Утро вечера дряннее (сборник) - Светлана Алешина

– Он был ее любовником, – безапелляционно заявила я. – Ольга, видно, проболталась ему, что у нее есть партия наркотиков, которую она получила от Рудика для реализации, и должна была отдать ему деньги, а сама пропала, поэтому-то его люди и искали ее. О том, что с Клуниным у Арниковой не шапочное знакомство, как он меня убеждал, я догадалась, когда увидела бронзовую статуэтку. Вещица довольно редкая, заграничная. Остальное я пока могу только предполагать…

– Предполагай, предполагай, – поторопила меня Маринка, – потом сравним с показаниями Клунина.

– Пожалуйста, – продолжила я, – он пришел к Ольге и сначала, возможно, предложил поделиться с ним. Она ему отказала или попросила подождать, пока появится следующая партия, а Клунин стал настаивать и угрожать. Тогда Ольга пригрозила рассказать о его увлечении зельем Ежову, который бы тут же вытурил Клунина из группы. Это было бы для Шурика, привыкшего к относительному комфорту, равносильно смерти – денег на создание собственного проекта у него не было, а в сложившиеся коллективы, зная о его пристрастии, его никто бы не взял. Оценив всю безвыходность ситуации, он схватил нож и ударил им Ольгу. После чего взял наркотики и ушел, заперев дверь своим ключом, который дала ему Ольга. Может, все было не совсем так, но мне кажется, что с мотивом я не ошиблась.

– Я бы на его месте забрала бы и драгоценности, – хитро улыбнулась Маринка, – или хотя бы деньги.

– Не забывай, – спокойно возразила я, – что Клунин действовал впопыхах, он торопился на концерт в «Матрицу». И если бы опоздал, это могло вызвать подозрение.

– Он мог просто не подумать о деньгах, – включился в разговор Кряжимский, глядя на Маринку, – скорее всего после совершенного убийства он был в состоянии шока.

– Но про наркотики-то не забыл! – ехидно вставила Маринка.

– Именно за этим он и приходил к Арниковой, – развил свою мысль Кряжимский. – А после того как убил Ольгу, он, естественно, принялся их искать. Когда нашел и цель оказалась выполненной, то спешно убрался из квартиры.

– Пусть так, – не унималась Маринка, – а кто же тогда убил Ежова?

– Сегодня я попытаюсь поговорить с Викой, – я закурила.

– Ты думаешь, это она? – Маринка вытаращила глаза.

– Судя по ее реакции на сообщение о смерти Ежова, которого она, очевидно, любила, она его не убивала. Да и клуб она покинула вместе с друзьями. Они на всю ночь зависли у Клунина. Она может кое-что прояснить. Ведь наверняка бывала у него дома, знает его близких знакомых…

На столе зазвонил телефон.

– Возьми, – кивнула я Маринке.

– Редакция еженедельника «Свидетель», – хорошо поставленным голосом произнесла Маринка в трубку. – Добрый день.

Она замолчала на несколько секунд, чтобы выслушать абонента.

– К сожалению, – удрученно ответила Маринка, – госпожа Бойкова сегодня утром улетела в Куала-Лумпур, куда ее пригласил главный редактор местный газеты для обмена опытом.

Очевидно, у Маринки поинтересовались, надолго ли я отчалила, на что она невозмутимо пояснила:

– Все будет зависеть от того, как госпоже Бойковой понравится в Малайзии. Я думаю, это не выйдет за рамки двух недель.

Маринка наивежливейшим тоном попрощалась и повесила трубку.

– Телевизионщики, – мило улыбнулась она.

– А я и не знала, что ты так ловко меня выгораживаешь, – восхитилась я, сдерживая улыбку.

– Чего не сделаешь для любимого начальника! – Маринка опустилась в кресло. – Зато теперь они раньше чем через полмесяца не позвонят.

– А если узнают, что я в Тарасове?

– Это мои проблемы, – успокоила меня Маринка, – скажу, что самолет на Куала-Лумпур отменили, а пароходом добираться слишком долго.

– Ладно, – махнула я рукой, – если ни у кого нет никаких предложений, тогда все свободны, мне нужно привести в порядок мысли.

– Я начну готовить статью? – спросил Кряжимский.

– Конечно, Сергей Иванович, – кивнула я, – только с окончательным вариантом не торопитесь, пока не узнаете всех фактов. Мы не должны гоняться за дешевыми сенсациями.

* * *

Я осталась одна. Прикидывая, для кого мог Ежов накрыть стол в день своей смерти, я выкурила не одну сигарету. Зашла Маринка с кофе, несколько раз появлялся Кряжимский, чтобы уточнить некоторые детали, а я все еще так ничего и не придумала.

Свечи на столе, казалось бы, указывали на присутствие женщины, но у меня почему-то не выходили из головы слова Клунина, поделившегося с Маринкой информацией о том, что Ежов все больше увлекался последнее время особями мужского пола. Если это так, то его гостем в тот вечер вполне мог оказаться мужчина. У меня пока не было даже мало-мальски правдоподобного предположения о мотивах убийства, поэтому выдвигала самые нелепые предположения и отбрасывала их.

Могла бы, например, в порыве ревности убить Вика. Но она провела ту ночь в квартире Клунина. Значит, отпадает и вся их тусовка – они тоже все были там. Пили, баловались кокаином. Теперь-то мне стала ясна причина такой резкой перемены в Викином настроении, когда ее утешал Клунин. Понятно, чем он ее «утешил».

Поплавский, даже если сделать поправку на его голубизну, не мог убить, потому что почти до утра просидел в «Матрице». А если все же незаметно уехал, убил и снова вернулся? Нет, такое долгое отсутствие не могло остаться незамеченным. Да и зачем ему убивать?

Все, хватит ломать голову, решила я, нужно поговорить с Викой. Я оделась и вышла на улицу. Пятое февраля. Первый день Нового года по восточному календарю. Год белого, или стального Дракона, как просветила меня Маринка. Этот мифический персонаж, не имеющий, в отличие от Кабана или Крысы, аналогов в природе, обещал нам множество сюрпризов.