История с попугаем - Марина Серова

Интересная деталь – при мне Ольга Дмитриевна ни разу не доставала кошелек. Сначала за нее платила я, теперь пожилая дама живет на полном обеспечении у Заи Муромцевой.

Да, наверняка Ольга Дмитриевна давно уже в курсе, где спрятаны драгоценности Козыря! За много лет у нее было столько возможностей разговорить птичку, что Филаткина на сегодняшний день – единственный обладатель этой ценной информации. Не считая Аркаши, конечно.

Поймав мой внимательный взгляд, старушка кинула в рот горсточку изюма и улыбнулась мне. Ну, все! С меня хватит!

Я встала. Филаткина отставила мисочку и удивленно уставилась на меня.

– Ольга Дмитриевна, нам нужно серьезно поговорить, – сказала я, нависая над пожилой дамой.

Моя клиентка прижала ручку к сердцу и воскликнула:

– Ах, Женя! Вы меня пугаете! Что-то случилось?

– Случилось! – ухмыльнулась я. – Правда, давно уже. Лет пятнадцать назад. В Тарасове появилась банда, которая промышляла тем, что грабила ювелирки. Как вам начало истории?

Ольга Дмитриевна поднялась с дивана. Хотя моя клиентка едва доставала мне до груди, никакой жалости во мне Филаткина не вызывала.

– Хорошо, Женя, надо так надо, – вздохнула Ольга Дмитриевна. – Только давайте прогуляемся.

Я и сама хотела это предложить – мне вовсе не улыбалось вести такой важный разговор в доме, где у стен есть уши. Уж если Зая в курсе моих отношений с Альбертом Дуровым, ничто не помешает ей подслушать нас с Филаткиной.

– Давайте прокатимся, – предложила я, застегивая ветровку.

Ольга Дмитриевна молча уселась в машину.

– Олечка, вы куда? – высунулась в окно Муромцева.

– Все в порядке, я скоро вернусь, – успокоила подругу пожилая дама. – Просто подышим воздухом с Женечкой.

– Ну-ну, – неопределенно хмыкнула Зая и скрылась.

Я завела мотор. Куда ехать, я уже знала. Свою клиентку я привезла на Машкин Лоб. Мы выбрались из машины. Филаткина молча ждала. Я не стала трепать ей нервы и сразу перешла к делу:

– Ольга Дмитриевна, ваша жизнь в опасности.

Старушка продолжала любоваться открывавшимся с Машкина Лба великолепным видом. Довольно равнодушно она бросила:

– Неужели?

Ладно. По-хорошему ты не хочешь. Тогда попробуем иначе.

– Видите эти следы? – я указала на отпечатки протектора. – Сегодня рано утром здесь стояла машина. Черный внедорожник, на котором приехали четверо мужчин. Что они здесь делали, загадка. Но мне почему-то кажется, что их визит имеет самое непосредственное отношение к вам.

Филаткина молча пожала плечами.

– Думаю, на сегодняшний день вы единственная, кто знает местонахождение драгоценностей Козыря.

– Вы и до этого докопались? – сделала вид, что удивилась, пожилая дама.

– А вы думали, что я буду вашей бессловесной тенью, да? – разозлилась я. – Заставили меня подтвердить ваше фальшивое алиби, солгать следователю.

– Меня предупреждали, что вы можете стать опасной, – усмехнулась моя клиентка. – Но я почему-то не верила.

– Да, вы не верили! Вы думали, я верная, как овчарка, и буду соблюдать ваши интересы. Поэтому вы ко мне и обратились – моя репутация в городе известна! А еще вам сказали, что я не слишком умна. Зато владею навыками рукопашного боя и прочими полезными умениями.

Я немного подышала, успокаиваясь.

– Вы решили, что именно такой человек вам и нужен. Надежный, честный, туповатый. Женя Охотникова. Незачем посвящать ее в подробности, придумаем правдоподобную легенду, и хватит с нее! Пусть побегает!

– Евгения, вы же понимаете, я не могла рассказать вам правду.

Я уселась на траву и похлопала по камню рядом с собой, приглашая старушку сесть. Филаткина послушно опустилась рядом.

– Как много вы знаете? – спросила женщина, не глядя на меня.

– Думаю, мне известно все. Кто вы, откуда вы, как прожили свою жизнь, – безжалостно сказала я. – Откуда у вас птица. И почему вас преследуют люди Козыря.

Пожилая дама молчала. Не хочешь говорить? Ладно, у меня есть ключ, которым я тебя открою.

– Кстати, вы скрыли от меня важную подробность. Оказывается, вы вовсе не та бедная одинокая пенсионерка, какой представлялись. Оказывается, помимо того, что вы очень богаты, у вас была семья – муж и даже сын.

Ключ был тот еще – скорее, ржавый консервный нож с окровавленными краями. Не будь крайней необходимости, я бы никогда не использовала такой грубый прием взлома психологической защиты. Но вот пришлось.

Филаткина вздрогнула и закусила губу. Потом медленно повернулась ко мне, изучающе глядя:

– Это вас в вашем учебном заведении так научили, Женя? – медленно проговорила моя клиентка. – Хорошо. Я расскажу вам, раз уж вам так нужно все это знать. Никто не станет от этого счастливее, это я вам обещаю.

Ольга Дмитриевна достала из кармана платок и промокнула глаза. Голос ее звучал ровно и спокойно.

– Я рано осталась без мужа, мне не было и сорока. Мы остались вдвоем с сыном. Юрочка… Юра был талантливым мальчиком, но очень порывистым и простодушным. Постоянно попадал в неприятные ситуации, а мне приходилось его вытаскивать. Я привыкла приглядывать за ним, он был таким доверчивым.

Я внимательно слушала. Историю ее непутевого сына я знала только в самых общих чертах.

– И вот я решила, что лучшей защитой для Юрочки станет, если он сделается юристом. Он был способным мальчиком, хорошо учился. По окончании института устроился в страховую компанию.

Филаткина поднесла платок к глазам, потом убрала его в карман и деловито сообщила:

– Вот так он и попал на глаза Козырю. Тот планировал грабить ювелирные салоны, а пока приглядывался, искал того, кто будет на него работать. Юра служил в страховой компании, ведь вы понимаете, что ценности в ювелирных салонах должны быть застрахованы. Козырь нашел к Юре подход, и тот стал работать на бандита.

– Ага, то-то все удивлялись, как гладко проходили налеты. Бандиты заранее знали план помещения, пути отхода, места, где установлены камеры, и тип сигнализации, – вставила я.

– Мой мальчик успел выполнить всего несколько разовых поручений, – продолжала Ольга Дмитриевна.

– И сколько человек заплатили жизнью за эти несколько ограблений? – не удержалась я. Само собой, Филаткина мне не ответила.

– Моего сына посадили в тюрьму, но до суда он не дожил. В первую же ночь в камере он умер.

– От чего? – безжалостно спросила я.

– По официальной версии – от сердечного приступа. Но я знаю – его убили.

Да, точно – Козырь и убил. Воспользовался своими связями в тюряге. Опасался, что вчерашний студент начнет петь, что твоя канарейка, и всех сдаст. Скорее всего, так бы и получилось. Вряд ли бы маменькин сынок Юра Бураков смог продержаться долго на допросе.