Вы считаете это игрой? - Борис Бабкин

— Черт, — произнес Бошко, — менты копают вовсю. Хорошо, что Фатьму убрали. Черт! — Он подошел к окну. — А идейка вообще-то неплохая, — сказал он Валерьяну. — Но мне кажется, не выйдет ни хрена. Она же и забрюхатела, чтобы не стать моей.

— Да черт с ней! — фыркнул Валерьян. — Сейчас надо помозговать. Во-первых, где нам ее найти? Во-вторых, кто пытался отправить на тот свет Дорофеева? Третье — есть ли связь Дорофеева с дочерью?

— Связи нет, это точно. Он ее и не искал. Дорофеев жесткий мужик и никогда не простит дочери того позора.

— Но тем не менее он все оставит внуку, сыну этой самой дочери. И вот тут мы можем опоздать. Убьют Дорофеева, и сразу появятся адвокаты его родственников и этой стервы приемной. Они о Евгении такого наговорят, что ее и сына лишат прав на наследство. А она, я уверен, не будет его оспаривать. Так что надо торопиться.

— Да она снова меня пошлет, и все дела.

— Есть план, и он сработает.

— Не ускоряй события, — усмехнулся крепкий плешивый мужчина, — все получится. Пока он жив, ничего не произойдет. Ну а если что-то неожиданное случится, то ты… Да, она со мной, — после короткой паузы сказал он.

— Дай я с ней поговорю! — К нему подошла молодая симпатичная женщина.

— Держи.

— Привет, мама, — сказала женщина. — Все получится, я в этом уверена. В конце концов, мы совсем рядом, и поэтому не надо…

— Зина, — сообщил плешивый, — кто-то пришел.

— Извини, мама, — быстро проговорила она, — к нам пришли. Я тебе позвоню… Ну хорошо, я буду ждать. Звони в любое время.

— Муравьевы, — сообщил ей плешивый.

— Мы их пригласили. Добрый день, Сашенька, — подошла она к женщине. — А где ваш Мишка?

— В теннисной секции пропадает, — ответила Александра. — Умом он особо не отличается, весь в папу, — усмехнулась она, повернувшись к вошедшему мужчине. — Но я не хочу, чтобы мой сын возился с машинами и был автослесарем у богатых. А теннисом можно заработать большие деньги…

— Но для этого нужны способности, — усмехнулся ее муж.

— Тренеры говорят, что Мишенька прирожденный теннисист, — сказала Александра.

— Да они всем так говорят, — отмахнулся муж. — Главное, чтобы бабки платили. Кстати, чем тебе не нравится…

— Ну хватит, Семен, — остановил его хозяин. — Стол уже накрыт, и поэтому разборки оставьте до дома, а здесь будем отмечать наш юбилей. Ровно десять лет мы вместе, день в день.

— Ты счастливчик, Роман, — произнес Семен.

— Слышала? — вошел в комнату Осокин. — Помнишь Татарина, приятеля Кости? Его сегодня машина сбила. До больницы не доехал, говорят, перебегал в неустановленном месте.

— Сейчас такое сплошь и рядом, — ответила Нина. — А тебе…

— Да погоди ты, мне тут шепнули, что его выкинули на дорогу под колеса. И Костя пропал.

— Это плохо. Ты ему звонил?

— Несколько раз, не отвечает. Я уж подумал, не убили ли и его.

— Интересно, за что? Погоди, он же сегодня собирался к Воронину, говорил — я ему докажу, что ребенок у Женьки не от меня. Наверное, он повел туда Татарина, а тот сказал, что он отец ребенка. Вот сволочь! Женька отличная девушка и…

— Погоди, — остановил ее Альберт, — надо думать о Косте.

Зазвонил телефон.

— Да? — Нина сняла трубку.

— Привет, Нинель, — узнала она голос Опарина. — Я по делам умотал. Меня не будет пару недель, а может, и больше. Бабки вам отдадут товаром. Я уже говорил об этом, но если хотите, вам привезут бабки живьем прямо сейчас.

— Погоди, — сказала Нина. — Ты слышал, что Татарина, твоего приятеля, по…

— Лучше товаром. — Альберт выхватил у Нины телефон.

— Я правильно расслышал? — усмехнулся Опарин. — А что там Нинка бормотала?

— Да Татарина тачка сбила, — ответил Альберт. — Но ты-то, наверное, уже знаешь.

— При мне это было. Я говорил, не торопись, а он рванул. Его «восьмерка» шарахнула. Он в «скорой» умер. В общем, ты все слышал. Товар будет через три-четыре дня. — Телефон отключился.

— Ты чего? — сердито посмотрела на него Нина.

— Я тебе жизнь, наверное, спас, да и себе тоже. Ты слышала, что говорил этот тип?

— Ой, а может…

— Не было там Кости. Мой знакомый знает и Костю, и Татарина. Выходит, Татарина убили. Интересно, из-за чего? Получается, что и Опарин…

— Да погоди ты. Тебе что, жить надоело? Раз Костя врет, значит, тоже в этом замешан. Не вздумай кому-нибудь говорить об этом, а то и нас с тобой убьют. Господи, да что же это творится? А Опарин-то, оказывается, не так уж прост. Я думала, он только девок соблазнять может, а выходит…

— Послушай, — остановил ее Альберт, — ты ведь говорила, что они пошли к Воронину?

— Да, — испуганно ответила Нина.

— Забудь об этом и никому ни слова. Только бы Ворона не узнал.

— Ты думаешь, что…

— А ты так не думаешь?

— Что же делать?

— Молчать. Если бы Ворона что-то хотел, то Костя бы так не говорил.

— А может, он позвонил, чтобы узнать, дома ли мы?

— Нет, голос был бы другой. Костик трус, а если узнает, что замешан в убийстве, то…

— Но про Татарина он наврал.

— Значит, думает, что действительно его машина сбила. Но чем Татарин мог не угодить Вороне?

— Ты думаешь, это Воронин?

— Да ничего я не думаю и тебе не советую.

— Ответь: нам угрожает опасность?

— Да нет, мы сами себя накрутили. А мой приятель еще масла подлил. Не надо было мне этого говорить. Не дай Бог, Сашка где-то ляпнет про это. — Альберт схватил сотовый.

— Погоди, Сашок, — буркнул пьяный рябой мужчина, — сейчас все будет. И бабы, и бухара. А у тебя что за праздник сегодня?

— Да так, — вздохнул подвыпивший мужик, — просто отметили премию.

— А ты, значит, видел, как твоего знакомого под «восьмерку» толкнули?

— Да, это Татарин…

— Ты забыл пословицу, — неожиданно трезвым голосом заявил рябой, — кто много знает, тот долго не живет.

— Ты о чем это, Юрок? — спросил Александр.

Резкий удар ножом в живот заставил его, издав протяжный стон, упасть на колени.

— Ты чего? — простонал он.

Рябой полоснул его лезвием по горлу и отскочил, чтобы не испачкаться хлынувшей кровью. Оглянулся и быстро побежал между гаражами.

— Надеюсь на твою помощь. — Валерьян пожал руку высокому упитанному мужчине.