Его ночная гостья - Марина Серова

– Ты о чем? – насторожился Андрей.

– Понимаешь, Седов никогда не говорил мне, зачем именно ему нужно, чтобы я следила за тобой и Аллой. А последний раз признался: он думал, что вы были заодно с его племянником и боялся, что, даже несмотря на его смерть, не отступитесь от задуманного.

– Но все было не так, – покачал головой Андрей. – Нам не нужен был старик. И даже после смерти Кости… Да, рыбка сорвалась с крючка, но осталась вторая! Вот тогда-то мы с Аллой и решили найти Шершня. А дальше… Дальше ты все знаешь…

– Значит, Костя и Шершень хотели обокрасть Седова?.. – задумчиво произнесла я.

– Да, они хотели украсть у старика бриллианты.

– Бриллианты… – протянула я.

В голове у меня как будто что-то щелкнуло.

Бриллианты! Вот что искали этой ночью воры в квартире покойного Дмитрия Валерьевича! А возможно, среди них был и Шершень???

– Кто еще знал про то, что Седов хранил дома драгоценности? – схватилась я за Андрея.

– Ты имеешь в виду, кто мог убить старика и умыкнуть камушки? – переспросил Болотов.

– Именно!

– Без понятия, – пожал плечами Андрей. – Детей у старика не было. Когда мы с Аллой занимались этим делом, я наводил справки. Из близких у Седова был только старший брат. Но он давно умер, осталось двое детей, родных племянников Дмитрия Седова – Костя и Максим.

– Ага, Максим, – кивнула я. Доводилось мне слышать про такого. «Жаль, лично не знакома…» – подумала я, но вслух ничего не сказала. Андрею совсем необязательно было знать все подробности моего чудесного освобождения из-под стражи.

Я похлопала себя по бокам, вытащила из кармана жилетки сигареты, прикурила, дружески протянула пачку Андрею.

– А с чего ты взяла, что это я убил Седова? – спросил Болотов, прикуривая от зажигалки и выдыхая колечками сигаретный дым.

– Все просто! Седова застрелили из моего пистолета. Единственным, кто мог выкрасть у меня оружие, был ты.

– Но это могло произойти когда угодно и где угодно!

– Последний раз я держала в руках свой «макаров» во время перестрелки с тем типом на «Ауди», которого мы принимали за Шершня, – вслух начала рассуждать я.

– Ну…

– Потом мы поехали в твой загородный дом. Так?

– Так, – морщил лоб и старательно припоминал Андрей.

– А потом… – я запнулась.

– Потом… – повторил за мной Болотов.

– Потом я поехала в город и… – я покусала губы и договорила: – И меня на выезде из поселка остановил мент!

– Ну…

– Он привязался ко мне просто так, просил предъявить документы, открыть багажник… Я еще подумала, что дорожный сторож просто хочет поживиться на халяву. А что, если на самом деле он… Он и украл у меня пистолет! – хлопнула я в ладоши.

– Думаешь? – переспросил Андрей.

– Точно тебе говорю! Завтра же найду этого прохвоста и разберусь с ним! – уже начала строить я кровожадные планы. – Возможно, он-то и приведет меня к настоящему убийце… Но это завтра, – вздохнула я. – А сейчас – пошли спать.

В глазах Андрея читалось явное удивление. «Он ждал, что я его выгоню. Откажусь на него работать», – как-то сразу поняла я. И снова заскребли на душе кошки, и снова, как и прежде, мне стало жаль мужчину.

– Идем-идем, – поторопила я его. – Утро вечера мудренее! Скоро и так начнет светать, а мы еще и не ложились. Безумно устала!

Я поднялась первая, еле волоча ноги, поплелась к своей двери. Следом встал с бетонных ступенек и Андрей. Мы вошли в темную квартиру, на цыпочках прокрались в мою комнату.

– Оставайся здесь, я усну в кухне, – произнесла я, вытащила из шкафа подушку, прихватила плед.

Но прежде чем я ушла в кухню, Андрей ухватил меня за руку.

– Женя…

Я обернулась и недоуменно на него уставилась.

– Женя, ты прости меня, – попросил он. – У тебя из-за меня одни только неприятности.

– Перестань, – отмахнулась я.

– Нет, ведь это правда! Надо было с самого начала тебе рассказать всю правду. А я все чего-то боялся, не решался. Куда уж хуже – я подозревал тебя в сговоре с Седовым! Прости меня за это! Прости дурака! Но у меня словно ум отшибло, как только я услышал от твоей тети, что тебя арестовали за убийство Дмитрия Седова. А потом еще тетя Мила предположила, что он твой клиент. Вот я и сорвался – накинулся на тебя. Прости…

– Считай, что мы квиты! – невесело усмехнулась я. – Я ведь не осталась в долгу и тоже подозревала тебя в убийстве Дмитрия Валерьевича. Сцепились с тобой, чуть не поубивали друг друга!

– И не говори…

– Считай, что забыли. Мир!

– Ты могла бы прямо сейчас выгнать меня, а ты… – не унимался в своих терзаниях Болотов.

– Я не могла бы так сделать.

– А может, и стоило! – вдруг совершенно осознанно сказал Болотов. – Мало того что ты каждый день рискуешь из-за меня, так теперь тебя еще и обвиняют в убийстве Седова.

– Я уверена, что следствие выйдет на настоящего преступника.

Я хотела уйти, но Болотов по-прежнему не отпускал меня.

– Да… И все же… Если бы я знал, что все так обернется, то… То не стал бы тебя впутывать во все это.

– Я сама впуталась! Еще до того, как ты предложил мне стать твоим телохранителем, – напомнила я, освободила свою руку, пожелала Андрею спокойной ночи и вышла из комнаты.

Только сейчас я сообразила, как безумно устала за последние несколько суток! Шаркая ногами, я доплелась до кухни, кинула на диван подушку, шлепнулась следом сама. Сил хватило только на то, чтобы скинуть туфли и натянуть теплый плед. Где-то около меня тут же что-то засопело и завертелось, потом на пружинистый диван шмякнулся лохматый комок шерсти, ткнулся мне в лицо мокрым носом.

– Мотька… – сонно пробормотала я, сгребла пса в охапку и тут же уснула.

* * *

Я проснулась, когда на часах было ровно десять. Вроде самое время для начала работы, но, сидя на диване и отчаянно тряся головой, я понимала, что чувствую себя как разбитое корыто. Бессонные ночи, мытарства по кутузкам и выяснение отношений до самого рассвета еще никому не шли на пользу. И все же… Мне предстояло решить массу проблем! И чем раньше, тем лучше. Собственно говоря, одна из этих проблем вертелась у меня под ногами, пока я варила кофе и наскоро готовила завтрак, – песик, которого я из жалости забрала домой, прыгал и тявкал, настырно требуя внимания от новой хозяйки. Я опустила взгляд на пол, где мельтешила болонка, она тут же замерла на месте и яростно замела лохматым хвостиком.

– Эх… – разозлилась я, отбросила в сторону нож, которым резала тосты, схватила собаку под мышку и потащила на выгул.