Английский бульвар - Чингиз Абдуллаев

34-43, номер я помнила наизусть. Он был похож на нашмосковский. И первые четыре цифры. Мне они еще показались смешными. Целое иполовина. 44–22.

Точно. Я запомнила номер. От неожиданности я поднялась,потом села. Потом снова встала и подошла к официанту.

— У вас есть телефон? — спросила я. — Мне нужно срочнопозвонить.

— Конечно, мадам, — улыбнулся молодой человек, — номернашего телефона 93-34-28-80. Я дам вам нашу карточку.

— Нет, вы меня не поняли. Мне нужен телефон, чтобыпозвонить.

— Телефон рядом со стойкой, — показал мне официант.

Я прошла к стойке и быстро набрала нужный номер. Операторсообщил, что я не набрала первые две цифры. Я совсем потеряла голову. Ведь воФранции, когда звонишь по местному аппарату, нужно набирать еще две первыецифры. Я набрала десять цифр, и мне ответил женский голос.

— Алло, я вас слушаю.

— Здравствуйте…

Я вдруг подумала, что не знаю, о чем говорить. А если этаженщина — невеста Алессандро или подружка Цирила, то что мне ей сказать?

— Говорите, — потребовала женщина.

— Извините, — я должна была с чего-то начать. — Это говоритзнакомая Алессандро Куацца. Вы знаете такого человека?

— Конечно, знаю. А кто это говорит?

— Его знакомая.

От волнения у меня дрожала рука. Если я опять ошибусь, тоследующего шанса у меня не будет.

— Дело в том, что я вчера была на яхте сеньора Алессандро…

— Кто вы такая? Зачем вы мне звоните? Я не знаю никакихзнакомых Алессандро, — нервно сказала женщина, судя по голосу, достаточномолодая.

— Вчера ночью я ночевала на его яхте, — вдруг разозлилась я,— и вы звонили к нам на яхту поздно вечером. Я хотела поговорить с вами, ноесли вы не хотите…

Я уже хотела положить трубку, но вдруг услышала:

— Подождите. Вы его знакомая?

— Да.

— Близкая знакомая?

— Не очень, — с горечью ответила я.

— А почему вы знаете, что вчера вечером я ему звонила? Онведь мне не ответил. И я не звонила ему. Я звонила совсем другому человеку.

— Я стояла рядом и видела ваш номер — он высветился нааппарате. Но он не стал вам отвечать.

— Кто вы такая? — снова нервно спросила меня незнакомка.

— Но я же вам сказала, — у меня больше не было силразговаривать с этой дамочкой напрасно я ей позвонила. — Я знакомая Алессандро.

— Дело в том, что вчера вечером я ему не звонила, —продолжала она.

— Я звонила своей кузине. Но она мне не ответила.

— Ваш номер был на аппарате, и я его запомнила.

— Какой был аппарат? — быстро спросила она. — Вы запомнилиаппарат?

— Конечно. Серебристый «панасоник», а почему вы спрашиваете?

Впрочем, это уже все равно, до свидания. Извините, что я васпобеспокоила.

— Подождите, — вдруг сказала она. Я почувствовала, что онасомневается. Затем незнакомка сказала:

— Нам нужно с вами увидеться. Вы уверены, что вчера ночью наяхте не было другой женщины, кроме вас?

— Не было, — подтвердила я.

— Где вы сейчас находитесь? — требовательно спросила она.

— В ресторане «Голубой слон». В Антибе.

— Через два часа я буду в Антибе. Вы можете меня подождать?

— Могу. Я хотела с вами увидеться и поговорить.

— Очень хорошо. Никуда не уходите. Это может оказатьсяважнее, чем вы думаете. Никуда не уходите из ресторана. До свидания.

Я положила трубку. Неужели сработало? Почему она такзаволновалась?

И почему спросила про аппарат? Она сказала, что звониласвоей сестре. Значит это был не его аппарат. Утром, когда Алессандро уезжал, унего в руках был уже другой мобильник. Неужели он выбросил старый? Нет. Он егоне выбросил. Это был аппарат сестры незнакомки, и ее не было на яхте. И поэтомуон не хотел, чтобы я ответила? Может, он выдавал меня за сестру незнакомки?Господи, неужели такое возможно?

Время до встречи я провела в напряженном ожидании. И ровночерез два часа снова подошла к ресторану «Голубой слон». Заказала себеочередную чашечку кофе. Незнакомку я увидела еще издали. Именно такой я ее себеи представляла. Она подъехала на темно-синем «пежо» и, выйдя из него,направилась к ресторану. Я сидела недалеко от входа за столиком, надев очки.Волосы я предварительно собрала в пучок. Она двигалась ко мне, тревожнооглядываясь по сторонам. Увидев меня, она слегка пошатнулась. Затемнерешительно сделала шаг, потом второй. И наконец быстро подошла ко мне.

— Это вы звонили мне? — спросила незнакомка.

Она была в сером костюме, который стоит, наверное, целоесостояние.

И с очень элегантной черной сумочкой.

— Я. А как вы поняли? — удивилась я, оглядываясь на соседниестолики.

Рядом сидели в одиночестве по меньшей мере пять молодыхженщин.

Почему она выбрала именно меня?

— Я сразу поняла, — незнакомка опустилась на стул ивнимательно посмотрела на меня. — Снимите очки, — неожиданно попросила она.

Я сняла очки. Она пристально смотрела на меня, потомкивнула.

— Я так и думала. Никогда не верила этому прохвостуАлессандро.

Ее слова прозвучали для меня как музыка. Я тоже считала егопрохвостом и отныне тоже ему не верила. Кажется, мы сумеем найти общий язык. Вовсяком случае, у нас есть то, что нас сближает.

Заказав чашечку кофе подбежавшему официанту, она спросила:

— Почему вы решили мне позвонить?

— Я видела как он нервничал, когда зазвонил телефон.Извините, как вас зовут?

— Симона Бриньоне, я сестра Сибиллы Скарнелли.

Она сказала так, будто я должна знать, кто такие этиБриньоне или Скарнелли. Хотя первую фамилию я, кажется, слышала… Точно,слышала.

— Меня зовут Ксения, — представилась я, — Ксения Моржикова.

— Я думала, вы полька, — призналась Симона. — Откуда выприехали?

— Из России. А вы не родственница маркизы Бриньоне?

— Я ее дочь, — удивилась Симона. — А откуда вы знаете моюмать?

Я рассказала ей о нашем знакомстве с Алессандро. Как онпредложил подвезти меня в Ниццу, как мы поехали домой к ее матери. Как он ушелв дом, подняв верх автомобиля, в котором мы сидели. И как Цирил пытался отвлечьменя, показывая фотографии. Она бледнеет, ее тонкие аристократические пальцысжимают столик.