Профессия-первая леди - Антон Леонтьев

У мамы имелось всего несколько платьев, все темных расцветок, с глухими воротниками, которые она носила круглый год. Она говорила, что в человеке самое важное – опрятность и чистоплотность.

Надя покраснела. В отличие от Верки, которая кичилась тем, что ее отец – капитан дальнего плавания и привозит нижнее белье из Франции и Бельгии, Надежде приходилось довольствоваться застиранными желтоватыми лифчиками и выцветшими мамиными трусиками.

– Посмотрите на это страшилище! – провозгласила Верка, указывая на Надю. Некоторые из одноклассниц поддержали ее одобрительным смехом, кто-то отвел глаза и сделал вид, что ничего не происходит. С Веркой лучше не связываться.

Та обошла одевающуюся Надю, разглядывая ее как музейный экспонат и прицокивая языком. Щеки горели, Надя чувствовала, что сейчас расплачется. Верка тоже это заметила и зудела:

– Какие изящные рейтузы! Достались нашей красотулечке по наследству от прабабки. И что за чудная расцветка! Такая в моде была до Первой мировой! Милая моя, с твоей неказистой фигурой тебе надо носить все зеленое – под цвет лица!

Надя знала, что Верка невзлюбила ее после того, как Роман, спортсмен и отличник из параллельного класса, пренебрег Веркой, а вместо этого стал оказывать знаки внимания Наде. Верка не могла снести обиды.

– Ого! – Верка брезгливо подняла в воздух лифчик. Надя попыталась его схватить, но Верка оказалась сноровистее. – Что за размер! Это его тебе мамаша ушила? Ты прямо как твоя мамочка – такая же бесцветная и страшноватая.

– Отдай! – произнесла сквозь слезы Надя. Верка хохотнула:

– А ты забери, лапуся.

Надя бросилась на Верку, та с визгом отскочила в сторону и швырнула лифчик своей подружке. Надя попыталась поймать его, но недаром Верка была лучшей волейболисткой в школе. Лифчик оказался в руках ее сообщницы. Надя повернулась к ней. Девица, ухмыляясь, бросила его еще одной дылде, которая с притворным ужасом, держа лифчик в руках как дохлую крысу, произнесла:

– Я бы таким драить туалет побоялась. А она его на теле носит!

Надя металась между несколькими хохочущими девицами, которые перебрасывали ее лифчик друг другу. В раздевалке появилась учительница физкультуры. Насмешки моментально стихли, грязный и порванный лифчик приземлился на скамейку.

– Шепель, – строго заметила учительница, – почему ты еще не переоделась? Все уже давно разошлись, а ты голой прыгаешь по раздевалке!

Верка с подружками кхекали в кулаки и нагло улыбались...

– И теперь она мне жить не дает, – проговорила Надя. – И, что хуже всего, у нас послезавтра соревнования, мне придется бежать с Веркой. И она заявила, что победит меня. Тогда мне конец!

Таня погладила сестру по голове и сказала:

– И из-за этой идиотки ты убиваешься? Запомни, Надя, ты победишь ее! Я в этом не сомневаюсь! Ты должна противостоять ее нападкам.

– Хорошо тебе говорить, – Надя продолжала плакать. – Верка – прирожденная спортсменка. Я не смогу…

– Сможешь! – тряхнула сестру за плечи Татиана. – При всех победишь ее. И если она посмеет тебе нахамить, то ты не будешь молчать!

Мама внушала им, что не стоит обращать внимание на насмешки, нужно быть выше этого. Но ведь над мамой никто не издевается, никто не говорит ей в глаза, что она – плохо одета и уродлива.

– И запомни, – Татиана прижала сестру к себе, – ты намного привлекательнее этой носатой Верки. Она завидует тебе.

Перед соревнованиями Надя плохо спала, ей все казалось, что она проигрывает, Верка приходит к финишу первой с большим отрывом и сразу же начинает смеяться, указывая на нее пальцем.

– Ты проиграешь! – твердила Верка на старте. – Проиграешь, как пить дать, Шепель, и все увидят, что ты размазня.

Раздалась трель тренерского свистка, Надя понеслась, не чуя под собой ног. Она закрыла глаза и бежала к финишу. Наверняка Верка обогнала ее. Она боялась открыть глаза. Когда же открыла их, то увидела, что давно миновала финиш, оставив далеко позади Верку.

Надя поверить не могла, что победила.

– Молодец, – похвалил ее тренер, записывая результаты. – Очень хорошее время, Шепель. Тебе стоит подумать над участием в областных соревнованиях.

В раздевалке Верка дала волю своим чувствам:

– Ну что, Шепель, думаешь, что победила меня? Это ничего не значит! Ты как была дурой, так и осталась.

Она снова попыталась схватить ее лифчик, но Надя была быстрее. Она ударила по руке нахалку, та охнула.

– Вера, а что ты так бесишься? – спокойно спросила Надя. – Не из-за того ли, что никто не хочет за тобой ухаживать. Ты никому не нужна? Прими мои соболезнования. Старая дева!!!

Верка онемела. Обычно она выбирала себе жертву, а тут самой пришлось стать объектом насмешек. Кто-то из девчонок прыснул. Верка в бешенстве посмотрела по сторонам.

– Синий чулок, вот ты кто, Вера. Как мне тебя жаль. Несчастная ты, несчастная…

Одноклассницы загоготали. В том числе и подружки самой Верки. Та подбежала к Наде и толкнула ее в грудь.

– Ты что позволяешь себе, Шепель! Да я тебя по стенке размажу!

Надя толкнула ее в ответ. Верка поскользнулась и полетела на пол. Девушки засмеялись. Наде было немного жаль Верку, но та сама виновата, первой начала.

– И кстати, Вера, Рома пригласил меня в кино. А тебя кто-нибудь в кино приглашает? Судя по всему, нет. Мне тебя искренне жаль, старая дева!

Это было жестоко, но действенно. Верка отстала от нее и начала даже заискивать. Таня помогла сестре снести оскорбления и стать сильной!

– Надежда Сергиевна, – в разговор вступил итальянский корреспондент, – расскажите о вашей первой любви?

Бунич легко улыбнулась и ответила:

– Быстротечной и неразделенной. Я была влюблена в одноклассника, который не отвечал мне взаимностью… Но ничего серьезного не было! Об этом-то и говорить не имеет смысла!

Перед выпускным вечером (Таня к тому времени уже училась в Экаресте) Надя предложила своим самым лучшим друзьям:

– Мы должны отметить это событие! Отправимся в поход!

Затея была рискованной и чреватой неприятностями. Если об этому узнают родители и учителя… Ребята решили отправиться на Куршскую гряду. Сначала на автобусе до конечной остановки, затем пешком.

Надя была несказанно рада тому, что и Слава согласился на эту авантюру. Он ей нравился, и она, судя по всему, ему тоже. Они провели два незабываемых дня на природе: рядом никого, изредка попадаются рыбаки. Ночевали в палатках.