Золото богов - Артур Рив

Но сразу взяться за работу ему не удалось: в лаборатории ждал профессор Нортон.

– Я как раз направлялся к себе, – объяснил археолог, – но подумал, что загляну-ка сперва сюда и посмотрю, как продвигаются дела.

– Медленно, – угрюмо ответил Кеннеди, снимая пальто и влезая в лабораторный халат.

– Вы виделись в последнее время с Уитни? – тревожно спросил его гость.

Интересно, расскажет ли ему Крэг, что бывший патрон намерен приставить к нему слежку? Но детектив только бросил:

– Виделись. А еще виделись с сеньорой де Моше… и не только с ней.

– С кем же еще?

– С ее сыном и сеньоритой Мендоза.

Сыщик бросил на Аллана проницательный взгляд. Думаю, от моего друга, как и от меня, не укрылось, что археолог встрепенулся только при упоминании последнего имени. Но не успел Нортон задать очередной вопрос, как Кеннеди сказал:

– Если вас интересует Уитни – да, мы наткнулись на него в отеле и поболтали несколько минут.

– Он говорил что-нибудь обо мне?

– Ничего хорошего. А почему вы спрашиваете? Вы получили от него какие-то вести?

– Ни слова. Разрыв окончательный. Просто я гадал, что он рассказывает обо мне другим людям. Он ведь будет, как бы это выразиться… Излагать свою версию случившегося.

– Что правда, то правда.

Нортон так жадно уставился на Крэга, что тот нехотя продолжал:

– Он в ярости из-за потери кинжала. И, похоже, считает, что кража в музее случилась по вашей вине.

– Я так и думал, я так и знал! – горько воскликнул Аллан. – Я вижу, куда дует ветер. Все попечители услышат о моей небрежности, из-за которой ограбили музей. Конечно, я ведь должен был сидеть там всю ночь напролет! Кстати, вам пригодились отпечатки ног в саркофаге?

Я с интересом посмотрел на своего товарища. Решит ли он наконец-то обнародовать свое открытие?

Следователь сунул руку в выдвижной ящик и вытащил хорошо знакомые мне листы бумаги.

– Вот копия этих отпечатков, – он продемонстрировал один из листов.

– Да, – согласился археолог, – но удалось ли вам установить, кому они принадлежат?

– Оказалось довольно трудно собрать отпечатки обуви всех нужных мне людей. Но в конце концов я все-таки их раздобыл.

– И что же? – вопросил Нортон, напряженно подавшись вперед.

– Есть один человек, отпечатки ног которого в точности соответствуют найденным в музее.

С этими словами Кеннеди вручил профессору второй лист.

Аллан внимательно изучил оба, сравнивая их друг с другом.

– Я не специалист в области криминологии, – возбужденно сказал он, – но даже на мой неопытный взгляд эти отпечатки идентичны!

Положив листы, он в упор посмотрел на сыщика.

– Вы не хотите объяснить мне, кто оставил эти следы?

– Переверните второй лист. На нем написано имя.

– Локвуд! – прочитал Нортон и словно задохнулся. – Нет… Вы, должно быть, шутите!

– И не думаю, – твердо ответил Крэг. – Честер был в музее той ночью и прятался в саркофаге. А что случилось потом – мне пока неизвестно.

Археолог лихорадочно размышлял.

– Хотел бы я иметь вашу силу дедукции, Кеннеди, – сказал он наконец. – Как по-вашему, какой из этого следует вывод?

– А по-вашему – какой? – ответил наш друг вопросом на вопрос.

Нортон заколебался:

– Ну, сдается мне, двух ответов тут быть не может. Раз он был в музее, то он и взял кинжал. Раз он взял кинжал, значит, он и убил Мендозу!

Умозаключение было таким логичным, что только адвокат Локвуда смог бы что-нибудь возразить на него.

– И все другие факты подтверждают это, – продолжал Аллан. – Вспомните – ведь именно этот тип обнаружил тело Мендозы.

– Но мальчик-лифтер сам отвез Локвуда на этаж, – возразил сыщик.

Мне показалось – он сказал это скорее для того, чтобы поддержать дискуссию, чем для того, чтобы опровергнуть выводы собеседника.

– Да, отвез! Тогда Честер и «обнаружил» труп. Но ведь убийство могло произойти и раньше. Кто знает? Локвуд мог незаметно подняться по лестнице, войти в квартиру Мендозы, сделать свое дело и так же незаметно улизнуть. Разве есть лучший способ отвести от себя подозрения, чем вернуться, зная, что теперь-то твой приход непременно заметят, и самому «обнаружить» труп?

Доводы Нортона были весьма резонными, но, вместо того чтобы согласиться или не согласиться с ними, Кеннеди спросил:

– А вы знакомы с Честером? Я имею в виду – вы были знакомы с ним раньше, до того, как произошло убийство?

– Да, я встречался с ним в Лиме вскоре после того, как прибыл туда с экспедицией. Он в те дни уже готовился вернуться в Нью-Йорк.

– И как вы тогда к нему относились?

– О, тогда – нормально. Правда, ему всегда было наплевать на археологию. Любой старатель, отправляющийся в холмы, интересовал его больше, чем я. А я… Признаюсь, я – одержимый наукой человек. Археология для меня – все.

Аллан продолжал изучать отпечатки.

– Просто верится с трудом, – пробормотал он, а потом сверкнул глазами. – А Стюарт знает об этом? Знает о Локвуде?

Крэг покачал головой.

– Потому что из всего сказанного мною следует еще один вывод: кинжал у них! – решительно заявил археолог. – Вот почему они так уверены, что найдут сокровище. Они отправляются за ним не наобум, но опираясь на твердые факты!

– Резонное допущение, – согласился следователь. – Но если Уитни с вами порвал, кто мог расшифровать надписи на клинке?

– Понятия не имею! Мало ли кто! – раздраженно вскричал Нортон, в сердцах швырнув листки на стол. – В Нью-Йорке полно одаренных археологов, и каждый был бы счастлив ухватиться за предложенную Уитни возможность! А уж если тот посулил еще и долю в добыче… Не один десяток ученых дрались бы за право заняться расшифровкой знаков!

Он сунул руки в карманы и качнулся с носков на пятки, стараясь успокоиться.

– Хотелось бы мне отсрочить наш разрыв…

– Чтобы самому прочитать письмена? – с пониманием спросил я. – Да, это наверняка было бы очень интересно и пошло бы на пользу вашей репутации ученого…

– Не только поэтому. Если бы мы не разругались со Стюартом, благодаря моим связям с ним я смог бы помочь в поисках убийцы. Но теперь от меня мало пользы.

– И все же кое-что вы можете сделать, – заявил Крэг.