Пружина для мышеловки - Александра Маринина

Андрей увидел рядом с ней тележку, доверху набитуюпродуктами.

– Бери соки, конечно, я донесу.

– Не надорвешься?– она бросила насмешливый взгляд наего тележку, которая тоже была далеко не пуста.

– Нормально. Я, конечно, хотел предложить тебе приготовитьмне ужин, но теперь не рискую, уж очень ты деловая.

– Я не деловая, я практичная и целеустремленная. И сегоднявполне могу приготовить тебе ужин.

– А готовить ты умеешь?

– И даже очень неплохо. Только давай договоримся заранее:если ты хочешь, чтобы я еще и завтрак тебе приготовила, то предупреждай ужесейчас, я возьму с собой мюсли и кефир, ничего другого я по утрам не ем.

Нет, от этой девчонки можно с ума сойти!

Юля вертела в руках прозрачный пакетик с сушеным миндалем и,прищурившись, пыталась прочесть мелкие буквы на этикетке. Внезапно она поднялана Андрея серьезные глаза, которые показались ему в этот момент оченькрасивыми. Надо же, они два часа просидели за одним столом во время обеда, а они не заметил, какие красивые у нее глаза, зеленоватые, в рыжую крапинку,большие, с длинными густыми ресницами.

– Я кажусь тебе циничной и излишне прямолинейной?

– Да что ты…

– Просто я ценю свое и чужое время и не люблю тратить его навсякие ненужные глупости. Да – да, нет – нет, и никаких обид.

– Тогда пошли,– Андрей решительно взялся за ручкусвоей тележки.

– Куда?

– За мюсли и кефиром. Я положу их в свою корзину, чтобы тыих случайно дома не оставила.

Юля пожала плечами, потом скорчила ему рожицу и рассмеялась.

* * *

Звонок Майи Витальевны Истоминой был для меня полнойнеожиданностью.

– Игорь Владимирович, я могу вас попросить зайти ко мне?

– Прямо сейчас? Что-то случилось?– заволновалсяя.– Через десять минут буду.

– Нет, завтра в восемь вечера. Пожалуйста, я вас оченьпрошу.

Так, начинается. У нее ничего не случилось, а завтра ввосемь вечера к ней придут какие-нибудь гости, которым она хочетпродемонстрировать диковинку: интеллигентного участкового милиционера сграмотной речью и папой-знаменитостью. Великосветский прием, блин, снепременным участием клоунов и дрессированных медведей. Как бы отказать ейповежливее? И ссориться с писательницей не хочется, ведь она согласиласьбесплатно выступать в нашем стариковском клубе и даже обещала пригласитькаких-то знаменитых в прошлом журналистов, которым тоже есть что порассказать.

– А что будет завтра в восемь вечера?– осторожнопоинтересовался я, пытаясь выиграть время, чтобы наметить стратегию отказа.

– Придет один человек…

Ну вот точно, так я и знал.

–… которого я не знаю,– продолжала Истомина,– имне не хотелось бы оставаться с ним один на один.

А зачем, интересно, она соглашалась на его визит, еслибоится? Вот ведь какие существа эти женщины, сперва делают, а потом думают.

– Что за человек? Откуда он взялся?

– Он позвонил и сказал, что хотел бы поговорить со мной омоих ранних стихах, которые я писала, когда еще в Литинституте училась. Вернее,его интересует одно конкретное стихотворение. Я сначала подумала, что этокакой-нибудь молодой литературовед, которого я не знаю, или студент-филолог,который пишет диплом, и договорилась с ним о встрече. Но потом мне сталокак-то… тревожно, что ли. И я подумала, что будет лучше, если рядом посидитработник милиции.

Ого, из меня уже сделали пугалку-страшилку. Впрочем, побольшому счету Истомина, конечно, права, лучше перестраховаться, чем статьжертвой квартирного налетчика. В конце концов, участковые существуют в первуюочередь для предупреждения преступлений, хотя мое начальство, разумеется,считает иначе. Начальство тоже можно понять, с него ведь за раскрытиепреступлений спрашивают, вот они все силы на это и бросают, а предупрежденные,то есть несовершённые преступления – как их учитывать, как посчитать? Вотчетность они не идут.

– Правильно, Майя Витальевна. Завтра в восемь я буду у вас.

Удивительное дело с этими женщинами, особеннописательницами! Ну как это можно – дать свой адрес совершенно незнакомомучеловеку, которого ты даже не видишь, только по телефону с ним разговариваешь,и разрешить прийти! В голове не укладывается. Как работник милиции я прекраснознаю, что великое множество людей именно так и поступают, а потом страшноудивляются, что их обокрали или иным каким способом обнесли, делают большиеглаза, рвут на себе волосы и обижаются на нас же, милиционеров, что мыпреступников распустили, что они в полной безопасности ходят по городу ибезнаказанно нарушают покой граждан. Хорошо еще, что мы с Истоминой успелипознакомиться и у нее хватило ума позвонить мне и попросить поприсутствоватьпри встрече с прекрасным незнакомцем. А ну как не были бы мы знакомы? Кому быона позвонила? Да и пришло бы ей в голову вспомнить про существование на этом светеучасткового милиционера с табельным оружием в кобуре? Ой, вряд ли. Ведь раньшеона, надо полагать, никому не звонила и никого для страховки не приглашала, иподтверждение тому – ее переговоры с неким затерявшимся в испанских дебряхКлюевым, представителем лопнувшего издательства. Спасибо тебе, дорогой сеньорКлюев, за то, что ты был, ибо без тебя писательница Истомина не прониклась быко мне теплыми чувствами, не запомнила бы как следует и не попросила бы менязавтра зайти. Хоть книжка, за которую ты добросовестно заплатил денежки, и невышла, но все-таки польза от тебя есть. Одного только разговора о клубе было бынаверняка недостаточно, а так благодаря моим испанским книжно-магазиннымприключениям мы с Истоминой стали почти приятелями, во всяком случае теперь онаобо мне уж точно не забудет. Это еще большое счастье, что Майя Витальевна притаких-то легкомысленных привычках до сих пор жива, здорова и не ограблена. Этоей просто сильно повезло в жизни.

На другой день я радостно обнаружил, что у меня лежит запросиз разрешительной службы о проверке условий для хранения огнестрельного оружияу гражданина, проживающего аккурат в одном доме с Истоминой. Гражданин этотпродлевал разрешение на охотничье ружье, и в мои обязанности как участковоговходит проверить, есть ли у него специальный шкаф, запирающийся на замок. Сгражданином охотником мы договорились о том, что я зайду к нему в половиневосьмого. Без четверти восемь я, вполне удовлетворенный результатами проверки иналичием железного запирающегося шкафа для оружия, покинул увешанноеохотничьими трофеями жилище и направился к Истоминой.

– Спасибо, что пришли,– приветливо улыбнулась МайяВитальевна.– Вы извините, что я вас побеспокоила. Знаете, нам придетсянемножко подождать, этот человек только что звонил и сказал, что опаздывает,стоит в пробке на Бульварном кольце. Это ничего?