Ложь под звездным соусом - Ирина Градова

От похвалы парень расцвел, словно майская роза, и Устинья едва сдержалась, чтобы не прыснуть со смеху.

– А по поводу нашей девушки ты что-нибудь выяснил? – задала вопрос Регина.

– Марина говорит, что обстоятельства и неожиданного перевода, и увольнения Устиньи были странными, но точно она ничего не знает.

– Что ж, – сказал Захар, – похоже, у нас появилась еще одна ниточка?

– Ты о том, что к убийству Сугривина могли приложить руку конкуренты из «Живой воды»? – уточнила Регина. – Только я не пойму, зачем им Сугривин, если они могли заняться непосредственно Кузьминым?

– Ты видела его охрану?

– По опыту скажу – если кому-то действительно нужно убрать человека, это делается. Что представлял собой Сугривин? Его вес в компании, насколько я успела понять, был не так велик!

– Может, хотели добраться до дядьки через племянника?

– Ну, тогда логичнее было бы похитить Сугривина, а не убивать. Кроме того, ты же сам здесь доказывал, что Кузьмин не слишком-то его и ценил!

– Погодите! – вмешалась Устинья. – Что, если Сугривина вовсе не хотели убивать?

– Несколько ударов ломом – и ты все еще настаиваешь на случайности? – хмыкнул Захар.

– Погодите, – снова вмешался Артур, от которого никто не ожидал новых выступлений, – я так увлекся историей с биобутылкой, что совсем забыл сказать кое-что: на Кузьмина действительно было совершено два покушения!

– Да ну? – нахмурился Захар. – А почему в СМИ об этом ничего не мелькало?

– Один раз мелькнуло, но только по питерскому каналу. Вы же понимаете, что любое такое происшествие сильно бьет по имиджу концерна; народ и партнеры сразу начинают думать о бандитских разборках и о том, насколько жертва покушения чиста перед законом! Поэтому Кузьмин сделал все, чтобы сведения не просочились наружу – расследованием занималась его служба безопасности.

– И что?

– То есть?

– Ну, что они выяснили?

– Это Марине неизвестно, – покачал головой Артур, огорченный, что не может сообщить полезных сведений.

– А когда имели место покушения? – уточнила Регина.

– Одно вроде бы пару лет назад, а второе недавно, месяцев пять тому.

– И как же именно покушались на Кузьмина? – задал вопрос Захар. – Стреляли, травили, взрывали?

– В первый раз обнаружили бомбу в машине – самоделку какую-то, но, сядь Кузьмин в то авто, костей бы не собрали! А потом по нему из проезжающей мимо тачки пальнули на полном ходу, когда он из ресторана выходил. Его заслонил от пули начальник охраны, но сам глава концерна не пострадал.

– Кто-нибудь был арестован?

– Насколько Марине известно, нет. Кузьмин не больно-то помогал следствию – видимо, полностью полагался на собственную службу безопасности.

– И все-таки я не понимаю, как покушения на Кузьмина могут быть связаны с убийством Сугривина, – задумчиво покачала головой Регина. Она вышла из-за стола и сейчас сидела на его краешке, покачивая ногой. Устинья невольно отметила, что при небольшом росте у адвокатессы удивительно красивые, длинные и стройные ножки. Она и сама не осталась равнодушной, чего уж говорить о Захаре с Артурчиком, которые так и поедали глазами симпатичные нижние конечности Регины!

– Всякое бывает, – с трудом оторвавшись от соблазнительного зрелища, проговорил Захар. – Не смогли добраться до Кузьмина и решили заняться племянником: какой бы характер ни носили их отношения, Кузьмин и Сугривин – семья, а семья – слабое место любого человека!

– Ладно, – согласилась Регина, – не будем и эту версию сбрасывать со счетов. – Но у нас есть еще две: сексуальная невоздержанность Сугривина и, как следствие, возможная месть, и долги. Лично мне кажется, что последняя – самая реальная, но нужно проверить и другие.

– А как насчет психиатра? – поинтересовался Захар. – Ты обещала рассказать. Если Сугривин страдал сексуальным расстройством, это могло бы доказать, что Устинья говорит правду насчет домогательств, и соответственно сузить расследование до версии мести.

– Да, я встречалась с психиатром, который проводил терапию с Сугривиным.

– Как его зовут?

– А тебе зачем? Вот, у меня тут его карточка, – потянувшись через стол, Регина достала визитку из-под пресс-папье и прочла: – Кротов Сергей Вениаминович. Строго говоря, он не психиатр, а клинический психолог…

– Один хрен! – мотнул головой Захар. – И что он тебе наплел? Про Фрейда там, про Юнга…

– Думаю, про этих знаменитых деятелей он действительно мог бы немало рассказать, зато о Сугривине говорить наотрез отказался!

– С чего бы? – подала голос Устинья. – Его ведь нет в живых!

– И все-таки – отказался, – развела руками Регина. – Я сказала, что передам сведения о нем следователю по делу, но Кротов, похоже, был к этому готов и сказал, что, если ему предъявят ордер, он, разумеется, предоставит необходимые сведения.

– А ордер…

– Я отправилась к Рассохову, но он снова сказал, что расследует убийство Сугривина, а не его частную жизнь.

– То есть он не собирается ничего выяснять, – констатировал Захар. – Какое, однако, служебное «рвение»!

– Есть другой способ получить информацию? – упавшим голосом спросила Устинья, все больше убеждаясь в тщетности попыток оправдаться.

– Если только выкрасть, – раздраженно передернула плечами Регина. – Ладно, мы и без Кротова обойдемся – зайдем с другого конца. Не отчаивайтесь, Устинья, у нас еще есть немало возможностей!

Несмотря на оптимизм Регины, девушка не видела поводов радоваться – в том, что касается попытки изнасилования, они постоянно заходили в тупик.

– А ты одна к мозгоправу ездила? – как бы невзначай поинтересовался Захар.

– С Аленой. Тебе зачем?

– Да нет, незачем… Ну, я пойду, пожалуй, если мы закончили «летучку»?

– Иди, – взмахом руки отпустила его Регина. – А я, пожалуй, займусь долгами Сугривина… Когда будешь выходить, Мамочку кликни, ладно?

Захар молча кивнул и вышел. Устинья задержалась. Заметив это, Регина подняла от бумаг вопросительный взгляд.

– Какие-то вопросы?

– Да, один. Если можно.

– Ну?

– Разве Захар имеет отношение к медицине? Ну, он тут рассказывал байки про врачей, и я подумала…

– Самое непосредственное отношение имеет! – рассмеялась Регина. – Он – частый пациент Военно-медицинской академии. Когда служил, регулярно туда попадал, – добавила адвокатесса для ясности. – Правда, с тех пор травм меньше не стало. Он ведь каскадер, вы знали? Ну вот, оттуда и все его «синяки и шишки». Так что, можно сказать, в области травматологии Захар почти так же сведущ, как выпускник медвуза.