Очаг страха - Марина Серова

«Надо бы погуглить переносную лабораторию в интернете, — подумала я, — чтобы вот сразу взять и проверить наличие следов биологического происхождения, к примеру, или состав какого-то вещества. Чем черт не шутит, а вдруг найду? Бывают же всякие портативные штуки».

Я представила себя со стороны: дама, нацепившая медицинские перчатки, ковыряется в каком-то мусоре, который разложен на кухонном столе. Ну разве не причина обходить ее стороной?

Внутри салфетки была использованная жевательная резинка. Без намека на отпечатки зубов.

Следующими на осмотр «пришли» наручные часы. Стильные, на вид достаточно дорогие, механические. Такие могли принадлежать и женщине, и мужчине. Большой белый циферблат, изящно изогнутые черные цифры, тонкие стрелки, которые отсчитывали секунды и минуты. На циферблате выведена надпись темно-красными буквами: «Bustle». Да не может быть! Даже если это подделка, то искусная. Перевернув часы, я увидела, что на задней крышке отсутствовали какие-либо надписи, но я обнаружила там нечто другое. И вот тут-то я, как говорят в народе, присела.

Часы этой марки считались одними из самых дорогих в мире. Они украшали запястья богатейших и влиятельнейших людей нашей планеты. И люди по сей день украшают себя часами этой марки — это зависит от того, кто именно ими обладает. Фирма-изготовитель существовала уже лет двести, но процветать стала совсем недавно, в шестидесятые годы прошлого века, а до этого часики с надписью «Bustle» мог купить любой, и именно потому, что никакой ценности с точки зрения уникальности бренда они тогда еще не представляли. «Bustle» — это танцевальный атрибут североамериканских индейцев в виде кругового веера, который крепится в поясничной области сзади на ремне. Поэтому на задней крышке часов никогда не было ни одной буквы, но имелся другой опознавательный знак — выгравированное изображение птичьего перышка.

Оно присутствовало на всех часах этой марки, и это тоже делало часы, скажем, непопулярными в среде покупателей. Люди в подобных случаях уважают буквы и цифры, но не рисунки. Но однажды мир облетела история, что часами «с перышком» пользуются члены королевской семьи одного весьма уважаемого европейского государства. Оказалось, что история этого увлечения очень интересная. Этакое родовое предание, в котором все так весело и удивительно, как бывает только в сказке.

Как-то один из представителей этой монаршей семьи ушел от нечего делать в кругосветку. Дело было в середине прошлого века. Скучающий монарх оказался в Соединенных Штатах Америки, а точнее, в одном из малюсеньких городков. Скучая, забрел в магазин часов и увидел за прилавком девушку, в которую влюбился, позабыв обо всем на свете. Недолго думая приказал ей стать его женой. У девушки был отец, который производил и продавал эти самые часики «Bustle». Те самые, с пером на крышке. Изображением пера владелец магазина отдавал дань своим индейским предкам, которые в давние времена цепляли на себя перья во время ритуальных танцев.

Что же девушка? Приказано — сделано, и богатый мужик возвращается домой с женой и кучей часов, которые дарит всем своим родственникам. Вот так вот он отблагодарил тестя за то, что тот разрешил дочери сбежать с любимым. Разумеется, дела у тестя сразу же пошли в гору, теперь уже не он изготавливал продукт, а на него стали работать приглашенные зятем специалисты. К тому же часы работали отменно, практически не требовали ремонта, выглядели очень стильно, не боялись воды, не сгорали в огне — а дальше поработали папарацци. Пара снимков в прессе, и о часах, которыми пользуются королевские особы, узнал весь мир.

На этом сказку можно было бы закончить, снять по мотивам фильм, но у истории и без участия киношников было продолжение. Как водится, дорогущие часы стали подделывать, но цена их от этого не падала, а росла — и все из-за тончайшей детали, птичьего пера, — в точности повторить эту гравировку удавалось мало какому умельцу.

Со временем изображение пера превратилось в логотип компании. Появились часы «Bustle» и в нашей стране. И приобрести их могли далеко не все граждане, а только те, кто имел доступ к валютным магазинам или регулярно выезжал за границу, что было редкостью в советские времена. Но и там, за рубежом, часы надо было суметь достать. В стране даже в наше время насчитывалось всего несколько десятков часов этой марки. Большая часть осела в закромах у коллекционеров. И цена таких часов была равна стоимости яхты.

Одни из таких часов я и держала в руках.

К слову, в личном пользовании у меня были очень изящные наручные часы иной фирмы, в которые был встроен диктофон. Правда, эту красоту я еще не опробовала — берегла на тот случай, если мой нынешний диктофончик, встроенный в обычный мобильник, сломается. Но пока что он работал прекрасно, записывал без шумов, а включался прикосновением пальца к специальной кнопочке на корпусе телефона. К тому же функционировал даже тогда, когда телефон был разряжен.

Была и еще одна причина тому, почему я не пользовалась волшебными наручными часами. Они никак не вписывались в тот образ, который я обычно предпочитала. Ну, не подходят они к кроссовкам, футболкам и джинсам. А когда я облачалась в ту одежду, с которой они смотрелись бы к месту, они были мне просто не нужны.

Надежно спрятав улики, я снова выбралась на веранду, закурила и попробовала собрать вместе то, что узнала за эти дни. А узнала я не так уж и мало. И нашла кое-что, и это, кажется, прольет свет на то, куда делся Сергей. Обязательно завтра навещу майора, есть у меня к нему вопросы, пара предложений, и даже просьба есть. Не факт, что выполнит, но, скорее всего, пойдет навстречу. Потому что я поняла, кто хотел смыть с «Волги» следы недавнего путешествия. И даже знала причину, которая натолкнула человека на этот шаг.

И если мои догадки верны, то я назову имя того, кто напал на Зою Константиновну.