Трое в лифте, не считая собаки - Наталья Александрова

– Нет, – Ирина невольно отстранилась, – мызаказали кофе… а вы, простите, ничего не перепутали?

– Обижаете! – Мужчина нахмурился. – У нас небывает накладок! Вот же, журнальчик этот… все путем, как в карточке написано! Иотзыв ваша подруга правильно озвучила! Давайте познакомимся. Я лично –Константин…

– Еще и Константин, – вполголоса пробормоталаИрина, – мало нам Жанкиного Костика…

Она выразительно посмотрела на Катю, но та сделала вид,будто что-то ищет под столом, чтобы не встречаться с подругой взглядом.

– Все-таки я сомневаюсь. – Ирина пнула Катю под столомногой и перешла на шипящий шепот: – Давай откажемся, пока не поздно! Это явноне то, что нам нужно! Ты ведь говорила, что первая встреча бесплатная?

– Я извиняюсь. – Неандерталец продолжал улыбаться, ноего улыбка все больше становилась похожей на угрожающий звериный оскал. –Первая встреча реально бесплатная только в том случае, если вы нанимаете меняна работу. А если не нанимаете, то она оплачивается по двойному тарифу, вкачестве компенсации. А залог, который внесли при подписании контракта, невозвращается, если вы не оплачиваете полный курс…

– Катька! – в ужасе воскликнула Ирина. – Ты что,действительно внесла какой-то залог?

– Да… – Подруга подняла на нее виноватый взгляд. – Мнесказали, что его вернут…

– Его обязательно вернут, если вы наймете меня на полныйкурс по коммерческому тарифу…

– И большой залог? – сухо осведомилась Ирина.

– Пятьсот долларов… – призналась Катя и громкозасопела. – Мне Валик оставил денег, и еще я панно продала…

– Какое панно? – растерялась Ирина. – Ты же впоследнее время не работаешь совсем…

– Из старых запасов, – ответила Катя, отводя глаза.

– Катька, тебя убить мало, – сокрушенным тономпроговорила Ирина и надолго замолчала.

– Девочки, да что вы расстраиваетесь? – снова оживился«мужчина мечты». – Если мы договоримся и я начну работать – вам вернутзалог!

– Честно говоря, – Ирина смерила его неодобрительнымвзглядом, – я сильно сомневаюсь, что вы подходите для той работы, котораямне нужна. Я представляла себе несколько другого человека…

– Это почему же? – Мужчина побагровел. – Кто менянанимал, конкретно, до сих пор не жаловался. Конкретно, ни разу! Я, по жизни,все могу! Мне, дамочка, такие слова даже обидно от вас слышать. Это, типа,совсем не по делу. Вы меня еще, реально, не видели, а уже такую пургу гоните! Еслибы вы не были, типа, женщиной, так пришлось бы ответить за базар!

– Ирка, – Катерина всхлипнула, – а может, он иправда справится? С виду он такой… представительный!

– Что есть, то есть, – Ирина тяжело вздохнула, –представительности у него не отнимешь! Только вот поможет ли в нашем случае егопредставительность? Вряд ли мой муж поверит…

– Не, девочки, вы мне конкретно скажите, – сноваоживился мужчина, – типа, чего делать-то надо?

– Надо, чтобы от нее отвязался муж… – торопливо заговорилаКатя, – в смысле, бывший муж. Он сам от нее уехал, а теперь вдругвозвращается и предъявляет права… конкретно! – добавила она, чтобысобеседнику стало понятнее.

– Во козел! – Мужчина привстал и угрожающе скрипнулзубами. – Я ему, типа, конкретно растолкую! Типа, что упало, то пропало, инечего на чужие пироги пасть разевать!

– Это не совсем то… – робко вставила Катерина, – мывообще-то хотели, чтобы муж поверил, что место занято… то есть что у Иры кто-тоесть и ему незачем суетиться…

– Чего непонятного? Не дурак! Я ему в момент это растолкую!У меня все понятливыми становятся! – Он выложил на стол пудовые кулаки.Кулаки действительно выглядели очень убедительно.

– Ну, Ирочка, – Катя повернулась к подруге, – ну,может быть, попробуем? Может быть, что-нибудь получится?

– А что нам остается? – Ирина тяжело вздохнула. –Нам сделали предложение, от которого невозможно отказаться.

– Ну вот и отлично! – Неандерталец довольно потерруки. – Не волнуйтесь, все будет реально! А сейчас все-таки выпьем зазнакомство! За счет фирмы! – И он снова широко улыбнулся.

Катя нажала на кнопку звонка, и из-за двери донесласьзаливистая птичья трель.

– Что она, птицу какую-то завела? – Катерина удивленноповернулась к подруге. – На Жанночку это совсем не похоже!

– Какую птицу! – Ирина рассмеялась. – У нее любаяптица на второй день сдохнет от отсутствия ухода и внимания! Это у нее звоноктакой!

– А! А что же она тогда не открывает?

Катя еще раз позвонила. На этот раз дверь почти сразу открылась.На пороге стояла Жанна с огромной стопкой газет в руках. Чтобы газеты нерассыпались, Жанна придерживала их подбородком, поэтому говорила нескольконевнятно, растягивая слова:

– При-ивет… вы пока иди-ите на кухню, сварите себе ко-офе…

– А ты что делаешь? – удивленно спросилаКатерина. – Наводишь в доме порядок?

– Ка-кой порядок… – недовольно проговорила Жанна и, посвоему обыкновению, попыталась энергично взмахнуть рукой. При этом все газеты,естественно, рассыпались по полу. Жанна опустилась на четвереньки, недовольнопроворчав: – Я вам сказала – идите на кухню! Говорят тут, понимаешь, под руку…

Катя с Ириной прошмыгнули мимо нее: раздражать Жанну, когдаона в таком возбужденном состоянии, опасно для жизни. Ирина достала джезву изанялась приготовлением кофе. Катя открыла холодильник и грустно проговорила:

– Ну что это такое… холодильник, как всегда, совершеннопустой… разве так можно жить?

– Катька, прекрати, – беззлобно бросила через плечоИрина, – ты слишком однообразна!

– А если я не могу пить пустой кофе? – проворчалаКатерина. – Ну не принимает у меня организм… тем более что пьем мы егокаждые пять минут! У меня от него скоро глаза на лоб полезут!

– Ну не пей. – Ирина пожала плечами.

– Ага, вы, значит, будете пить, а я на вас должна смотреть ивыделять обильную слюну?

Ирина хотела ответить, что ей самой этот кофе ужеосточертел, но в это мгновение на кухню ворвалась Жанна. Она была, по выражению«солнца русской поэзии», вся как Божия гроза. Глаза сверкали, щеки пылалилихорадочным румянцем. В руке Жанна, как флаг, сжимала газетный лист.

– Вот оно! Я нашла!

– Что ты нашла, Жанночка? – Ирина заботливо подставилаподруге стул и протянула чашку кофе, проговорив при этом вполголоса: – Прямо незнаю, давать ли тебе кофе. По-моему, ты и так слишком возбуждена…

– Ничего я не возбуждена! – Жанна одним глотком осушилачашку, расстелила на столе газету и с победным видом ткнула в нее пальцем: