала на дорогу.

Еще через несколько минут подъехала телевизионная группа. Журналистов не нужно особенно поторапливать, они появляются быстрее, чем «Скорая помощь». Оператор и журналист, совсем еще молодые ребята, по-хозяйски осмотрели место происшествия, а потом репортер, безошибочно определив в Иване Федосееве главного, буднично сообщил:

– Мы из «Криминальной хроники». Нам тут позвонили. Сказали заснять этот материал. Не каждый день киллеры нападают на особняк генерального директора.

– Это уж точно, – вздохнул Иван, старательно показывая сопереживание.

Репортер умело выбрал нужную позицию, а оператор встал именно таким образом, чтобы в кадр угодил Федосеев и фасад дома, мастерски отрезав набежавшую толпу. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что вместе они составляли слаженный понимающий тандем.

– Вы не могли бы рассказать нам, что произошло?

Парень мгновенно потерял прежнее обаяние, превратившись в один из неодушевленных винтиков телевидения, и Федосеев вдруг почувствовал, что между ними образовалась дистанция.

На видеокамере зажглась красная лампа, которая вдруг стала чрезвычайно раздражать Федосеева. Майор заметил за собой некоторую особенность: стоило ему только угодить в объектив камеры, как он тотчас терял привычную легкость, превращаясь в косноязычного малого. Начина-ла невольно преследовать мысль, что он должен нести ответственность за всякое произнесенное слово. По ту сторону экрана виделись тысячи глаз, перед которыми нужно было держать ответ.

– Могу сказать только в самых общих чертах. На генерального директора «Трансибгаза» Шевцова Семена Валентиновича произошло нападение. Предположительно, преступников было четверо.

– Господин Шевцов ранен?

– Да, он ранен.

– Насколько серьезно?

– Господин Шевцов находится в критическом состоянии. У него два пулевых ранения.

И, будто бы подтверждая его слова, пугая собравшихся сиреной, от дома отъехал реанимобиль.

– А нападавшие?

– Среди нападавших имеется трое раненых. Больше я вам не могу ничего сказать.

– Последний вопрос, если можно. А как вы думаете, каков был мотив покушения?

Красная лампочка продолжала гореть. В этот самый момент оператор крутанул объектив, приблизив его лицо на максимальное расстояние. Федосеев запоздало подумал о том, что не брит и сейчас двухдневная щетина густой порослью выступает на подбородке. Притронувшись ладонью к щеке, он потер ее пальцами. Интересно, в кадре будет слышно шуршание щетины?

– Думаю, что это были гастролеры. Баналь-ное ограбление…