Ремейк кошмара - Антон Леонтьев

— Потому что солнышки все такие. Полны энергии, которая время от времени вырывается с их поверхности и уносится в космос. И тем, кто находится на пути этого солнечного ветра, не позавидуешь…

Смочив тампон в перекиси водорода, Юлия положила его на рану и выждала пару минут, пока в него с шипением втягивалась кровь. Потом, смазав йодом лоб мужа, она наклеила поверх раны пластырь.

— Все, солнышко? — голосом мученика произнес супруг, а Юлия, усевшись рядом с ним и нежно прильнув, ответила:

— Все. Можешь глаза открыть. Только вот как ты сюда попал?

Муж, разлепив сначала один глаз, а потом другой, заметил:

— Я тебе ведь сто раз звонил, но ты не отвечала. Поэтому решил приехать сюда, хотя ты и хотела остаться одна. А ключи у меня завалялись с… с… — Он запнулся и добавил: — С тех пор, как я помогал твоему отцу с похоронами твоей мамы…

Да, он был прав. А что делала тогда она? Юлия поняла, что не помнит. Опять провал в памяти…

Юлия осмотрелась в поисках мобильного и поняла, что оставила его лежать на кухне. Потом поднялась наверх, закрутилась с документами, уснула — и, разумеется, пропустила все звонки мужа.

— Извини, — сказала она и прижалась к мужу. — А я когда твои шаги услышала, то решила, что это пришел Велик…

Она прикусила язык, так как на полном серьезе хотела сказать, что вообразила — дверь откроется и в кабинет ворвется, вращая клешнями и щупальцами (или что там ему полагалось иметь) монструозный Великий Белк.

— Кто-кто? — переспросил явно озадаченный муж, а Юлия быстро добавила:

— Ну, велик… То есть тачка… Я хотела сказать, что на каком-то транспортном средстве заявился незваный гость…

— Я гость хоть и незваный, но другого выхода для себя не видел, солнышко. И приехал, конечно, не на велике, хотя идея неплохая. Отчего бы нам на пару не проехаться на велосипедах по какому-нибудь интересному маршруту?

Юлия едва сдержала вздох радости — муж ничего не понял! И вдруг почувствовала себя мерзко-премерзко. Получается, что она врет собственному мужу, причем врет, скрывая свои фантастические идеи.

То есть ведет себя как типичная сумасшедшая.

— Нет, никакой ты не непрошеный, — ответила Юлия, и в этот момент муж ее поцеловал. Секс, который последовал за этим, прямо на софе в кабинете покойного отца, был коротким, страстным и незабываемым. Когда все было закончено, Юлия, приводя себя в порядок, сказала:

— Не сердись на меня, Рома. Я знаю, что я бываю странной. Причем в последнее время все чаще и чаще. Но даю тебе слово, что не буду создавать тебе проблем…

Поцеловав ее в плечо, все еще голый муж ответил:

— Солнышко, я на тебя не сержусь. Просто я очень о тебе беспокоюсь. Потому что я не хочу потерять тебя… Очень не хочу…

Снова последовали минуты, полные страсти, однако Юлия вдруг поняла, что темнота за окном рассеивается.

— Скажи, который час? — спросила она мужа в самый неподходящий момент.

Роман, нагнувшись, выудил из кармана мобильный и ответил:

— Почти четверть седьмого утра.

Юлия охнула и поинтересовалась:

— Неужели уже воскресенье?

— Солнышко, да, уже воскресенье. Представь, как я себя чувствовал, когда весь вчерашний вечер и всю ночь не мог до тебя дозвониться. Я хотел ночью же и ехать, но мне Вероника Ильинична не разрешила. Сказала, что еще одной трагедии в семье ей не нужно.

Все желание как рукой сняло. Извинившись перед Романом, Юлия прошла быстро в ванную, оставив обескураженного супруга лежать голым на софе.

Значит, она проспала не меньше двенадцати, а то и всех пятнадцати часов. И сама этого не заметила. Юлия подумала, что, похоже, начинает терять чувство времени. Говорить об этом Роману она не решилась, зачем тревожить мужа.

А потом, ворвавшись в кабинет, крикнула:

— Я мерзкая, мерзкая, мерзкая дочь! Сегодня же папе сорок дней, надо съездить на кладбище…

Роман, застегивая рубашку, произнес:

— Съездим, но не сегодня. Потому что сегодня будут поминки. Вероника Ильинична все организовала еще вчера. Сегодня в три избранные гости соберутся у нас в пентхаусе. Думаю, это намного лучше, чем заказывать ресторан, тем более уже и времени на это элементарно не было.

— Но я не хочу ничего отмечать! — заявила Юлия. — Понимаешь, папа был против подобных вещей…

— Солнышко, так надо. Тем более я не настаиваю на церковной составляющей. Кстати, Вероника этим тоже займется, у нее отличные контакты с настоятелем одного из столичных приходов. Они сегодня на службе помянут, или как это все называется, а также раздадут сладости и деньги в церкви…

— А контактов среди кардиналов римско-католической церкви у нее нет? — съязвила Юлия. — На следующий конклав она особого приглашения еще не получила?

Лицо мужа дернулась, и Юлия поняла, что он наверняка думает, что «это опять началось»!

— Солнышко, конечно, это твои родители и тебе решать, как лучше отмечать все эти религиозные вехи. Не хочешь — не надо. Я сейчас позвоню Веронике Ильиничне и велю ей все отменить. Думаю, фирме по организации сабантуев, которую она уже подключила, придется выплатить какую-то часть гонорара, но это совершенно второстепенно. Нет так нет… Но приглашенные не поймут, Вероника их всех обзвонила. Ничего, обзвонит и скажет, что все отменяется, потому что… Потому что тебе нездоровится. Они должны понять.

Говоря это, он вынул мобильный и даже стал что-то на нем набирать, а Юлия быстро произнесла:

— Нет, пусть все останется как есть. Сорок дней так сорок дней… Тем более вы всех обзвонили…

— Не мы, а Вероника Ильинична, солнышко. Она же тебя любит как родную дочь. И я дал ей «добро» на эту акцию, потому что считал и, извини, считаю, что это единственно верное решение. Потому что у твоих родителей было много друзей…

И по крайней мере, один враг — тот самый, который отправил их на тот свет.

Великий Белк.

Юлия шумно вздохнула, не зная, что сказать, а муж, подойдя к ней, произнес:

— Тебе все же надо помириться с Вероникой. Конечно, она приставучая и властная, однако на нее можно положиться. Да и нашу семью она любит больше, чем свою собственную.

— Еще бы, за такую зарплату я бы тоже любила! — вырвалось у Юлии, а муж, строго посмотрев на нее, ответил:

— Солнышко, если она уйдет, то найти ей адекватную замену будет нелегко. Поэтому я приехал суда, чтобы забрать тебя и отвезти в Москву… — Помолчав, он добавил: — И убедиться в том, что все в порядке…

Юлия поправила ему пластырь на лбу и заявила:

— Надо заехать по пути в аптеку и купить бесцветную эмульсию, чтобы скрыть ссадину. А то все будут интересоваться, что с тобой случилось…