Четверо Благочестивых. Золотой жук - Эдгар Аллан По

«Сегодня зал суда снова был переполнен публикой, собравшейся для того, чтобы выслушать показания комиссара столичной полиции и сэра Френсиса Кэтлинга, знаменитого хирурга. Прежде чем заседание началось, коронер объявил, что получает огромное количество писем от самых разных людей со всевозможными версиями (среди которых встречаются и совершенно фантастические) относительно причин смерти сэра Филиппа Рамона.

– Полицейские власти просили меня передавать им все письма, – сказал коронер, – и заверили, что не оставят без внимания даже самые на первый взгляд невероятные.

Первым вызванным свидетелем был комиссар столичной полиции. Пересказав во всех подробностях события, предшествовавшие обнаружению тела покойного министра, он описал его кабинет. Большие книжные шкафы занимали две стены комнаты, третья, юго-западная, стена была прорезана тремя окнами, четвертая же была отведена под географические карты, подвешенные на подвижных роликах.

– Окна были закрыты?

– Да.

– И надежно защищены?

– Да, деревянными складными ставнями, обшитыми стальными пластинами.

– Не было ли на них каких-либо следов взлома?

– Никаких.

– Вы провели обыск в комнате?

– Да, самый тщательный.

Старшина присяжных:

– Обыск был проведен сразу?

– Да, как только убрали тело, из комнаты вынесли всю мебель, сняли ковры и обшивку со стен и потолка.

– И ничего не было найдено?

– Ничего.

– В комнате есть камин?

– Да.

– Есть ли вероятность того, что кто-либо мог проникнуть в помещение через него?

– Это исключено.

– Вы читали газеты?

– Да, некоторые.

– Вам не попадалось предположение, что покойный мог быть отравлен ядовитым газом?

– Попадалось.

– Это возможно?

– Не думаю.

Старшина присяжных:

– Вы не обнаружили никаких приспособлений, через которые в кабинет мог бы попасть такой газ?

Свидетель (неуверенно):

– Нет, разве что старая неработающая газовая труба над его письменным столом.

(Волнение в зале).

– Были ли какие-либо признаки присутствия подобного газа?

– Совершенно никаких.

– Ни запаха?

– Абсолютно никаких.

– Но существуют ядовитые газы, не имеющие запаха… Углекислый газ к примеру?

– Да, существуют.

Старшина присяжных:

– Вы проверили воздух в кабинете, не было ли газа?

– Нет, но я вошел в комнату до того, как газ успел бы рассеяться. Я бы его почувствовал.

– В комнате был заметен беспорядок?

– Кроме как на письменном столе, нигде беспорядка не было.

– Вы осмотрели те предметы, которые находились на столе?

– Да.

– Не могли подробно описать, как выглядел стол?

– Все тяжелые предметы, которые обычно ставят на стол (серебряные подсвечники, например), остались на своих местах. На полу лежали кое-какие бумаги, чернильница, ручка и (тут свидетель достал из кармана бумажник и извлек из него небольшой сухой черный предмет) еще разбитая ваза и высыпавшиеся из нее розы.

– В руках у трупа ничего не было?

– Было. Я нашел вот это.

Сыщик показал судьям высохший, сморщенный цветок розы, и весь переполненный зал застыл от ужаса.

– Это роза?

– Да.

Коронер полистал письменный отчет начальника полиции.

– А на самой руке вы не обнаружили ничего особенного?

– Да, там, где к ней прикасался цветок, было черное пятнышко.

(Сильное волнение в зале).

– Вы можете объяснить, что это за пятно?

– Нет.

Старшина присяжных:

– Что вы предприняли, когда это обнаружили?

– Приказал аккуратно поднять цветы и чистой промокательной бумагой собрать как можно больше разлитой воды. Все это отослали в главное управление на экспертизу.

– Что установила экспертиза, вам известно?

– Насколько мне известно, они не нашли ничего.

– А лепестки той розы, которую вы оставили у себя, были проверены?

– Да.

После этого комиссар подробно описал действия полиции в тот день. Было невозможно, категорически заявил он, чтобы кто-нибудь сумел войти в дом номер сорок четыре на Даунинг-стрит или выйти из него незамеченным. Сразу после убийства всем дежурившим полицейским была дана команда усилить бдительность. Большинство дежуривших, сказал свидетель, простояли на своих постах двадцать шесть часов без перерыва.

После этого было сделано самое громкое открытие за все время разбирательства. Произошло это совершенно неожиданно, с подачи коронера, который постоянно заглядывал в лежащий перед ним подписанный лично комиссаром письменный отчет.

– Вам знаком человек по имени Тери?

– Да.

– Он был одним из банды, которая называет себя «Четверо благочестивых»?

– Думаю, да.

– За его арест было назначено вознаграждение?

– Да.

– Его подозревали в причастности к подготовке убийства сэра Филиппа Рамона?

– Да.

– Его нашли?

– Да.

Когда прозвучал сей односложный ответ, по залу прокатился изумленный ропот.

– Когда его нашли?

– Сегодня утром.

– Где?

– На Ромнийских болотах.

– Он был мертв?

– Да.

(Громкий шум и движение в зале).