Банды Нью-Йорка - Герберт Осбери

Убийство полковника О'Брайена

Затем полковника бросили, и весь долгий душный июльский вечер он лежал на мостовой без сознания. Никто не осмелился спасти его или хотя бы принести ему воды. После захода солнца появилась еще одна озверевшая толпа, которая продолжила истязание О'Брайена, которого в конце концов оттащили на его собственный двор. Там им занялась банда гарпий из Пяти Точек, которые, изуродовав его ножами, принялись бить полковника камнями по голове, пока тот не умер.

Свирепая атака сил под руководством инспектора Карпентера и полковника О'Брайена отвлекла внимание мятежников от «Юнион стим уоркс», но, когда полицейские и солдаты ушли, толпа вновь собралась и после короткого боя с немногочисленной охраной захватила завод. Но мятежники не только не принялись за раздачу оружия, но даже не взломали хранилище. Они оставили на заводе около 500 головорезов, очевидно намереваясь использовать его в качестве своего штаба и центра деятельности мятежников Ист-Сайда. Когда известия о захвате завода дошли до штаба, на Вторую авеню были направлены 200 полицейских под руководством инспектора Джорджа Дилкса, и в ходе ожесточенного сражения здание было освобождено. Множество мятежников было загнано на крышу и убито там; цеха, кабинеты и площадь перед зданием были завалены мертвыми и умирающими. Живший неподалеку врач рассказывал, что в течение часа ему пришлось осмотреть двадцать одно ранение в голову, все оказались смертельными.

В жестокой битве, предшествовавшей освобождению «Юнион стим уоркс», мятежников возглавляли однорукий великан с огромной дубиной, которой он молотил весьма эффективно, и молодой человек в грязном комбинезоне, яростно сражавшийся ножом и дубинкой. Великана застрелили, а молодой человек получил такой мощный удар по голове, что рухнул на ограду, одно из звеньев которой вошло ему в горло под подбородком. Когда полисмен снял тело с ограды, оказалось, что у юноши аристократические черты лица, ухоженные руки и чистая, белая кожа. Явно это был не привыкший к физическому труду человек. «Хотя он и был одет как рабочий, в грязные комбинезон и рубашку, под ними обнаружились тонкие кашемировые панталоны, красивый, богатый жилет и тонкая нижняя рубашка», – писал историк того времени. Личность этого человека так и не была установлена, потому что после ухода полиции его тело, вместе с остальными, унесли мятежники. Считается, что его увезли в Пять Точек на телеге и похоронили в одном из домов Парадайз-сквер.

Все оружие и боеприпасы, остававшиеся в «Юнион стим уоркс», погрузили в фургоны и отправили в штаб полиции под усиленной охраной. Вскоре после освобождения завода к полиции присоединилось и армейское подразделение, и эти совместные силы провели рейд по району, рассеяв несколько многочисленных толп. На Двадцать первой улице отряд попал под обстрел из окон и с крыш, и полиция отступила, а солдаты перешли в контратаку и утихомирили стрелков в несколько метких залпов. Одного мятежника, стрелявшего из-за угла дома, солдат убил, прострелив этот угол насквозь.

В числе полицейских сил, находившихся под командованием инспектора Дилкса, были все резервы 18-го полицейского участка, и, пока они сражались на Первой и Второй авеню, другая банда напала на здание участка на востоке Двадцать второй улицы. В это время там находились сержант Берден и еще три человека; они достойно сопротивлялись в течение получаса, но не смогли удержать здание, и его сожгли.

Между тем капитан Джордж Уоллинг, которого мы уже отмечали в связи с его атаками на банду «медового месяца» и головорезов прибрежных районов, со своим отрядом из 20-го участка, был весьма занят. Рано утром они вошли на Питт-стрит, где толпа окружила небольшую группу солдат; но не успели полицейские подойти ближе, как солдаты рассеяли толпу огнем. Затем капитан Уоллинг разогнал несколько больших толп на Бауэри, а через час получил приказ выступить на помощь солдатам, подвергшимся нападению обезоружившей их банды мятежников перед отелем Аллертона на Одиннадцатой авеню между Сороковой и Сорок первой улицами. Разбив толпу и отобрав обратно большую часть солдатских мушкетов, Уоллинг отправился через весь город на угол Пятой авеню и Сорок седьмой улицы, где мятежники ворвались в дома доктора Уорда и его соседей и занимались грабежом.

Бой за «Юнион стим уоркс»

В конце концов после многочасовых боев отряд прибыл в полицейский участок на Тридцать пятой улице и присоединился к силам, которые собирались на штурм баррикад на Девятой авеню.

Что касается полиции, то к трем часам она уже была готова выступить, но прошло еще почти два часа, прежде чем подошли войска регулярной армии под командованием капитана Вессона. За это время мятежники укрепили свои позиции и сожгли дом Ферри на западе Сорок второй улицы за то, что этот владелец кабака отказался выдать им свои запасы спиртного. В шесть часов объединенные силы армии и полиции выступили на Девятую авеню, где за баррикадами собрались тысячи мятежников, вооруженных огнестрельным оружием, кирпичами и булыжниками. Капитаны Слотт и Уоллинг вели большой полицейский авангард, но толпа встретила их таким огнем из своих укреплений, что полиции пришлось отступить. Тогда солдаты выстроились в стрелковую цепь и дали по толпе несколько мушкетных залпов, убив от 20 до 30 человек. Полицейские опять бросились вперед и разломали топорами и дубинками первый ряд баррикад; сзади них стояли солдаты и постоянным огнем прикрывали их от контратаки. Потом таким же образом были разобраны и остальные укрепления, и в течение двух часов толпа была разогнана, а укрепления – расчищены, и Девятая авеню снова оказалась под контролем полиции.

Штурм баррикад на Девятой авеню

Пока шло это сражение, другая многочисленная толпа напала на дом Дж.С. Гиббонса, двоюродного брата Гораса Грили, по Ламартин-Плейс, 19. Мятежники уже ворвались в дом, когда с тыла на них напали полицейские, прибывшие из Бродвейского отделения, и резерв 32-го участка под командованием капитана Джеймса Богарта. Полчаса шел жаркий бой, посреди которого появились солдаты и дали мощный залп по сражающимся, перебив поровну мятежников и полицейских. Мародерствующие в доме Гиббонса женщины доставили полицейским больше хлопот, чем мужчины. Они не только яростнее сражались, но и крепко вцеплялись во все, до чего могли дотянуться. Их не удавалось выдворить из дома, пока полицейские не применили дубинки.