Любовник для Курочки Рябы - Дарья Калинина

Мы не возражали. Но, для того чтобы сдвинуть лодку с места, нужно было еще вытащить ее из камней, среди которых она застряла. Тут уж нам всем троим пришлось попотеть и промокнуть. Но в конце концов мы буквально на руках вытянули лодку на воду, вставили весла в уключины и поплыли, держа курс на огни на Кьянти.

Сперва все шло хорошо. Мариша бодро гребла и явно не чувствовала прохладного ветра, который заставлял нас с Юлькой ежиться и тесней прижиматься друг к другу. Одеты мы были более чем легкомысленно. В короткие шорты и маечки, которые никак не подходили для ночевки в открытом море.

— Ногам как холодно! — пожаловалась Юлька. — Никак не согреются.

— Холодно и мокро, — согласилась я. — Странно, что они никак не высохнут.

Сказав это, я наклонилась и потрогала свою лодыжку. При этом моя рука погрузилась в холодную морскую воду.

— Мамочки! — взвизгнула я. — У нас в лодке полно воды.

В днище течь!

Юлька тоже принялась щупать Дно лодки.

— Точно, полно воды! Мариша, поворачивай обратно! Мы не сумеем добраться до Кьянти.

— Куда обратно? — закричала в ответ Мариша. — Ничего же не видно. А мы отплыли уже довольно далеко.

Острова, на котором мы провели сегодняшний вечер, и в самом деле не было уже видно. Мариша была права, поворачивать было некуда.

— Дуры несчастные! — кричала Мариша. — Не могли немного поосторожней с лодкой обращаться? Наверняка, когда тащили ее с камней, проделали в днище дыру. Вычерпывайте теперь воду!

— Чем? — простонала Юлька.

— Чем хотите! — рявкнула Мариша. — Хоть трусами.

Трусами мы воду, конечно, черпать не стали. Хотя бы потому, что в этот жаркий день надели совсем крохотные трусики, которыми и блюдце с водой не вычерпаешь. Поэтому мы стянули с себя майки и стали черпать майками. Какое-то время казалось, что мы одержали победу над стихией, но потом вода в лодке снова стала прибывать. Мариша гребла изо всех сил, так что уключины трещали, но огни на ближайшем острове, нам уже было все равно, что это за остров, все еще оставались слишком далекими.

— Кто-нибудь из вас, кричите! — задыхающимся голосом сказала Мариша.

— Спасите!

— Помогите!

— Караул!

Мариша застонала.

— Вы же по-русски орете! — рявкнула она. — Кто вас тут поймет? Кричите что-нибудь интернациональное.

— SOS! — завопила я.

— Help! — вторила мне Юлька.

Так мы провели еще примерно четверть часа. Вода в лодке, несмотря на наши героические усилия по вычерпыванию, все прибывала. И мы бы, наверное, утонули, потому что на наши крики о помощи никто не реагировал; но Марише пришла в голову гениальная мысль.

— Нужно заткнуть дыру! — сказала она. — Заткнуть дыру в днище, а потом уже вычерпывать воду!

Совет нам с Юлькой показался просто верхом мудрости.

— А чем заткнуть? — спросила я.

— Заткни своей майкой, — посоветовала Мариша.

Я послушно свернула майку в плотный комок, решив, что хотя это и моя любимая майка и вообще идет мне бесподобно, но, в конце концов, жизнь дороже. Кому будет нужна моя майка, если я сама буду лежать на дне морском? Поэтому, скомкав майку, я принялась запихивать ее в дыру. Но если кто-то пробовал заткнуть дыру в днище лодки, когда снаружи напирает морская вода, тот знает, как это трудно. Моя майка упорно не желала останавливать воду, цепляясь за края дыры.

— Что ты там возишься? — злилась Юлька, которой теперь одной приходилось вычерпывать воду, да еще я мешала ей, возясь возле течи, так и этак пристраивая свою майку. — Давай я!

Она тоже свернула в комок свою майку, видимо, решив, что ее майка по каким-то причинам лучше. А я отправилась вычерпывать воду теперь уже шортами и злиться на Юльку, которой тоже не удавалось заткнуть течь. Тем более что выяснилось: у нас вовсе не одна течь, как я думала сначала, а сразу несколько.

— По-моему, пора молиться, — сказала я.

Мариша пыхтела на веслах и ничего не ответила. А мы с Юлькой прочитали Отче наш, Богородицу, и на этом наши познания по части молитв подошли к концу. Я еще знала благодарственную молитву, которую полагалось читать после принятия пищи. Но в данный момент мне она показалась не совсем подходящей. И все-таки я ее прочитала, в душе ужасаясь, что Господь сочтет, будто я издеваюсь, и нашлет на нас еще какие-нибудь кары. Но, с другой стороны, куда уж хуже?

Потом мы все хором смиренно сообщили небесам, что если им угодно, то мы готовы умереть, но в таком случае Артем так и сгниет в тюрьме, а настоящий убийца Ксюты не будет привлечен к суду, потому что пуговица с платья Ксюты, пуговица с видеокамерой, сгинет вместе с нами в пучине морской. Сознаюсь, это было немного похоже на шантаж. Вдруг Мариша, которая не переставала грести, неожиданно бросила весла и прислушалась.

— Вы слышите? — спросила она у нас.

Мы прислушались, но ничего не услышали.

— Да перестаньте вы черпать воду! — рассердилась Мариша. — Хотя бы на секунду.

Мы перестали и действительно услышали где-то поблизости гул мотора.

— Люди! Ура! — завопили мы. — Спасите! Тонем!

Орали мы хором очень громко. Можно сказать, из последних сил. Чего их было экономить? Если нас не услышат, то силы нам уже ни к чему. Воды в лодке набралось уже столько, что мы в любую минуту могли пойти на дно. К тому же появившаяся у нас надежда, что с нашей кончиной еще можно повременить, придавала нам дополнительный заряд бодрости.

— Спасите! — орали мы на всех известных нам языках мира.

И судьба сжалилась над нами. Гул мотора стал глуше, но как будто бы ближе. И вдобавок мы увидели свет фонаря, который скользил по воде, явно не просто так, а с целью найти источник шума. И именно в тот момент, когда его луч упал на нас, наша лодка решила пойти ко дну.

— Бульк! — сказала она. — Бульк! Бульк!

А мы втроем оказались в воде и начали азартно в ней плескаться. Оказывается, купаться в море у бережка это совсем не то же самое, когда под тобой многометровая толща воды. Руки и ноги просто сводило от ужаса, что мы сейчас утонем. Особенно обидно тонуть, зная, что спасение так близко. Но неожиданно возле нас появился белый борт катера, и я почувствовала, как по голове меня что-то стукнуло.

— Эй! — рассердилась я и подняла голову.

— Держи круг, ненормальная! — крикнул мне какой-то тип с палубы. — Вы же тонете!

Скажите на милость, как будто бы мы этого и без него не знали!

— Сейчас я спущу вам трап, — крикнул тот же голос.

Пока он там возился с трапом, мы подплыли к спасательному кругу, который и оказался той вещью, которая треснула меня по башке, и вцепились в него. Еще через несколько минут с борта катера спустилась веревочная лестница. Мы бросили круг и подплыли к ней. Первой полезла Мариша, второй Юлька. А у меня никак не хватало сил, чтобы подтянуться и поставить ногу на первую ступеньку. Должно быть, сказывался полученный удар спасательным кругом по голове.